Глава 23

Я шла вовнутрь дома, как в тумане. Детский голос резонировал в ушах нескончаемой трелью. Сам Денис поднялся к себе в комнату и не спешил выйти. Я в ужасе снова посмотрела на мальчишку: нет, я точно не ошиблась. Это сын моего мужа. Этот сукин сын от меня скрывал своего ребёнка. И самое поганое, что я ничего не подозревала. Теперь вопрос другой: кто мать этого малыша. – Мила, проходи, – подзывая меня, Елизавета Петровна всем своим видом просила быть приветливой. Мальчик разглядывал меня с ног до головы и хмурился. Затем он повернулся к своей бабушке и спросил: – Баба, я эту тётю не знаю. Она теперь с нами будет жить? Елизавета Петровна нервно хохотнула, обнимая внука. А я смотрела на них и думала, как теперь они будут выкручиваться перед ребенком. – Нет. Что ты. Это папина… Папина… – свекровь не знала, как представить меня ребёнку. – Я знакомая твоего папы, – перебарывая себя, я закончила фразу за свекровь. Та кивнула. Господи, какая же я дура. Надо было послушать Макса и остаться с ним. Но в голову ударила новая мысль: Макс знал об этом и молчал. Уверена, Катя ему всё о своей семье поведала, от того-то он и не спешил со мной связываться сразу. Ну что ж, если меня хотят держать в идиотках, то пусть так думают дальше. С Максом я решила поговорить очень серьёзно, но сначала – Денис. – Баба, а почему тётя такая грустная? – мальчишка явно чувствовал, что в доме обстановка не та, чтобы от счастья прыгать. Елизавета Петровна снова посмотрела на меня и натянуто улыбнулась, гладя ребёнка по голове. – У тёти был тяжёлый день, – женщина мотнула головой, указывая мне, чтоб шла наверх к Денису. – Мила, поговори с ним. Прошу тебя, выслушай его. Ничего не сказав ей в ответ, я мигом развернулась и вышла из кухни, где остались свекровь и сын моего мужа. И только сейчас я обнаружила висевшие фотографии на стене, как подниматься по лестнице. Почему я прежде не обратила внимания на них. Зависнув, я вглядывалась в каждую: вот Денис, вот его сын и женщина. Твою мать, как она похожа на Светку, мою бывшую подружку. Что за фигня происходит? Темноволосая милая девушка с фотографии прижималась к Денису, положив на его плечо голову. Все трое улыбались, светились от счастья. Их сыну здесь около двух или трёх лет. Я достала телефон и напечатала в чате Максу сообщение, чтоб он подъехал к дому неудавшихся родственников. Он тут же ответом прислал смайл хорошо. Ещё раз осмотрев каждую фотографию, я набралась сил и смелости подняться на второй этаж и, постучав в комнату Дениса, вошла. – Нам нужно всё обсудить, – без прикрас сказала я, закрыв за собой дверь. Денис сидел на краю кровати и смотрел в пол. – Я не знаю, что ты хочешь услышать и обсудить, – его тон был совершенно безучастным. Я подошла к комоду, который стоял напротив и облокотилась о него, скрестив руки на груди. – Хотя бы посмотри мне в глаза и признайся, что скрыл от меня своего ребёнка, – начала я, ожидая от него хоть какой-то реакции. Денис пожал плечами, но взгляд поднял. В его глазах была тоска. – Он мой сын. Да, – короткое признание буквально лишало воздуха. Я вздохнула, не зная, как в таких случаях вообще действовать. Ведь он предал меня, умолчав о том, что в его жизни уже есть главные люди. – Я настроена на развод, Денис. Вот, – я вынула из сумочки документ в двух экземплярах, которые должен был подписать мой муж. Встретившись с ним взглядом, я подошла к нему и положила бумаги на кровать. – Подпиши их, а дальше всё просто. Нас разведут без проблем. Денис вскочил, пугая меня. Мало того, что я едва стояла на ногах из-за отравления. Кстати, мне ещё в полицию надо заехать и написать заявление, что меня пытались отравить непонятно чем и с какой-то целью. Голова трещала и просто хотелось уже лечь. Но взъерошенный Денис не давал мне возможности сделать это со спокойной душой и в тихом месте. – Ты хочешь бросить меня? Вот так просто взять и всё разрушить? – не контролируя себя, Денис начал орать. – Мне кажется, ты сам всё знаешь. Денис, не ломай комедию. Я не поверю ни единому слову. Нет, всё. Стоп. Хватит с меня вранья. У тебя есть сын, а ты даже не пытаешься объяснить мне, почему скрывал. И мало того, почему та женщина так похожа на Светку? – я давила на Дениса, требуя ответы на вопросы. Он запрокинул обе руки за голову и стал ходить туда-сюда, тяжело дыша. – Это тебя не касается, – зарычал он, вновь пугая своим видом. Я отступила, оставаясь на расстоянии нескольких метров. – К сожалению, касается, Денис. Пока ты мой муж, ты должен был мне рассказать, – я настаивала. Денис зловеще улыбнулся. – Вот именно, что я твой муж, а ты выносишь мне мозг. Просто прими сам факт, что у меня есть сын. И я не обязан был тебе что-либо говорить. Димка живёт со своей матерью, часто бывает здесь у моих родителей. Между нами возникла напряжённая пауза, от которой мне легче всё равно не стало. – Ты лжец и трус, Денис, – ощущая обиду где-то внутри себя, я двинулась к двери. – А ты сама не такая? – разъяренно прорычал он, останавливая меня. – Нет, – без капли сомнения ответила я. – Я тебе не лгала, когда выходила замуж. Ты знал, что у меня был тяжелый разрыв. И не спрашивал о нем, хотя вряд ли я бы тебе что сказала. – Именно, Мила. В том и дело, что я тоже в праве оставить что-то в тайне от тебя, – парируя, Денис только выставлял себя дураком. Я фыркнула. – Но это не та ситуация! – не выдержав, я накричала на него. – Что еще ты скрываешь? Может быть, у тебя еще есть дети на стороне, о которых я не должна была знать?! Денис усмехнулся. – Что? Обидно стало? – саркастически выпалил он. – Мне? – я совсем потеряла самообладание. – Да пошел ты! Только собралась дернуть ручку двери на себя, но Денис перехватил меня за локоть и сгрёб в охапку, лишая возможности просто уйти. – Пусти меня! – Нет! Я имею полное право делать с тобой всё, что посчитаю нужным, – обезумевший Денис не контролировал своей силы, сжимая меня. – Мне больно, отпусти меня, – каким-то образом вытащив свою руку из его оков, я стала колотить ему по плечу, по лицу. Старалась причинить боль, чтобы он сдался. Денис толкнул меня на кровать, повалив своим весом. Я оказалась прижата им. – Прекрати, Мила. Хватит сопротивляться, – говорил он, начав целовать меня то в губы, то в шею. Мне было паршиво и мерзко. – Денис, я закричу еще сильнее! В доме ребенок! Твой ребенок! – я пыталась вразумить его, и в какой-то момент это сработало. Денис замер, нависая надо мной. Он смотрел мне в глаза, прерывисто дыша. Потом его взгляд будто отрезвел, и он тут же встал, освобождая меня. Я мигом подскочила, поправляя на себе вещи. – Я больше просить не стану, – сказала, как отрезала, – подпиши бумаги. Либо будем разводиться в суде. Нас ничего не связывает. Так что… – Я понял, – процедил он, нервно взъерошивая волосы на голове. Проходя мимо него, я следила за каждым его движением, чтобы не попасться в его ловушку. – Та женщина – это сестра родная Светки, – как вдруг обронил Денис, останавливая меня. Мы переглянулись друг с другом. И даже Света никогда не упоминала о своей сестре. Я отметила про себя, что я вообще мало что знала о людях, которые меня окружали весь этот мрачный, тяжелый для меня год. – Меня сегодня чуть не отравили, Денис. Слишком много событий в последнее время, – интонация моего голоса была тихой. И пусть я четко дала понять, что он тоже виноват в этом, но сам Денис, судя по всему, так не считал. Вздохнув полной грудью, я добавила. – Я хочу забрать из твоей квартиры свои вещи. Сообщи мне, когда ты будешь на работе, чтобы мы не пересекались. – Как скажешь, Мила, – сокрушенно ответил Денис, словно принял поражение. Я кивнула, затем вышла из его комнаты. И только сейчас обнаружила, как сильно дрожала. Я испугалась его. Особенно, зная, что он способен поднять руку, но в доме своих родителей и с ребенком, Денис сумел остановиться. Спустившись на первый этаж, я пересеклась с Елизаветой Петровной, которая выглядела понуро. – Мила, как все прошло? – ее материнское сердце однозначно было не на месте. Вглядываясь в меня, словно я была спасательным кругом, она прикоснулась к моей руке своей ладонью. – Елизавета Петровна, мне очень жаль, что я… что у нас с Денисом так вышло всё наперекосяк. Он мне не сказал о ребёнке, – начала я, но женщина нахмурилась и перебила меня. – Но и ты не сказала о своих прошлых отношениях. Тем более, что это Максим, – в ее тоне голоса проскользнули обида с обвинением. – Я знаю. Но это касается только нас с Денисом. Мне не хотелось бы, чтобы о наших проблемах знали все. Это неправильно втягивать вас. Женщина усмехнулась, прищурившись. – Ты ведь моего сына и не любила, – она внимательно сканировала меня. – Нет, но я была очень привязана к нему в последнее время, – осторожно сказала я. – Эх, а я так обрадовалась твоему появлению, Мила. Думала, что ты та самая, кто сможет моего мальчика принять таким, какой он есть. Денис слишком импульсивный, – зная своего сына куда больше, Елизавета Петровна старалась приукрасить Дениса в моих глазах. Но, к счастью, я теперь знала, что из себя представлял мой пока еще муж. – Мне пора, – тихо сказала я, отступая к выходу. – Еще раз извините меня, но так будет правильно для всех нас. – А Катя уже знает? – торопливо спросила женщина, словно спохватилась. – Елизавета Петровна, хотела бы я вам сказать, что да, но я не знаю. Это пусть ребята сами между собой решают, – я постаралась занять нейтральную сторону. – Прощайте. – Удачи, Мила, – безэмоционально ответила она, махнув рукой на прощание. Как раз в это время подъехал Макс, и, посигналив, он остановился у обочины. Я была зла на него, но решила, что прямо сейчас выяснять отношения не хочу. Единственное желание: лечь. У меня кружилась голова и была дикая слабость. Уже у машины, я посмотрела на дом, с окна второго этажа на меня смотрел Денис. – Мила, поехали, – Макс нетерпеливо поторапливал меня. Для себя я решила, что с Денисом окончательно поставлена точка, теперь оставалось отвоевать Макса у Кати. Сев в машину, я оглянула своего любимого, который явно нервничал больше меня самой. – Что-то случилось? – спросила я, уже выехав на трассу. Макс был сосредоточен только на дороге и не сразу услышал мой вопрос. Накрыв рукой его кисть, я снова повторила: – Макс, в чем дело? Он как будто очнулся, моргая, посмотрел на меня. – Все нормально, Мила. Едем домой. Тебе нужно отдохнуть. Я заметила, что Макс слегка бледноватый, а потом вдруг запищал его телефон, который лежал на панели экраном вверх. Сообщение от Кати, но я не успела прочитать его, Макс перевернул мобильник. Было неприятно, но я проигнорировала его действие. Сама скрестила руки на груди и просто растворилась в сидении, глядя перед собой. Что ж… казалось, что нашему счастью придется не легко.