ЭПИЛОГ

Год спустя. Катя, как и сказала, развод не дала Максу. Судом было установлено, что они остаются в браке до тех пор, пока Катя не родит ребёнка. Затем последовал тест ДНК, подтверждающий, что Максим не отец милой девчушки. Только после этого в их истории окончательно поставили точку. Денис уволился с должности начальника, проработал несколько месяцев обычным айтишником, а затем вовсе оставил компанию и уехал заграницу. Дима остался у дедушки с бабушкой. Тома решила передать права над опекой им. Я до сих пор не поняла её мотива, и Денис в моих глазах окончательно упал ниже плинтуса. Он несколько раз предпринимал попытки связаться со мной, но я не пошла на контакт. В полиции было заведено уголовное дело на Свету за покушение на меня. Скрины переписки – вещественное доказательство, а также Макс заставил Катю подтвердить всё это. Иначе, он напишет заявление на неё, ведь авария была по её причине. Максу удалось перенести видеозапись с регистратора и распознать звук, где было отчётливо слышно ругань, а затем саму аварию. Как только Катя свидетельствовала против Светы, та, сверкая пятками, скрылась, и теперь она числится в розыске. Год был очень насыщенный и трудный. Максим восстановился только через несколько месяцев, а моя беременность протекала нелегко: сначала жуткий токсикоз, затем несколько раз я попадала на сохранение на нервной почве, а вишенкой на торте оказались мои преждевременные роды на тридцать четвёртой неделе. Но, слава богу, с моим Степкой все хорошо. Мальчуган весь в отца. Ему уже четыре месяца, шустрый и улыбчивый ребёнок. Моя награда за терпение и страдания. – Макс! – зову своего все еще не мужа. – Иди скорее сюда. Я была в комнате со Степкой. Малыш нашёл свои ножки, и теперь новая умелка не давала ему покоя. Так забавно смотреть на него, когда он пытался засосать свой большой палец на ноге. Вот и Макс явился, в руках мобильный телефон, с уже включённой камерой. – Ну-ка, мамочка, улыбнись, – он подошёл ближе к нам с сыном, навёл камеру на него, а меня тем временем наградил поцелуем. – М-м-м, – заурчал он, глядя на меня загадочным взглядом. – Что? – улыбаясь, спросила я. – Кажется, кто-то намеренно делает вид, что ночью предложения выйти за меня замуж не поступало, – сердито нахмурился Макс, не отпуская меня. – Ну…, – я не знала, как ответить. Отчего-то мне вдруг страшно стало. Словно согласись я, и снова что-то случится с нами. Мне было спокойно сейчас. – Так дело не пойдет, – замотал головой Макс, отключая запись видео. Степка за нами наблюдал, как будто что-то понимал. – Макс, – протянула его имя, обвивая его крепкую шею руками, словно превратилась в лозу. – Сына, полежи немного, ладно? Сейчас я проведу беседу с твоей очаровательной мамочкой, – и Степка заулыбался, мотая ручками и ножками. – Итак, – все внимание Макса обращено на меня. Я затаила дыхание. – Мила, давай поженимся? Я расплылась в улыбке. – И всё? – намеренно тянула с ответом. – Никаких лекций? Макс гортанно выдохнул, вибрируя телом. – Мила, я же всё равно добьюсь, чтобы ты была моей женой, – играючи бровями, Макс приподнял меня на руки и поволок на кровать. Мы рухнули на неё, и я оказалась в его власти. Засмеялась. – Макс, прекрати. Ну не средь бела дня! – проворчала я. – Ты выйдешь за меня? – игнорируя мои мольбы, Макс был очень серьёзен. Мы оба хотели одного: тихого счастья, вдали от злых языков и недоброжелателей. – Да, – наконец, после минутного молчания и тишины, ответила я. – Да, Макс! Он медленно опустил голову и поцеловал меня. Долгий, медленный и скрепляющий клятвой поцелуй нас двоих. Степка запищал, разрывая наше единение. Я встала и взяла ребёнка на руки, а Макс поднялся следом и теперь обнимал нас двоих. – Давай никому не скажем и по-тихому распишемся, – попросила я, глядя на любимого. Степка елозил на руках, вырываясь. – Я согласен, – кивнул Макс. – Мила, я люблю тебя. – И я тебя, Макс. Конец.