Четырнадцатая глава

Вернулась на работу и обнаружила уведомление из налоговой о встречной проверке. Не страшно, но всё одно к одному.

Время и нервы.

Выкинула на время все проблемы из головы и сосредоточилась на работе, пока не раздался звонок адвоката. Сергей Александрович спросил, могу ли я договориться по поводу машины с мужем через нотариуса или нет.

Ну что сказать? Могу или нет? Знать бы, где этот муж бродит ещё, чтобы начать договариваться. Телефон его реально не отвечал.

Хм…

Но на работу-то он, вероятно, ходит?

Ла-а-а-адно. Подумаю об этом вечером. А пока – работать.

Вечером решение так и не появилось.

С одной стороны, очень не хотелось и было унизительно идти незваной. Моральное давление и ощущение себя брошенной ненужной вещью выползли во мне из какого-то средневековья. Ну правда же? Что за бред? В чём мой стыд-то? Это я, что ли, оставляю семью и детей без поддержки и внезапно?

Промучившись тем не менее полночи над дилеммой, идти или нет на работу к Алексею, я утром пораньше всё-таки поехала.

Ненавижу неопределённость. Сейчас я всё узнаю и всё увижу своими глазами. Окончательно.

Настроение было боевое. И кроме злости на загнавшего меня в такое состояние мужа ко всему ещё примешивался азарт охотника. Решительно повернула на маленькую дорожку, что выводит к главному входу.

Алексей работает в автосалоне. Продаёт автомобили. Собственно, мы и познакомились с ним там.

Я поступила в университет, и мой папа решил сделать мне подарок на вступление во взрослую жизнь, купив машину. Немного неожиданно, но приятно. Мама поджимала в недовольстве губы и молчала, а мы с отцом приехали в автосалон за новеньким Пежо. Очень мне нравилась тогда эта маленькая глазастенькая машинка. Для девочек.

Продавец, который показывал нам авто, и с которым впервые попробовала прокатиться на этой машине, был настолько обаятельными и весёлым, что я и сама не поняла, как оказалась с ним на свидании буквально на следующий день.

А потом всё очень быстро закрутилось. Как бывает, наверное, только в юности. Когда живёшь так, будто у тебя есть всё время этого мира. Без оглядки.

Алексей и сейчас работал там же. Вырос вначале до главного менеджера, а теперь был директором в этом автосалоне.

В общем, был начальником и очень гордился своей карьерой.

Поэтому я и была уверена, что на работе его точно застану. Работой мой муж дорожил и реально вкладывался в неё по полной.

Но мне не повезло.

Я приехала рано утром к открытию салона, как раньше Алексей приезжал на работу. Но его ещё не было. Он задерживался. Долго ожидать у меня не было возможности, и я оставила для него документы у секретаря.

Секретарши.

Молоденькой девчонки со слишком, на мой вкус, ярким макияжем для работы. И маникюр неподходящий.

Словом, я, похоже, непроизвольно теперь придираюсь ко всем женщинам в окружении моего мужа. Почти бывшего мужа.

Я успела практически дойти до своей машины на стоянке перед салоном, когда к входу в салон с шиком и резким торможением влетел суперкар ярко-красного цвета.

Водительская дверь открылась и из машины на асфальт опустилась нога в знакомом ботинке.

А вот и мой муж появился. В коробчонке…

Когда Алексей вышел из машины, мне оставалось до него метров семь. Он глянул на меня безразличным взглядом и отвернулся.

– Не отворачивайся от меня! – возмутилась я.

Муж развернулся всем корпусом в мою сторону и, хмыкнув, встал, сложив руки на груди.

– Нам нужно поговорить. Я оставила тебе документы у секретаря. И, будь любезен, включи телефон и избавь меня от своих родственников, – проговорила я срывающимся на шипение голосом, подходя к нему на расстояние одного шага.

– Зачем ты припёрлась? Я же сказал, не смей преследовать меня! – рыкнул он.

– Мудак! – не сдержалась я.

Развернувшись резко, чтобы не вцепиться ногтями в эту самодовольную рожу, я быстро пошла к своей машине на трясущихся ногах. С невозможностью дышать рядом с ним.

– Алекс! Кто это? – услышала я нежный хрустальный голосок.

– Не бери во внимание. Какая-то недовольная чужая женщина, – промурлыкал мой муж.

– А так похожа на твою жену! – усмехнулась девушка.

– Бывшую, милая!

Не понимаю, как я долетела до машины. Но попасть ключом в замок зажигания не смогла. Руки тряслись, поэтому я положила руки на руль и постаралась успокоиться. Нельзя в таком виде выезжать на дорогу. Потому что самым острым желанием на этот момент у меня было нажать на газ и протаранить красную красотку.

Уж не понимаю, чем мне так Ламборгини не угодила. Но невыносимо хотелось превратить сверкающий лощёный автомобиль в груду искорёженного железа.

Я сидела в машине и смотрела сквозь лобовое стекло, как мой муж обхаживает красивую, молодую, богатую и уверенную в себе красотку. Как он вьётся вокруг неё. Как старается. Как улыбается. И как надменно она себя с ним ведёт. В каждом жесте.

Внимательно смотрела, запоминая, фиксируя в своей памяти каждый его жест, чтобы помнить, чтобы знать.

Мне не было больно. У меня закаменело всё в душе. Я чувствовала, как сквозь неживое и сухое горло проходит горячий воздух в ставшие железными бронхи. Как бьётся горячее сердце. Как бегают мурашки по сведённым судорогой рукам. По скрюченным на руле пальцам. Как превратившиеся в лёд ноги, кажется, примёрзли к педалям.

Но боли я не чувствовала. Я стала машиной. Голова работала ясно и чётко. И билась, пойманной птичкой только одна мысль: раздавлю.

Я раздавлю тебя!