Глава 18

Увеличивает, рассматривает.

Все молча.

Я тоже молчу. Я все сказала, теперь жду объяснений от него.

Нажимает на профиль. Но там нет лица.

— И кто это?

— Тебе лучше знать.

Возвращается в чат и листает его вверх. И чем дальше, тем его брови поднимаются все выше.

Медленно отрывает глаза от экрана и ведет на меня.

— Вы там крышей поехали, что ли? — листает вниз. — Ты меня зачем туда скидываешь, нравится обсуждать.

— Это не я тебя туда скинула!

Листает.

— Курятник какой-то. Тебе меня мало? Ты зачем их рассматриваешь и лайкаешь?

— Я…

— Что, понравился? Вот этот? — показывает одного из тех, кого я лайкнула.

— Я просто…

— Или этот?

Показывает фотку, где я тоже поставила лайк.

— Я просто лайк поставила, что смотрела.

— На хера чужих мужиков лайкать, чтобы потом какая-нибудь курица обвинила тебя, что ты с ним изменяешь?

— Не изменяю я ни с кем.

— А потом докажи, Даш!

— Это обычный женский чат. Мы там про детей общаемся, рецептами обмениваемся и всякое такое.

— Вижу я рецепты твои…

— Это ты меня обвиняешь в чем-то. Кого ты там себе выбирала?

— Ты на меня не переводи. Кто она? Ты с ней ездил?

— Я один ездил, Даш.

— Ты меня за дуру держишь? Я что, тебя не узнаю?

— Я не знаю, Даш. Честно. Может, какая-то знакомая друзей. Может, кто-то что-то перепутал. Может, мстит за что-то.

Перелистывает на свою фотку и увеличивает.

— Но это не я. Я не спал в такой постели.

— То есть я тебя не узнаю?

— Давай дальше, — листаю фотку с окном и вином. — Это тоже не ты?

— Нет. Что за бред вообще? Когда это было вообще?

— Когда ты Катю забрал.

— Я у мамы ночевал. С чего вообще ты взяла, что это я?

— А там родинка, на плече, как у тебя.

Растирает переносицу.

— И рубашка на ней не твоя, хочешь сказать?

— А я, блин, одеваюсь только в эксклюзив? Это все?

— А что, мало? Окей. Смотри, — листаю дальше. Не читаю текст, но дохожу до фоток с Питера. — Вот вы собираетесь, летите, в гостинице.

— Жаль, я фоток из окна не делал. Показал бы тебе.

— Скажешь, все совпадение?

Он снова приходит на ее профиль и влезает в нашу переписку.

— Ты еще и писала ей?

Закатывает глаза.

— Он не твой, — читает вслух ее ответ. — Кто это вообще такая? Не твой…

Вытягивается матом одними губами. Привычка уже выработалась так выражать негатив, чтобы Катя не слышала.

— Ты уверена вообще, что она про меня говорит?

— Там в постели ты!

— Или просто кто-то похожий на меня, Даш. Удали этот бред. Мне что, как у маленькой просматривать с кем ты дружишь, с кем нет?

— Сама решу.

— Решишь ты. Нарешала уже.

— А с кем мне общаться, а? Если всех ты разогнал. Последняя подруга отвернулась! Ты на работе постоянно. С Катей? Спасибо. У тебя, можно подумать, нет чатов никаких.

— Где мы обмениваемся фотками жен, нет.

Марина никогда ему особо не нравилась, а пару месяцев назад он вообще сказал не общаться с ней и заблокировать, не сошлись в политических взглядах.

А мне плевать на политику. Я на нее повлиять не могу, поэтому с Маринкой общаемся за его спиной.

— Дружить надо точно не с чатом чокнутых баб.

— У тебя, может, буду спрашивать еще?

— Ну, походу надо бы, — глубоко вздыхает и нажимает кнопку с трубкой.

— Ты что ей звонишь?

— Сейчас и узнаем, кто она и про кого вообще говорит.

Ждем оба.

Яр решительно настроен. Не мнется и не пытается увильнуть.

Это означает скорее только одно. Он не врет.

— Зачем ты ей писала?

— Узнать.

— Узнала?

— Нет.

— Мне почему сразу не сказала?

— Я сказала.

— Про переписки ты не говорила.

— Так ты сам подтвердил, и, если это не Анна, а я ошиблась, то ты про кого говорил?