ГЛАВА 68

РЕНАТ Иду по каменистому пляжу вдоль берега. Напряженно. Солнце давно скрылось в мутных неспокойных морских волнах. Воздух свежий и прохладный. Морской бриз. Но мне так трудно дышать! Грудную клетку буквально разрывает, разламывает кости и расплющивает сердце, вырывая вместе с артериями к чертям собачим! Я кричу. От боли кричу. От того, что нашу жизнь разрушили и растоптали, а я только потакал этому, как идиот. Кричу, потому что мой сын родился без меня, а я так мечтал держать Леру за руку, когда она мучилась в схватках. Я кричу от того, что не взял новорожденного Селима на руки, кричу от того, что никогда не увижу, как он впервые встал на ноги, произнес первое слово… И в этом не Лера виновата… И даже не Диана с матерью и сестрой… я один виновен! И нет мне прощения! Брел по этому пустынному пляжу совершенно один, и орал от боли. Рвал волосы на себе от осознания собственного кретинизма, от собственного бессилия, а волны и ветер уносили мою боль и отчаяние далеко-далеко. А потом опустился на колени и мысленно просил прощения у Леры и детей. Я один виновен в том, что дочь росла без матери, а сын без отца… Но теперь я все исправлю! Я должен, обязан вымолить прощение у Леры и детей! Я должен вернуть ее! Ведь я все еще люблю ее, свою Леру! И всегда любил! – Ренат… Оборачиваюсь. Передо мной стоит Лера. В белом, реющем на ветру платье. Белоснежный подол полощется чайкой на фоне грозового низкого неба и неспокойного моря. Лера точно ангел, кутается в шаль. Ее светлые волосы ласкают обнаженные ключицы. Она самая красивая женщина на свете! Хотя, какая женщина… Она – девочка! Все та же хрупкая, нежная, ранимая, точно такая же какой я взял ее в жены десять лет назад. Мать моих детей. Двоих детей. – Лера… – протягиваю ладонь, и беру ее за руку. Все так же на коленях, и вставать не собираюсь, пока не простит мне все. Ее ладонь прохладная и узкая. Пальцы нежные, тонкие, трепетные… без обручального кольца. Пока без него. Подношу самые любимые на свете пальцы к губам. Целую ее руки. Каждый пальчик по отдельности. Зарываюсь в них, боюсь, что одернет… Не одергивает. Лишь ближе подходит, на шаг. – Ренат… – Прости меня, Лера! Не знаю как, но я вымолю у тебя прощение! – Не надо ничего вымаливать. – ее голос, ангельский голос, что музыка на сердце. – Я давно тебя простила. – Ты вернешься ко мне? Лера в смятении одергивает руки, отступает от меня на шаг. – А Диана? Эльмира? Что ты будешь делать с ними?! – Нет никакой Дианы! – поднимаюсь я с колен. – Диану замуж выдали, в аул, подальше от Москвы. Сразу же после нашего развода! А Эльмира наша с тобой дочь! Наша! Ты ей очень нужна, как мама! И Селиму, моему сыну нужен отец! Лера, хочешь ты того, или нет, но в я буду присутствовать в жизни Селима! Я всю жизнь мечтал о сыне, и сейчас, когда он у меня появился, я больше не брошу его! *** ЛЕРА Ренат на коленях, и это зрелище мне не нравится. А потом он говорит мне про то, что Эльмира наша с ним дочь. Тоже самое твердила вчера Сафия Маратовна. Что они имеют ввиду?! – Почему вы оба говорите бред? – отступаю от Рената. – Вы меня с ума свести пытаетесь? Эта форма газлайтинга такая? Ты и твоя мать, что вы оба несете?! – Мать тоже говорила тебе? Рассказала про Эльмиру? – Что рассказала?! Прекратите забивать мне голову ересью! Диана родила тебе Эльмиру, не я! Успокойся уже! – Так она тебе главного не сказала! – облегченно вздыхает Ренат. – Пошли! Бывший муж уверенно берет меня за руку, и прямо по каменистому пляжу ведет в мой дом. – Пошли, ты сейчас сама все увидишь! Сама поймешь!