Глава 48

Он вскочил и поднял меня с пола. Притянул к себе и, обхватив мой затылок ладонью, накрыл мои губы своими.

Ах!..

Его поцелуй, вначале нежный и ласковый, быстро становился все более требовательным и настойчивым.

Я положила руки ему на плечи и зарылась пальцами в волосы, тоже притягивая его к себе. Гладила пальчиками лицо, голову, шею. Внутри все так и таяло от нежности и все возрастающей страсти.

Он усилил напор, а его наглый язык по-хозяйски проник в мой рот, полностью завладевая инициативой. Мне нравился этот напор, его собственническое присваивание — решительное и уверенное.

Хотелось ему подчиниться, отдаться, раствориться. Стать его.

Его губы отпустили мои и теперь скользили по щеке, скуле, мочке уха, шее. Его дыхание обжигало кожу, вызывая мурашки и волну жара внутри.

Я провела пальчиками по его плечам и потрогала стальные мышцы его груди. Такой горячий, наполовину обнаженный, провела носом по его коже, втягивая чувственный мужской запах. Прижалась губами, после чего, решившись, провела по коже языком. Чуть солоноватый и слегка пряный вкус.

Он пробормотал что-то неразборчивое, после чего нетерпеливым рывком стянул с меня верхнюю часть пижамы.

Я стояла перед ним, обнаженная по пояс, слегка нервничая и переживая, понравится ли ему мое тело.

— Какая ты красивая… — восхищенно выдохнул он.

Я немного расслабилась и отдалась во власть его настойчивых рук, сжимающих, поглаживающих, ласкающих. И жарких требовательных губ. Прислонилась к его обнаженной горячей груди, наслаждаясь прикосновением к упругой коже.

Он что-то шептал мне на ухо, прижимая меня к себе, я закрывала глаза и чувствовала, как меня накрывает волна желания.

Это волны затапливали нас обоих — страсти, экстаза, нежности.

Мир сузился только до нас. Лишь я и он. Одни. Вдвоем.

Сбивчивое дыхание, жадные руки, горячие объятия, смелые ласки, хриплые стоны, жаркие губы…

Я отдавалась, растворялась, таяла от наслаждения, от мысли, что это он, что я — его.

Стремясь стать как можно ближе друг к другу, мы слились воедино. Телами, душами, сердцами.

Все нарастающий водоворот уносил все быстрее, закручивая по спирали. Поднимая все выше и выше до тех пор, пока, замерев на самой вершине, напряженно звеня, мы не обрушились вниз, падая в бездну.

Мы лежали на диване, в объятиях друг друга, наслаждаясь моментом близости. Моя голова лежала у него на груди, а он перебирал мои волосы.

Как же хорошо! И одновременно немного грустно. Ведь мы могли давно быть вместе.

Дождь все еще стучал по крыше, было так уютно, и мне ужасно не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась.

Он обнял меня покрепче и поцеловал в макушку.

— Знаешь, у меня сейчас такое умиротворение и спокойствие, словно я всегда стремился к этому моменту. До этого вечно было что-то, что меня раздражало, не устраивало, словно незакрытый гештальт. Сейчас же я просто счастлив.

— И я счастлива. Мы наделали ошибок, запутались, а сейчас все так, как должно было быть.

— Давай договоримся, что отныне любой вопрос, или просто какое-то недопонимание мы будем обсуждать, а не додумывать сами, как там и что.

— Согласна. Хватит с нас недомолвок и ошибочных выводов.

И вновь ласковый поцелуй, и крепкие объятия. Я сходила с ума от счастья.

— Пойдем в постель, там удобнее, — тихонько предложил Александр спустя долгие и одновременно такие скоротечные мгновения нежности.

— Ладно, — зевнула я, — поспим немного, а то скоро на работу…

— Да к черту работу! — вдруг сказал он. — Не пойдем сегодня.

Я подняла лицо и удивленно посмотрела на него. Это совсем не в стиле Градова.

— Мы слишком много времени уже упустили. Нам теперь нужно активнее наверстывать упущенное, — пояснил он с улыбкой.

— Я только начала работать и сразу же прогуливать? — тоже улыбнулась я. — Мой босс меня уволит.

— Твой босс тебя накажет, — ухмыльнулся он, — но никак не уволит.

— Хмм… звучит очень… опасно.

— Так и есть. Жутко опасно. Рискнешь?

— Пожалуй, да, — кивнула я.

***

Мы и правда провели весь день вдвоем, просто наслаждаясь общением и обществом друг друга.

Разговаривали, обнимались, обсуждали, целовались, готовили, гуляли с Умкой, занимались любовью.

Моя душа пела, сердце выпрыгивало из груди, а счастье переполняло душу. Лишь иногда омрачая радость воспоминаниями о Диме.

— Саш, ты же уволишь его? Их! — спросила его я, прижимаясь к нему со спины.

— Потерпи пару дней ладно? Мне сначала нужно кое-то сделать, — туманно ответил он.

Но дальше, как бы я не пытала его насчет того, что именно он хочет сделать, Александр не сдавался.

— Увидишь, — был его ответ.

На следующее утро мы поехали на работу. Саша попросил меня пока ничего не говорить ни Диме, ни Насте. Пусть думают, что все по-прежнему.

Вздохнув, я согласилась. Хотя знала, что мне это дастся не просто.

Через час после начала рабочего дня на электронную почту пришло письмо от руководства. Того, что сидело за соседим столом.

В тексте письма, которое было отправлено всем сотрудникам нашей организации, сообщалось, что в нашей компании проводится реструктуризация.

Касалась она разных отделов и подразделений, и частично мы с Александром ее раньше уже обсуждали.

Однако были там и новые пункты. В том числе, сообщалось, что над Димой теперь есть еще один начальник — директор подразделения, который будет координировать не только работу этого отдела, но и еще одного, смежного. Дима же поступает ему в подчинение.

Соответственно Диме предписывалось сменить рабочий кабинет на другой, поскромнее и поменьше, и он будет делить его с начальником смежного отдела, а новый директор займет его офис.

При этом Димина помощница поступает в подчинение новому боссу.

Я недоуменно вытаращила на Градова глаза.

— Сейчас будет цирк, — насмешливо хмыкнул он и не стал больше ничего объяснять.