Глава 6

Я открыла дверь комнаты, в которую возвращалась с учебы и работы долгие годы. Запах дома, привычный и успокаивающий, заставил немного взять себя в руки.

Тапки отца прошуршали в коридоре, а я решила принять душ. Мне ужасно хотелось отмыться от всего этого. Я достала халат, взяла косметичку и отправилась в ванную. Простенькая, незамысловатая ванная радовала цветными пластиковыми панелями.

Вода гудела, а я яростно терла себя губкой, словно пытаясь смыть вчерашнюю страстную ночь. Каждый поцелуй, каждый шепот, ползущий по моей коже, уверяющий, что я — его женщина, его счастье…

Мать гремела чайником, пока я сушила волосы и смотрела на себя в зеркало. Растрепанное бледное привидение вернулось домой, чтобы начать новую жизнь!

Горечь превращалась в решимость. Завтра раскидаю анкету по фирмам.

— Нужно жить дальше, — прошептала я, глядя себе в глаза.

Я вышла из ванной, слыша монотонный гул телевизора, который смотрел отец. На кухне возилась мать, а на столе стояла моя стародавняя кружка с чаем.

Присев на диванчик, я взяла чай в руки. Чай согревал пальцы, но не сердце, которое все еще разрывалось от боли.

— Что ты натворила? — вполголоса произнесла мама, покачав головой. — И что теперь люди скажут? Поматросил и бросил? И жениться отказался? И чем же ты так накосячила, что мужик из-под венца убежал?

Я сжала кружку, но боли не почувствовала.

— У него любовница, — произнесла я, а мать удивленно посмотрела на меня. — Сегодня она пришла к нам домой, а через час позвонил Дамир и сказал, что мы расстаемся.

— Ты ж ему, видать, истерику устроила! — утверждала мать, недовольно протирая тарелку. — Какому мужику, тем более восточному понравится твоя истерика?! Так, ты сейчас звонишь ему, миришься и…

— Я не стану с ним мириться, — с нажимом произнесла я, глядя на чаинки. Родители не любят чай из пакетиков. Они всегда заваривали.

Мать присела рядом, вытирая мокрые руки об фартук.

— Если у мужика есть деньги, то там есть любовница! Однозначно! Не знаю, на что ты рассчитывала, думая, что ты одна у него такая? — спросила мать, а я посмотрела на цветочные занавески и записи на холодильнике. — Или ты что? Особенная?! Он же при бабках! Бабы на него сами вешаются! А ты — дура, свой шанс упускаешь! Такой мужик, тем более депутат, на дороге не валяется! А ты сама, своими руками свое счастье рубишь! Мордочку в сметанку окунула и ути-пути.