Глава 67

Мне было важно знать, почему он так уцепился за эту Марину. Что в ней такого? И было важно видеть выражение лица Дамира в этот момент. Если он однозначно откажется от Марины, то я еще смогу поверить. Но в его глазах было недоумение.

— Ты хочешь, чтобы я выбирал между вами? — удивился Дамир, явно не думая, что я поставлю такие условия.

— Именно, — твердо произнесла я. — Я не хочу видеть ее, слышать о ней и так далее. Ты готов отказаться от своей Марины, которая по твоим словам ничего не значит для тебя, ради того, чтобы мы были вместе?

Дамир молчал.

А его молчание горечью впивалось мне в сердце.

Вот то-то же!

Дамир молча схватил меня за руку, когда я попыталась выйти из машины.

— Аля, послушай, — произнес Дамир, но я слушать его не хотела. — Аля, сядь в машину! Я прошу тебя! Давай поговорим, как взрослые люди!

Нет, не так… Все не так… Если бы я была нужна ему, он бы ни на мгновенье не сомневался. Он бы обнял бы и не отпускал. Он бы поклялся, что с Мариной покончено, и эта разодетая, вычурная стерва больше никогда не переступит порог его дома.

Я вытащила костыль, чувствуя, как внутри все протестует против такого исхода. Сердце, которое только — только поверило в то, что все будет как прежде, болело от осознания, что как прежде уже не будет. Словно этот выбор отрезвил меня.

Звук отъезжающей машины заставил усмехнуться.

— В жизни так бывает, — произнесла я сама себе. И опустила глаза на расстегнутую куртку. — Так, а кто у нас тут не укутался?

Пусть до подъезда оставалось пройти считанные шаги, которые в детстве я пробегала за пару секунд, я все равно потянула язычок молнии вверх под самое горло.

Мысли облепили меня, словно комары. Они кусались, жужжали и не давали пощады. «Вместо Марины может быть кто угодно!», — кусали мысли. — «Даши, Маши, Саши…»

— Да, но только Марина у него уже долгое время, — заметила я. — Куда дольше, чем я!

Кое-как я открыла железную дверь и шагнула в сырой полумрак подъезда. Тусклая лапочка мигала, как фильме ужасов, я прикидывала, который час, поднимаясь на свой этаж.

Осторожно, как в юности, когда приходила после клуба, я отточенным движением вставила ключ в замок и провернула его почти без хруста. Наверняка мама и папа уже разложили диван в зале и спят!

Дверь почти не издала ни звука, когда открылась. Я вошла в коридор, где горел тусклый ночник, и первое что увидела, так это незнакомые женские сапоги. Аромат тяжелых бабских духов пропитал прихожую. Вот есть такие ароматы, унюхав которые сразу понимаешь, что где-то рядом спряталась модная бабушка.

— … девку твою, дуру, спасать надо… — послышался вздох с кухни. — Сама себе жизнь загубит… А нам она потом еще спасибо скажет! Ну давай еще по одной!

— Ой, и не говори, — вздохнул в ответ мамин голос. — Светуль, я же не пью!

— Погодь, там что? Пришел кто-то? — спросил голос тети Светы.

Я нашарила тапок, вытерла влажной салфеткой костыли и направилась на кухню.

— О! — обрадовалась раскрасневшаяся тетя Света. — Пришла наша красавица! Как настрой?

— Вы о чем? — спросила я, глядя на бутылку дорогого коньячка на столе и дольки засахаренного лимона.

— Да не боись! — заметила тетя Света. — Все мы бабы через это проходим! Вот, пришла поддержать тебя! Тебе завтра ко мне, да?

— Я… к вам… не пойду, — произнесла я, вспомнив, что мне выписывали направление на аборт. Только вот число не помню.

— Это еще с чего? — охнула тетя Света. — Да не глупи! Мы с твоей мамой тебе добра желаем! Слышишь? Там все не так страшно!

— Ага, а потом детей не будет, — произнесла я, вспоминая слова врача о том, что ребенок здоров.

— Да враки все это! — махнула рукой тетя Света. — Знаешь, сколько баб аборты каждый год делают! Да бывало каждый месяц бегают! И че? И ниче! Потом рожают! Каждая баба через это должна пройти! Мать твоя, вон! Тебя — то как-то родила? А до этого три аборта у нее было! Так что плюнь на все это! Я тебя к хорошему врачу определила. Она быстро. Чик-мык и все!