Глава 74

Решение далось с трудом. Я смотрела на Дамира, глаза которого умоляли дать ему второй шанс. В этот момент сердце взвыло. Оно тайно ждало этого, надеялось, лелеяло. И теперь вот…

— Дамир, — выдохнула я, глядя на свою руку в его руке. Большой палец Дамира гладил мою ладонь. И это было невыносимо. — Второго шанса не будет…

Я видела улыбку на лице Дамира. Он уже понял, что я сдалась. А я чувствовала невольное облегчение. И оправдывала все тем, что заработанные деньги могут кончиться, а если со мной что случиться, то мой малыш будет хоть кому-то нужен.

Я вышла, словно и не было этого мучительного месяца. Знакомые зеркальные окна в пол, дорогие машины на парковке, ухоженные клумбы с газонами и кипарисиками, которые мне так нравились.

— О, давненько вас видно не было? Как отдохнула? — спросила консьержка, а я промолчала, глядя на то, как дернулся Дамир.

— Хорошо, — ответила я, изобразив улыбку.

— Че это ты не загорела! — заметила консьержка. — Обычно загоревшие приезжают! А тут бледная, как сметана. Ой? А ты че енто на костылях?

— На лыжах каталась, — соврала я, чтобы Дамиру было стыдно.

Пока консьержка что-то желала мне, сочувствовала, я поднималась в квартиру.

Коридор, в котором я плакала, встретил меня тем же запахом и уютом. Ничего не изменилось с момента моего ухода.

Я чувствовала, как все вокруг словно шепчет мне: «Ничего плохого не случилось! Ничего страшного не произошло! Не было этого мучительного месяца. Он просто тебе приснился!».

— Тебе кофе? — спросил Дамир, когда я зависла перед зеркалом. Мешки под глазами, тусклые волосы, бледные, искусанные в кровь губы. У меня с момента теста, кажется, не было ни одного спокойного дня.

— Малыш, тебе кофе? — повторил вопрос Дамир, скользнув рукой по моему животу. Он прошептал его на ухо, а внутри, как и раньше, словно по волшебству что-то дрогнуло. Щетина коснулась моей щеки, а я понимала, что вроде бы все в порядке. Все снова хорошо… Быть может, стоит просто расслабиться?

— Да, — кивнула я, — А можно в ванную?

— Ты почему спрашиваешь? — удивился Дамир. — Так, мне сегодня на встречу. Через час. Потом я вернусь и весь твой.

— Мне просто понадобится помощь… — заметила я, глядя на то, что ванна не приспособлена под мой костыль. — И пищевую пленку неси! А ты как думал?

— А где я тебе ее найду? — спросил Дамир. Он тут же набрал водителя, которым почти не пользовался. Разве что только подай-принеси, съезди — забери. — Пищевую пленку привези. Сколько? Эм… Много!

Дамир очень любил водить машину сам.

— И решетку… — заметила я. — Просто мне на одной ноге будет сложно стоять…

— Тебе когда гипс снимать? — спросил Дамир.

— На днях ренген, — вздохнула я.

— Эм, придется тебя подержать, — улыбнулся Дамир. Пленка подъехала спустя десять минут. Целая бобина. Мне казалось, что ею можно было обмотать весь дом.

Пока я сооружала вокруг гипса водный барьер, Дамир смотрел на бобину и смеялся.

От этого смеха я сама начала оттаивать. Легкость, которая вдруг появилась, словно обняла меня и успокоила.

— Так, держу! — произнес Дамир. — Сейчас магазины закрыты. И решетку придется подождать.

Дамир держал меня, пока я принимала душ. Когда на него попадали капли, он морщился и отворачивался. А потом сплевывал.

— Какой гадкий на вкус шампунь. А пахнет манго! Тьфу! — произнес Дамир, когда на него прилетело немного пены.

Пока я держалась за стену и не шевелилась, Дамир схватил полотенце и, завернув меня, вытащил из ванной.

— Ну все, я опоздал на встречу, — вздохнул Дамир, глядя на мокрую рубашку. Он даже рукава закатал.

— Она была очень важной? — спросила я, осторожно делая глоток кофе.

— Ну… Нет, — заметил Дамир. И отмахнулся. — Это по поводу рекламы. Хотели уточнить по поводу расположения биллбордов.

— А Алишер тоже баллотируется? — спросила я, но тут зазвонил телефон. Я с удивлением увидела слово: «Папа».

— Алло, — произнесла я, слыша голос отца. — Нет, все в порядке. Нет, возвращаться пока не думаю. А что? Что значит, мать волнуется, хватит ли у меня денег… Я верну их. Да, зарплату получила. Где я? Я? Ой, прости, я потом перезвоню!

— И почему ты не сказала им, что ты у меня? — спросил Дамир.

— Наверное, потому, что не хотела этого говорить, — пожала плечами я, беря круассан. — Я еще не уверена, что смогу жить с тобой после измены.

— Никакой измены не было, — произнес Дамир. А я смотрела ему в глаза. — Ты не представляешь, как я скучал по тебе… Я думал, что сойду с ума… Какая измена, если у меня есть такая малышка…

Я отмахнулась, понимая, что не хочу опережать события. Поэтому меня чмокнули в щеку.

Я смотрела фотографии с телефона Дамира. По поводу отделки дома. И нервно следила за рукой, которая ложилась мне на живот. Он перенес меня себе на колени.

Потом я забылась от поцелуя. Жаркие руки прижимали меня к себе, а губы страстно шептали, как он мечтал об это.

— Давай, малыш, — слышался шепот, когда я понимала, что сейчас не смогу сдержать стон. — Давай, малыш… Мне так нравится, когда ты так делаешь…

Я обессиленно распласталась на кровати, все еще не понимая, как очутилась на ней. Мы же вроде бы только целовались на кухне.

«Люди ведь живут после измены. Я сколько примеров таких знаю…», — задумалась я, лежа в полумраке красивой спальни.