Глава 60

После иглотерапии я расслаблена. Хочется в постель, включить сериал и погрузиться в чужие проблемы. Невестка отписывается, что у них всё хорошо, а потом звонит чужой номер.

- Это я, только не бросай трубку, - слышу знакомый голос Ростовцева.

Владимир по моей просьбе отправился в магазин купить кое-каких продуктов, и я решаю не отключаться.

- Давай быстро, я не в настроении на предателей.

- Мне звонили адвокаты, ты подала на развод?

- У тебя что-то с памятью, Руслан. Ты сам требовал от меня развода совсем недавно.

- Погорячился. Люди часто говорят друг другу гадости.

- Гороскопы врут, Ростовцев. Ну, какой ты скорпион? Ты рак, самый настоящий, что пятится назад.

Он игнорирует мою шутку.

- Нам нужно поговорить, Инга, пожалуйста, будь благоразумна, возвращайся домой!

- Куда? – не могу сдержать смеха. - Это место, где целуют мою сестру, а потом травят какой-то дрянью под видом минеральной воды? – решаю уточнить.

- Ты просто не давала мне шанса всё объяснить.

- Или довести до конца. Может, ты хочешь ещё поговорить о деньгах, которые украл вместе с бухгалтером? Думаешь, её не найдут? – я не на шутку зла, и почему-то представляю, что она мертва. Неужели, человек, с которым я прожила полжизни, способен на такое, чтобы скрыть следы? – Ты что-то сделал с ней?

- С кем? – он и сам напуган, слышу это по голосу. – Ты бредишь, Инга! Придумываешь то, чего нет и никогда не было!

- Вариант с тем, что она твоя любовница, тоже стоит отмести?

- Не сходи с ума! У нас с ней ничего не было, готов поклясться на детекторе лжи.

- Отличная идея, заодно под проводами расскажешь про аварию.

Слышу, как слишком громко сглатывает. Конечно, он думал об этом не раз, и если раньше я отметала мысли, как глупые, то теперь уже ни в чём не уверена.

- Какая авария? – его голос подбрасывает вверх последнее слово, и Руслан откашливается.

- Та, в которой я должна была умереть по твоим расчётам, - не могу сдержаться.

- Ты бредишь, - говорит, но я больше чем уверена, что он напуган, невероятно напуган, и своей встречей был намерен хотя бы попытаться себя спасти.

- Брежу? – задумчиво переспрашиваю, смотря, как Владимир идёт обратно к машине с пакетом. – Возможно. Главное, чтобы не бредил судья, когда станет разбираться в этом деле. Кажется, пришла пора вытащить всех скелетов из твоего шкафа.

- Три года прошло, я говорил, как всё было, и…

- Твои слова – пустой звук. Я уже поняла это. Была слепа, глупа, под седативными. Вот, наконец, прозрела благодаря вашему шоу в моём доме. Надеюсь, ты поймёшь, что я НЕ намерена с тобой встречаться, НЕ намерена говорить и уж тем более мириться. Будь мужиком, отвечай за ошибки, за слова, за поступки даже если запахло жареным. Единственное, где мы встретимся, на бракоразводном процессе в присутствии третьих лиц. И ещё на суде, где ты будешь обвиняемым, а я истцом. За всё надо платить по счетам, Руслан, такова жизнь. Думаю, ты и сам понимаешь, что говорить не о чем. Не будь жалким, оставь хоть немного гордости. Прощай.

Отключаюсь вовремя, когда Владимир забирается в салон.

- Всё купил, как велено.

- Спасибо большое.

Он прибавляет музыку. Неважно какая, главное - побыстрее забыть о разговоре. Ростовцев мечется, потому что упал с горы и не представляет, как подняться обратно. Наверное, казался себе королём, которого невозможно свергнуть, а вышло – плешивый кобель, что готов скакать зайчиком, лишь бы загладить вину. Меня от таких тошнит, мужик до последнего должен оставаться мужиком, а не тварью дрожащей.

Уже вечер, а потому мне не до гостей, да и Владимир устал, это понятно.

- Спасибо, что провозился со мной половину дня.

- Это в радость. Закину пакет наверх? – предлагает проводить меня до двери.

- Прямо отсюда? – решаю пошутить. – Верю, до что шестого добросишь, только яйца разобьются. Спасибо, дальше я сама.

- Что на завтра?

- Как решу – наберу, пока.

Он помогает с подъездной дверью, и я еду к лифту, потом наверх. Открываю замок, дёргая на себя дверь, когда апельсины выпадают, принимаясь скакать по белому кафелю, как мячи.

- Вот чёрт, - ругаюсь, затаскивая в дом оставшееся, пока не пришлось собирать по всему подъезду еду. Дверь захлопывается, но не от сквозняка, позади меня кто-то усиленно дышит, словно бежал несколько сот метров. И мне становится неимоверно страшно.