7. Хамло

В такие блудняки я ещё не вписывалась.

Утром я пялюсь в зеркало и спрашиваю себя: «Какого хрена?». Почему я на это согласилась? У меня есть три причины. Первая — мне позарез нужны деньги. Вторая — я считаю, что Настя имеет полное право отомстить Владу за обиды прошлого. Третья… В третьей я боюсь признаться даже себе: я дико хочу с ним переспать. Хотя бы один разок. Узнать, каков этот парень в постели. Простое женское любопытство, ничего серьёзного. Удовлетворю его и сдам с потрохами Насте. Пусть разводится и отбирает у негодяя «Питерстрой».

А ещё мне интересно, насколько сложно его соблазнить? Он ведь декларирует, что женился осознанно и не собирается по глупости рушить семью. Вот и проверим!

Никитос от щедрот своих выдал мне пятьдесят тысяч аванса, и я перечисляю деньги Кропоткину. Тот сразу же перезванивает:

— Всего пятьдесят? Ты должна мне полтора миллиона!

— Уже миллион четыреста пятьдесят, — поправляю я.

Он тут же взвивается:

— Ты небось думаешь, что делаешь мне одолжение? Нет! Это я делаю тебе одолжение! Живу в съёмном клоповнике, хотя мог бы переехать на новую квартиру.

— Той суммы, что я тебе заплачу, не хватит на новую квартиру, — замечаю я, размешивая сахар в чашке кофе.

— Не твоя забота! Возьму ипотеку.

— А кто будет за неё платить? Ты со своей зарплаты водителя? Или твоя беременная девушка? Или её родители? А, может, они поменяют свою квартиру на меньшую и разницу отдадут тебе? Таков твой очередной план?

Он грязно матерится. Мать-перемать.

— Не зли меня, если не хочешь, чтобы мы все приехали жить в твою однушку!

Мне хочется ответить, что пусть приезжают и живут на кухне, я им на полу постелю. Но я вовремя прикусываю язык. Увидеть весь колхоз здесь — мой страшный сон.

— Если всё пойдёт хорошо, в течение недели я перечислю тебе остальную сумму, — обещаю я.

— Банк ограбишь?

Говорить правду я не собираюсь. Но и лгать напропалую тоже.

— Кое-кто обещал дать мне кредит. — И добавляю, чтобы Кропоткин поверил: — Под небольшой процент.

— Твой старый, лысый, жирный любовник? — ехидно спрашивает он, намекая на Никитоса.

— Нет, стройный блондин с густой шевелюрой. К тому же на десять лет младше меня.

На самом деле не на десять, а на восемь, и не любовник, а моё новое рабочее задание, но бывшему мужу не стоит это знать.

Он хмыкает:

— Ага, а ещё у него член двадцать пять сантиметров. У тебя есть неделя, — и бросает трубку.

Я допиваю кофе, стоя у подоконника. Мы не успели обставить кухню, да и в комнате из «мебели» только матрас на полу, шведский журнальный столик и пара десятков цветочных горшков с моими любимыми суккулентами. В углу в коробках — одежда и кое-какие вещи из маминой квартиры.

Открываю заметки, которые сделала вчера во время разговора с Настей. «Полезные советы по соблазнению Влада Дроздова, данные его женой» — так их можно назвать. Мы с Никитосом задавали ей вопросы, а она отвечала. Сейчас я тщательно анализирую информацию.

«Какие девушки ему нравятся? Есть какой-то определённый типаж?»

«Ой, да нет у него типажа! Если он даже со страшной Васей переспал, то о чём можно говорить? Абсолютно всеяден, ничем не брезгует».

«До тебя у него были серьёзные отношения?»

«Он с кем-то встречался на первом курсе, но они расстались».

«Почему?»

«Я не знаю, он никогда не рассказывал. Не любит вспоминать тот период».

А мне Влад рассказал про первую несчастную любовь. Непонятно, что там случилось, но это связано с тем, что он поцеловал мне ногу. Лечился потом долго. К психологам ходил. До сих пор травмирован теми событиями.

«Он с однокурсницей встречался?»

«Я правда не знаю, мы учились в разных вузах и в разное время».

«Почему? Вы же ровесники».

«Он окончил школу экстерном. И универ тоже. В двадцать лет получил диплом и начал работать архитектором. Тогда-то мы и начали жить вместе».

«Выходит, на первом курсе он был совсем мальчишкой?»

«В любом случае, возраста согласия он достиг, если ты клонишь в эту сторону».

«Я к тому, что он рано начал встречаться с девушками».

«Да, так и есть. Рано созрел. Но он в целом опережает сверстников по уровню развития. Меня это в нём и подкупило: пока другие играли в танчики, он учился и работал у отца. Он по натуре трудоголик и перфекционист».

«А что он любит в сексе?»

«Что любит?.. Трахаться он любит, но такое ощущение, что делает это каждый раз по-разному. То горячий, то скучный, то совсем никакой. Нестабильно у него. Сейчас как будто одолжение мне делает, я уже говорила. Без огонька и драйва».

«Может, у него есть особенные предпочтения?»

«А, вспомнила! Он однажды напился и сказал, что любит пожёстче!»

«Что это значит?»

«Да хрен его знает! Я спросила: «Хочешь меня отшлёпать?», а он заржал. Долго смеялся, а потом ему стало плохо и его вырвало. Но мне кажется, я угадала, он бы с удовольствием меня отшлёпал. Или даже побил. У него бывает иногда такое странное выражение лица. Сложно описать».

Час от часу не легче! Он ещё и доминант?

«Но вы не пробовали БДСМ?»

«Что? Садо-мазо? Фу, никогда!»

«Предлагаешь мне попробовать?» — это моя реплика.

«Почему бы и нет? Твоя задача — быстро его соблазнить, чтобы он опомниться не успел. Притворишься невинной овечкой — он клюнет!»

«Ты точно уверена, что ему нравятся невинные овечки?»

«Нет, но ты можешь попробовать. Тебе же нужна какая-то стратегия».

М-да, информации негусто и та вся стрёмная. Я бы про Колю Кропоткина больше рассказала, чем Настя про своего мужа. Про Колю я знаю всё — даже то, чего он сам про себя не знает. Все его пристрастия, любимый женский типаж и даже юношеские фантазии.

«А каким он был в детстве? Ты знакома с его матерью и отчимом?» — этот вопрос задал Никитос.

Он всегда копает глубоко, настоящий детектив.

«Нет».

«А на свадьбе они были?»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Нет, Влад их не пригласил. Ни маму, ни отчима, ни младших сестёр. Они уже взрослые, одной двадцать пять, другой семнадцать. Он с ними не общается. Не знаю почему. А вот отца он любил».

«Ну прям зацепиться не за что».

«Яна справится, я в неё верю. А я со своей стороны закачу сегодня семейный скандал и перееду к родителям. Ему будет легче изменить, если я свалю куда-нибудь подальше».

«Скандал по поводу измены?»

«Нет, что ты! Он не должен знать, что я узнала про его шашни с Васей! Он насторожится, а мне нужно, чтобы он ещё раз мне изменил. В последний раз».

«Хорошо, договорились».

Я закрываю заметки и подхожу к зеркалу. Распахиваю халат и критическим взором окидываю своё тридцатичетырёхлетнее тело. Не ужасно, но по сравнению с точёной фигурой Насти — на троечку. Мне явно требуется депиляция и кое-какие салонные процедуры. И педикюр в обязательном порядке, потому что Влад обратил внимание на облезлый лак, а это никуда не годится.

Я набираю его номер.

— Да, — отвечает Влад довольно унылым голосом.

Почему-то я рада его слышать.

— Привет, как твоё состояние? — спрашиваю я. — Озноб, температура есть?

— Нет, только морда красная, но уже меньше, чем вчера.

— Отлично. А спал хорошо?

— Плохо, — вздыхает он.

— Почему?

Он мнётся и неохотно отвечает:

— С женой поругался. Она уехала на дачу к родителям.

— Сочувствую. Из-за чего хоть поцапались?

— Да не из-за чего, на ровном месте. И я с ней не цапался, она уже на взводе откуда-то пришла. Ладно, не хочу тебя грузить, разберёмся.

Настя всё-таки выполнила свою часть соглашения. Теперь Влад в растрёпанных чувствах и чувствует себя обиженным и одиноким. Идеальное состояние для супружеской измены.

— Ты дома? — спрашиваю я.

— Нет, на работе. Тошно одному дома. Ты приедешь к шести часам?

— Приеду. Влад, я хотела тебя попросить… Можешь перечислить мне аванс? Деньги очень нужны, сам понимаешь.

На бразильскую эпиляцию, маникюр, педикюр и новый комплект белья.

— Понимаю, — спокойно отвечает он. — Сейчас перечислю. И не опаздывай, пожалуйста. Вода и шоколад, которые я вчера покупал, ещё в машине?

— Конечно. Я их не трогала.

— Ну мало ли, — бурчит он. — Я недостаточно хорошо тебя знаю, чтобы доверять в таких серьёзных вопросах. Это мои любимые шоколадки. Я расстроюсь, если не получу их обратно.

Он флиртует! Губы самовольно разъезжаются в улыбке, но я себя одёргиваю: этот человек довёл свою подружку до самого чёрного отчаяния и пять лет скрывал измену. Он даже перед свадьбой не счёл нужным покаяться.

— Можешь мне доверять на сто процентов, — уверенно отвечаю я. — Я тебя не подведу.

— Спасибо, — говорит он и кладёт трубку.

Через минуту я получаю на счёт, привязанный к телефону, тридцать тысяч рублей. Ого, это не аванс, а целая зарплата! Какой щедрый у меня босс! Я натягиваю джинсы, футболку и отправляюсь в салон красоты. Волнуюсь, как перед первым свиданием с мальчиком.

***

После трёх часов в салоне и часа в торговом центре я выгляжу гораздо привлекательней, чем утром. Ногти сверкают вишнёвым лаком, на теле не осталось ни волоска, зато волосы на голове блестят от салонного ухода. А ещё я покупаю парочку комплектов кружевного белья и джинсовый сарафан. Вчера я строила из себя строгую даму-водительницу, а сегодня сменю образ на дерзко-сексуальный. В сарафане видны мои колени и ложбинка на груди. Редкий мужик устоит перед желанием заглянуть в декольте. А при необходимости я смогу расстегнуть верхнюю пуговицу и обнажить полушария грудей. Обычно я так не делаю, но сейчас я на задании. Это меня оправдывает.

— Добрый вечер всем, — говорю я, заходя в офис без десяти минут шесть.

Вася, Мадина и Наташа смотрят на меня, как монашки на миледи, а финансовый директор Грушин облизывает взглядом с головы до ног. Мужчина возрастной, но интереса к противоположному полу ещё не потерял. На всякий случай я ему улыбаюсь. И девочкам тоже.

— Пойдём покурим, — тут же предлагает Вася.

Видимо, хочет напомнить, чтобы я не лезла к боссу, потому что он любит только её. Но сегодня мне плевать на Васю, она отработанный материал и больше мне не пригодится.

— Я не курю, — отвечаю я.

— Вчера курила.

— Бросила.

— Это Влад Юрьич тебя попросил, да? — спрашивает Мадина, самая молоденькая из всех сотрудников «Питерстроя». Наверное, студентка ещё. — Он сам недавно бросил курить и не выносит запаха табака.

Ах, вот в чём дело! Хитрая Вася хочет, чтобы от меня воняло! Сама курит и других подбивает.

— Он поэтому всё время жуёт резинку? — спрашиваю я Мадину, которая смотрит на часы и начинает собираться домой.

— Ага. И орешки ещё. И чипсы.

— И шоколадки?

— И шоколадки, — смеётся Мадина. — Всё, до завтра, я побежала!

Я заглядываю в кабинет Влада, за столом его нет. Захожу внутрь и осматриваюсь. Он стоит перед шкафом голый по пояс. Первый импульс — выйти или хотя бы отвернуться, но я вовремя вспоминаю, зачем я здесь. Мне нужно его соблазнить.

Подхожу ближе. Он ищет что-то на вешалках. У него здесь, оказывается, мини-гардероб с рубашками и футболками. Я рассматриваю белую спину с подвижными лопатками и ложбинкой вдоль позвоночника. Эта спина дала бы фору многим мужским торсам в Эрмитаже — и по мраморной белизне кожи, и по грациозности позы, и по деликатной прорисовке мышц.

— Сколько на улице градусов? — спрашивает Влад.

— Двадцать два.

— Чёрт, всё хуже и хуже.

Он вытаскивает футболку с длинными рукавами, но я не даю её надеть. Касаюсь его предплечья.

— Дай глянуть, — прошу я. — Больно? Краснота вроде прошла.

— Всё нормально, — отвечает он несколько удивлённо.

Не ожидал, что я к нему прикоснусь. Видимо, не любит, когда нарушаются его личные границы. Он натягивает футболку и смотрит на меня. Замечает перемены во внешности, но реакция не такая, как у Грушина. Тот с удовольствием полапал меня взглядом, а Влад как будто недоволен моим внешним видом.

— Всё в порядке? — спрашиваю я. — В таком виде можно ходить на работу, или у вас тут дресс-код?

— Ходи в чём хочешь, — бросает он и направляется к столу. — У меня нет претензий к одежде сотрудников, лишь бы голые не ходили.

Суёт в сумку планшет, стопку распечатанных картинок и буклеты большого формата.

— Обещаю, я не буду ходить голой, — говорю я дурацким заигрывающим тоном.

М-да уж, флирт — это не моё. Влад, кажется, разделяет моё мнение. На лице его появляется недоумение, но всего лишь на несколько секунд. Мимолётная гримаса замешательства.

— Я готов, пойдём, — командует он и открывает мне дверь кабинета.

Я выхожу с гордо поднятой головой и наталкиваюсь на Васю. Она тут же начинает приставать к Владу:

— Давай я поеду с тобой, вдруг у Степашина появятся вопросы?

— Не надо.

Мы огибаем Васю по широкой дуге и выходим в коридор, но она бежит за нами.

— Он просил сделать дополнительные рендеры СПА-зоны…

Влад резко тормозит и разворачивается к надоедливой бывшей любовнице:

— Василиса, я сделал все нужные рендеры и отвечу на все вопросы, которые он задаст. Я занимался этим проектом месяц. А если мне понадобится помощь, я тебе позвоню, договорились? Иди домой, не сиди на работе до ночи.

— Хорошо, но только позвони мне, когда встреча закончится, — просит Вася.

— Позвоню, — обещает Влад.

Это пустое обещание. Он часто не берёт трубку, когда она звонит, и не перезванивает — Никитос отследил звонки Влада. Бедная влюблённая Вася!

— Не забывай пить воду!

С другой стороны, он её не увольняет и просит остальных сотрудников проявить к ней снисхождение. Это признак хорошего отношения. Но мне всё равно не верится, что они были близки. Возможно, пять лет назад Вася не выглядела как нафталиновая старая дева, но и Влад в то время был совсем мальчишкой. Он и сейчас-то не тянет на двадцать шесть.

— Где моя вода? — спрашивает он, садясь в машину.

— Сзади. В термо-сумке.

— М-м-м, спасибо за заботу, — говорит он и залпом выпивает полбутылки.

— Куда едем?

Он устанавливает на приборную панель свой телефон с навигатором и тыкает пальцем:

— Вот сюда.

«Время в пути — 1 час 10 минут» — написано на экране.

Я трогаюсь.

Влад опускает козырёк над лобовым стеклом, надевает очки и сползает в кресле. Похоже, собирается подремать.

— В бардачке есть надувная подушка, — сообщаю я.

— Идёшь по стопам Василисы?

От неожиданности я чуть не проезжаю на красный свет.

— Что? — переспрашиваю я, затормозив на перекрёстке.

— Яна, пожалуйста, — говорит Влад, — не надо брать с неё пример.

— Ты о чём?

Он вздыхает и поворачивает ко мне голову:

— Она заботится обо мне, помогает по работе и всячески опекает, но на самом деле пытается затащить в постель. Не будь как Василиса.

Я начинаю неудержимо краснеть, а Влад, как назло, не отводит от меня глаз.

— Ты считаешь, я тоже хочу затащить тебя в постель?

— А разве нет?

— А разве да?

Он пожимает плечами:

— Я знаю тебя всего два дня, но я не слепой. Я вижу, что ты не против со мной переспать, хотя у тебя есть жених и ты собираешься выходить замуж.

Я задыхаюсь от его наглости.

— С чего ты взял?

— Ты сама рассказала про Валеру.

— Я про то, что я не против с тобой переспать!

— Да брось. Это же очевидно. Может, я и выгляжу моложе своего возраста, но я давно не ребёнок. Не заблуждайся на мой счёт. Я умею распознавать невербальные сигналы, — и его взгляд бесстыдно ныряет в моё декольте.

Мне хочется двинуть ему в лицо, настолько самодовольно это звучит. Но ругаться нельзя. Во-первых, мне и правда нужно с ним переспать, и желательно на этой неделе, а, во-вторых, я этого хочу. Хочу заняться с ним сексом. При виде этого парня у меня внутри всё тянет от желания и намокают трусы, что довольно удивительно, потому что он совсем не мой типаж. Мне всегда нравились бруталы, а не самовлюблённые павлины-альбиносы.

Стрёмная ситуация. Мы вдвоём в машине, но никакого сексуального притяжения между нами не витает. Это он виноват. Он не поддерживает мой неуклюжий флирт и внутренне закрыт. Возможно, я ему не нравлюсь как женщина, хотя вчера он два раза сказал, что я красивая. Возможно, измены в браке для него неприемлемы, даже если он изменял будущей жене до свадьбы. Для некоторых людей именно официальный штамп становится красной линией.

— Ладно, не буду отрицать, — сдаюсь я. — Ты правильно расшифровал сигналы: я не против с тобой переспать.

Он удовлетворённо кивает.

— Спасибо за честность. Но я вчера уже говорил, что не изменяю жене. С тех пор ничего не изменилось.

Он снова крутит большим пальцем обручальное кольцо на безымянном. У него длинные гибкие пальцы, а ещё он надувает губы, когда о чём-то задумывается.

— Буду благодарна за ответную честность, — давлю я на него.

— Что тебя интересует? Я вроде всё сказал.

— Ты сказал, что не изменяешь, но не сказал, что я тебе не нравлюсь. Что ты не хочешь меня.

Наверное, я красная, как помидор. Но полтора миллиона рублей сами себя не заработают.

— Яна, ты очень красивая… — начинает Влад и осекается. Строит ещё одну гримасу и продолжает: — Пф, ладно, раз ты просишь быть честным, скажу прямо: меня не интересует секс с тобой. У меня было много женщин. Больше, чем ты думаешь. Я несколько лет искал кого-то, кто даст мне то, чего я хочу… Нечто особенное. Но все женщины похожи друг на друга: все хотят любви и заботы. Стабильности, верности, защиты. Выйти замуж, родить парочку детей, купить дом за городом и отдыхать на Мальдивах. Жизнь-мечта.

Я не удерживаюсь и задаю вопрос:

— Это плохо?

— Это хорошо. Просто у меня уже есть женщина для всего этого. Я женился с открытыми глазами, когда почувствовал, что готов к браку. Меня всё устраивает. Даже не представляю, зачем бы мне понадобилось заводить отношения на стороне. Ради чего рисковать семьёй? Я сейчас не про тебя или Василису, а в целом.

Он не врёт, я это чувствую. Он действительно считает, что измена не принесёт ему удовольствия. А если так, то какой смысл изменять? И всё же кое-что в его словах меня цепляет.

— Может, ради того, чтобы найти кого-то особенного?

— Это не ты.

Быстрый резкий ответ. О чём мы говорим? Я двигаюсь на ощупь, бросаю реплики, как камешки в пруд, надеясь попасть в нужное место. И, кажется, попадаю. Надо додавить его, вывести на полную откровенность.

— Почему ты так уверен?

— Потому что.

— Ты плохо меня знаешь.

Он молчит и смотрит на дорогу. Мы проносимся мимо вспаханных полей. Я продолжаю, используя информацию, полученную от Насти:

— Я понимаю тебя, Влад. Я тоже долго искала мужчину, с которым могла бы… Ну, получить необычные эмоции, более яркие и насыщенные. Мне нравится пожёстче.

Какой бред я несу! Главное, не заржать и не съехать в кювет.

— Ну и как, нашла? — интересуется он.

— Пока нет.

— Валера не хочет доминировать?

И тут меня накрывает. Дебильный разговор непонятно о чём и грубые ответы Влада, похожие на издёвку, не на шутку меня выбешивают.

— Слушай, я с тобой беседую, как с нормальным человеком, — выслушиваю твои рассказы про Василису и три аварии за полгода, про людей-ромашек, которые опаснее злодеев, про небоскрёб-линейку, который физически неспособен стоять ровно и обязательно завалится в море. Я спасаю тебя от солнечного удара и терплю наезды твоей бывшей любовницы. А ты ведёшь себя как распоследнее хамло!

Он ёрзает на сиденье и жуёт нижнюю губу. А я сливаю на него раздражение, всё отчётливей понимая, что не перечисленные прегрешения меня возмущают, а то, что этот сопляк меня не хочет. Я открытым текстом предложила перепихнуться, а он отказался под каким-то мутным предлогом. Мог бы просто сказать, что любит жену, я бы отстала.

— Останови машину, — просит он дрожащим голосом.