ГЛАВА 14

Лера

Вернувшись в комнату, я надолго заперлась в ванной. Сначала просто сидела, прислонившись спиной к тумбе и пытаясь проанализировать ощущения, которые накрыли меня в бассейне.

Потом встала под струи душа, надеясь, что вода пошлёт подсказку. Наивная… Хотя тёплая вода меня и успокоила, но ответы или хотя бы незначительные зацепки так и не появились. Выйдя из ванной, уже сама не понимала, чего я, собственно, испугалась и почему действия и слова мужа так на меня повлияли.

За время моего пребывания в новом доме Богдан ни разу не показал своей агрессии, но по поводу прошлого я начала сомневаться. Мог ли он применять силу или поднимать на меня руку? И если да, то почему? Из-за моей измены? И почему упорно отказывается обсуждать наше прошлое и причину ссоры предшествующей аварии? Почему ограждает меня от общения с родителями и друзьями?

Он явно очень меня любит, заботится, не торопит с близостью, хотя подтверждение его желания я видела и чувствовала неоднократно. Чётко понимаю, что он делает всё, чтобы наладить наши отношения, а не просто сблизиться и вернуться к тому, что было до аварии и потери памяти.

Но почему увёз в новый дом, а не прежнюю квартиру? И почему даже не хочет слышать о том, чтобы я вернулась к работе? Отсрочка, которую он обозначил, совсем не значит, что потом он не придумает новые доводы.

Значит ли это, что мы собирались расстаться? Может, я любила того другого мужчину? Не просто же так он снился мне чуть ли не каждую ночь.

Была уверена, что Богдан откажется обсуждать эту тему. Да и сама я не решусь начать подобный разговор. Меряя комнату шагами, пыталась придумать способ выяснить хоть что-то самостоятельно.

Прошла почти неделя, но Богдан ни разу не завёл разговор о моём странном поведении и побеге из бассейна. Действительно побеге. По-другому не назовёшь…

Он вернулся к работе и большую часть дня отсутствовал, а я проводила время с Настей и много читала. В бассейн тоже ходила с ней, старательно избегая необходимости оставаться там наедине с мужем. Он не звал, а когда за ужином расспрашивая о том, как я провела день, узнавал, что я плавала, лишь сдержанно улыбался и тут же переводил тему.

Я почти успокоилась, пока незнакомец не явился опять… Проснулась от собственных всхлипов и, открыв глаза, судорожно выдохнула.

– Опять кошмар? – спросил муж, оплетая меня руками.

– Не помню, – соврала я, не зная, как рассказать, что мне снова снится измена. Только с кем?..

– Может обратимся к врачу? – целуя меня в затылок, предложил Богдан.

– Это просто сон. Я хочу вспомнить, но не могу, – поделилась я тихо и, развернувшись в кольце его рук, попросила: – Помоги мне вспомнить. Ты же обещал…

– Но как? – растерялся он и, перекатившись на спину, привлёк меня на грудь. Обнял и, перебирая пальцами пряди моих волос, вздохнул: – Скажи как, я всё сделаю. Просто не понимаю, как тебе помочь.

– Верни мне прошлое, – положив ладонь на его грудь, прошептала я, а Богдан заметно вздрогнул.

– Как? – его голос прозвучал глухо.

– Позволь мне общаться с людьми из прошлого, – добавила неуверенно и, закусив губу, поправила: – Моего прошлого.

– Лера, о чём ты? – муж поднял моё лицо за подбородок и, глядя в глаза, конкретизировал: – Что тебя мучает? Я расскажу… О чём из твоего прошлого ты хочешь узнать?

– Обо всём, – шумно выдохнув, пожала плечами и, потупив взгляд, созналась: – Я чувствую что-то… или кого-то, но не могу понять… нащупать. Это тяготит.

– Тебе плохо со мной? – поинтересовался Богдан, а я, вскинув взгляд, опешила от той боли, что отражали его глаза.

– Нет, – поторопилась успокоить и, улыбнувшись, пояснила свои ощущения: – Я как будто неполноценная без чего-то или кого-то. Но…

– Хочешь общаться с друзьями и вернуться к работе? – скривившись, как от боли, переспросил он.

– Не со всеми и не сразу, – осторожно предположила я.

– Скоро новогодняя вечеринка у твоих родителей, – подумав, выдохнул муж, тут же предложив: – Могу пригласить нескольких твоих знакомых и подруг. Как тебе идея?

– Идеально, – расплылась я в улыбке. – И пообщаюсь и ты будешь рядом.

– Вот и отлично, – нахмурившись, буркнул он.

– Спасибо.

– Но… По работе мы договорились подождать, – осторожно напомнил Богдан.

– Я помню, – отозвалась и, прижавшись щекой к его скуле, добавила: – Да и не готова я пока к таким нагрузкам.

– Вот и проверим, – вдруг оживился муж и, подмигнув, проурчал: – Тебя ждёт сюрприз.

– Какой? – охнула я и, сев на кровати, похлопала ресницами.

– Идём, – позвал он и, встав с кровати, скомандовал: – Надень спортивные шортики и маечку. Жду тебя внизу.

– Сейчас? – переведя взгляд на настенные часы, показывающие всего семь утра, промямлила я.

– Идём-идём, – натягивая спортивные брюки, подмигнул Богдан и, направляясь к двери, загадочно протянул: – Уверен, тебе понравится.

Пару минут пребывала в ступоре, но любопытство победило. Скинув пижаму, надела маечку и шорты, в которых занималась лечебной физкультурой и, собрав волосы в хвост, спустилась на первый этаж.

Ожидающий в гостиной муж взял меня за руку и повёл по коридору в другую часть дома. На кухне уже вовсю возилась Галина Петровна, а Настя пила кофе. Улыбнувшись, я пожелала доброго утра и, заметив растерянность на их лицах, улыбнулась и пожала плечами, кивнув на Богдана.

Мы шли к бассейну, и поначалу я заволновалась, но… Остановившись перед дверью, которая всегда была заперта, Богдан обернулся и, достав из кармана спортивок ключ, подмигнул.

– Готова к сюрпризу?

– Не уверена, – отозвалась, не скрывая растерянности.

– Идём, – Богдан расплылся в довольной улыбке и, открыв дверь, подтолкнул меня вперёд.

Шагнув внутрь, замерла. Просторная комната оказалась небольшим, но удобным спортивным залом. Здесь располагались тренажёры, беговая дорожка, велотренажёр, пара огромных мячей, скакалки, штанги и гантели разного размера, аккуратно развешанные на специальной подставке. Вдоль стен стояли небольшие скамейки, больше напоминающие кушетку, а сами стены и даже потолок были оформлены зеркальными панелями.

В углу висела боксёрская груша, но самое главное… Даже не поверила. В другом углу около панорамного окна с потолка свисали полотна для занятий аэро-йогой. Приложив ладони к щекам, невольно ахнула и, повернувшись к довольному Богдану, расплылась в улыбке.

– Нравится? – скрестив руки на голой груди, проурчал он.

– Очень! – взвизгнула от восторга. Шагнув к мужу, обняла и, чмокнув в губы, мурлыкнула: – Спасибо.

– Опробуешь? – продолжая стискивать мою талию, взволнованно прохрипел он.

– Я не помню как? – смущённо опустила взгляд и, отступив, вздохнула: – А вдруг не получится?

– Получится, – тихо рассмеялся муж и, сняв с вешалки, стоящей у двери, боксёрские перчатки, добавил: – Ты это любила. Попробуй, тело само вспомнит.

– А ты? – глядя, как он надевает перчатки, уточнила я и, подойдя, помогла застегнуть липучки.

– А я пока грушу поколочу, – улыбнулся Богдан и, шлёпнув меня по попе увесистой перчаткой, подначил: – Иди не бойся, я рядом.

Проводив его взглядом, повернулась к желанной цели. Приблизившись, неуверенно коснулась плотной ткани гамака, но тут же отдёрнула руку. Закусив губу, обернулась на танцующего вокруг груши Богдана и, выдохнув, решительно ухватилась за полотна высоко над головой.

Он прав, я не должна бояться. Это часть прошлого, часть меня. Значит, я смогу… Вспомню…

Не в силах сдержать слёзы восторга, зажмурилась и расплылась в широкой улыбке. Богдан был прав, – это то, что я любила в своей прошлой жизни. Мой персональный кайф, мой наркотик, моя отдушина. Сейчас я была благодарна мужу, как никогда.

Тело вспомнило и само подсказало мне как себя вести, как двигаться. Занималась совсем недолго, понимая, что мой организм отвык от нагрузок, и чтобы вернуться к прежнему ритму, потребуется время и усилия. Сделав последний переворот, обессиленно повисла в гамаке, вцепившись руками в полотна высоко над головой. Тело приятно ныло, а мышцы гудели от забытого кайфа. Несмотря на влажную от пота кожу, мне было очень жарко и приятно, как от… экстаз в чистом виде.

Тяжело дыша, открыла глаза и тут же столкнулась с потемневшим взглядом мужа. Не шевелясь, он стоял, обняв руками забытую грушу и молча пожирал меня глазами.

Глаза в глаза, и я невольно подалась вперёд, а Богдан решительно пошёл ко мне, стягивая и отбрасывая боксёрские перчатки в сторону. Его голая грудь ходила ходуном от тяжёлого дыхания, торс соблазнительно блестел от пота, а низко сидящие спортивные брюки совсем не скрывали внушительный бугор возбуждения.

Подойдя вплотную, муж встал передо мной на колени и, качнув гамак ближе, стиснул меня в объятиях. Жадно поймал мои губы и, не давая опомниться, с ходу углубил поцелуй. Придерживая рукой мою голову за затылок и не позволяя отстраниться.

Не сдержавшись, вздрогнула и протяжно застонала. Проведя руками по его плечам, вплела пальцы в короткие волосы на затылке, притягивая мужа ещё ближе.

Оторвавшись от моих губ, Богдан посмотрел в глаза и, поддев края моей маечки, приподнял одну бровь, безмолвно спрашивая согласие на продолжение. Коротко кивнула и, покраснев, подняла руки, позволяя стянуть с себя майку.

Окинув меня жадным взглядом, муж завёл одну руку мне за спину и, надавив между лопаток, вынудил податься вперёд и выпятить грудь. Тут же склонился и, обведя языком ареолу, поймал губами затвердевший сосок. Застонали мы в унисон, а он усилил ласку, заставляя меня поскуливать и извиваться.

Слыша тяжёлое дыхание мужа, поразилась его терпению. Понимала, что он ждал так долго не потому, что не хотел меня. Переживал, заботился о моём здоровье, боялся навредить, но…

Сейчас я почувствовала себя изголодавшейся не меньше, и пока Богдан продолжал ласкать мою грудь, начала гладить его тело везде, куда могла дотянуться. Добравшись до брюк, нырнула рукой под резинку и, нащупав большой набрякший член, обхватила пальцами и сжала.

Богдан глухо застонал и, отстранившись, просунул руки мне под попу, цепляя и стягивая шортики вместе с бельём.

Развела ноги, открывая ему доступ, чем он тут же поспешил воспользоваться. Скользнул рукой между набухших от возбуждения складок и, нащупав вход в лоно, ввёл в меня палец.

– Мокрющая, – проурчал удовлетворённо муж и, накрыв мои губы поцелуем, продолжил ласкать клитор и чувствительный вход.

– Хочу, – едва получив передышку, выдохнула задушено и, подавшись бёдрами вперёд, развела ноги ещё шире, жалобно проскулив: – Возьми меня…

Муж торопливо приспустил брюки вместе с бельём и, приставив головку члена к моему лону, принялся водить вверх-вниз, распределяя выделившуюся влагу. Надолго его не хватило. Подавшись бёдрами вперёд, он ввёл головку в лоно, а потом, замерев на пару секунд, немного отстранился и тут же резко толкнулся вперёд, проникая до упора.

Охнув, запрокинула голову, пытаясь продышать накрывшие с силой цунами ощущения, а Богдан поднял мои руки вверх, заставляя ухватиться за полотна.

– Держись, сейчас покачаю, – прохрипел он и, прикусив мой подбородок, начал двигаться.

Качнул гамак, подаваясь бёдрами навстречу, потом немного назад, почти полностью выходя из меня и снова навстречу. Прикрыв глаза, протяжно застонала и, отталкиваясь ногами от пола, попыталась усилить контакт.

Руки мужа спустились ниже и, сжав попу, начали подталкивать мои бёдра навстречу его резким движениям. Глубже, сильнее, с пошлым хлюпаньем и хлопками сталкивающихся тел.

Мы дышали в унисон рвано и часто, успевая ловить губы друг друга, засасывая, кусаясь, лаская языками. Богдан рычал, а я жалобно постанывала и нетерпеливо скулила.

– Сейчас, сейчас, – пробормотал муж, выпутывая меня из гамака и, уложив на мат, накрыл своим телом, тут же возобновляя движения.

– Да-а-а, – простонала протяжно и, обвив его торс ногами, подалась бёдрами навстречу.

– Давай, малышка, – совершая серию особенно глубоких толчков, зарычал Богдан и, уловив первые сокращения моего лона, выдохнул прямо в губы: – Улетай, любимая.

Теряясь в пространстве, я расслабилась и позволила экстазу скрутить тело судорогами и тягучими спазмами. На какое-то время ослепла и оглохла. Запрокинув голову, закричала и заплакала.

Продлевая мой оргазм короткими глубокими фрикциями, Богдан утробно зарычал и, толкнувшись ещё пару раз, излился горячими струями внутри меня.

Всё ещё ощущаю пульсацию в точке соединения наших тел, сердце тарабанит, а дыхание всё никак не успокаивается. Не открывая глаз, расплылась в улыбке, продолжая гладить плечи и спину мужа и наслаждаясь моментом единения.

Отдышавшись, Богдан поймал моё лицо руками и, обжигая дыханием, начал зацеловывать.

– Лера, любимая, как долго я этого ждал, – бормочет между хаотичными поцелуями и, перекатившись набок, притягивает меня к своей груди, продолжая шептать: – Любимая. Девочка моя. Моя. Никому не отдам. Моя.

Обвиваю его торс руками и, прижавшись щекой, шепчу, едва справляясь с заплетающимся языком: – Кому не отдашь? Я твоя и ничья больше. Люблю тебя.

– Повтори, – поддев мой подбородок пальцами, вынуждает посмотреть в глаза и, улыбнувшись, тихо просит: – Повтори. Я так хотел это услышать.

– Люблю тебя, – повторяю и, зажмурившись, счастливо выдыхаю: – Какой чёрствой, оказывается, я была до аварии. Люблю тебя, даже не сомневайся. Прости, что так редко тебе это говорила.

– Тебе не за что извиняться, – притянув мою голову к груди, поцеловал меня в лоб и, перебирая волосы пальцами, прошептал: – Я очень счастлив, что ты со мной… что ты моя… А всё остальное мы преодолеем вместе.

– Что преодолеем? – уточнила, урча от удовольствия и, водя пальцем по его груди, мурлыкнула: – Разве у нас были настолько серьёзные проблемы?

– Нет, – отозвался муж и, поцеловав меня ещё раз, попросил: – И не будет. Просто верь мне. Всё, что я сделал и делаю, только ради нас.

– Я знаю. Верю, любимый…