Глава 28

Кира

– Ну что там? – взволнованно, но так чтобы никто не заподозрил ничего, иду навстречу Тиму.

– Хотел Иру с Лизой видеть. Пьяный к тому же. Нес какую-то фигню. Я его прогнал.

– Боже, что с ним такое? – облегченно выдыхаю. – Я его не узнаю.

– Долбанулся он. Кира, нам стоит поговорить с Лилей.

– Что? О чем?

– Ты ведь знаешь, что там было между нами?

– Да, Ира рассказала.

– Так вот, что, если он пока дочь на учебе приедет туда? Что, если просто встретит ее на улице и все расскажет сам?

– Но что сказать ей?

– Ну во-первых, сказать, чтобы не подходила к нему и не ходила никуда. Во-вторых, рассказать, что у меня с Соней были тяжелые времена и она так говорила, что не желает ее.

– Боже… – закрыла глаза, потому что подобное представить сложно.

– Ну и с Денисом поговорить, чтобы был рядом.

– Точно, Денис, – сразу же отлегло немного. – Они практически постоянно вместе.

– Вот и хорошо, заодно проверим его надежность.

– Перестань. Он хороший мальчик, и ты это знаешь, – разворачиваюсь уйти, улыбаясь, но Тим склоняется к уху и шепчет.

– Но для строгости должен же я был держать лицо, а то еще расслабится, – хохотнув ухожу к столу.

Выходные с девчонками и сыном пролетели так быстро, что я неожиданно вновь загрустила.

Простилась с Ирой и Лизой, Лиля, итак, была у себя, а сама я поехала отвозить Мишу. Тимур предлагал компанию, или вообще сделать все самому, но я отказалась, решив провести эти пару часов с сыном в пути.

Вернувшись назад, наступила новая неделя. За ней другая. Найти слова как сказать дочери о том, что ее мать не сильно желала своего ребенка, я не могла и потому молчала. Тимур не давил, предоставив мне свободу действий. Хотя в одном мы согласились, не стоит утверждать, что это было так, тем более сам Тимур таких слов от Сони не слышал.

Но все же сделать пришлось это.

Слова я подобрала тщательно, и Лиля все поняла. Кажется, она не слишком обиделась или же восприняла в штыки.

– Милая, ты должна понимать, что твой папа лично этого не слышал. Но так говорит дядя Андрей. Поэтому, если ты услышишь от него что-то подобное, не воспринимай близко к сердцу.

– Мам, я правда поняла. Даже если и правда, я не жила с чувством, что никому не нужна. Мне, если честно как-то ровно. Так что зря ты переживала с папой.

– Мы тебя очень любим, и я рада, что ты это знаешь без слов.

Я выдохнула, Тим тоже.

На улице была настоящая зима. Снег лежал не тонким слоем, но картинка виделась мне великолепной.

Новый год представлялся мне в смутных красках. Я не знала, как его отмечать. Как было бы правильно?

Почему нет нигде инструкции жизни после развода с наличием двух детей? Было бы определенно проще. Но увы, мы сами строим жизнь, решая, что именно правильно.

– Пятница день тяжелый? Так говорят? – в отдел вошла Олеся с чашками кофе.

– Кажется, так говорят про понедельник.

– Кто-то про все дни недели. А пятница – это предвкушение выходных.

– Ты же знаешь, что тут его лучше не пить. Пойдемте на кухню.

– Кира, там дополнительный ингредиент добавить нельзя, а тут есть слепая зона, – подмигнув отошла в сторону ксерокса.

– Какой еще ингредиент? Олеся, – опешила тому, как она тихо вынула из сумочки мини-бутылочку какого-то напитка с повышенным градусом.

– Я после Нового года перехожу в другой филиал. Отправляют на юг.

– Чего? – у меня не было слов. – Почему мне не сказали?

– Потому что мне самой поведали об этом только что. Поэтому берем кружечку и пьем вкусненький кофеек.

– Я с этим попробую разобраться, Олесь…

– Не стоит. Меня вернут, наверное, через полгода. Так что я согласилась.

– Это правда? – влетает Марина, явно прознавшая о переводе своей подруги.

– Садись, – командует вторая и сует в руку кружку.

– Хорошо до конца работы пара часов.

– Я не удержалась.

Мой телефон начинает звонить, и я тянусь к трубке.

– Потом, – отнимает виновница торжества.

– Брось, номер незнакомый. Вдруг это клиенты?

– Пусть на корпоративный номер звонят нашего отдела.

– Олесь, – угрожающе смотрю на нее и мой гаджет возвращается в мою руку.

– Алло, я вас слушаю?

– Мам? Это я.

– Лиля? Что за номер? – не услышав ответ, я различаю в хаотичном шуме ее всхлип. – Что случилось?

Внутри все сжимается от страха и мыслей, которые сразу возникают на фоне одуревшего Андрея.

– Мы в полиции, мам. Нам только что дали позвонить, – сердце в клочья. Я даже не чувствую пальцев от шока и еще большего переживания.

– В какой? В смысле адрес скажи, – все на что хватает дыхания.

Записываю улицу и номер, моля чтобы все было несерьезно. Даже не задумываясь, почему она говорила «мы»?

– Ты белая как стена за твоей спиной, что случилось?

– Я поехала, потом буду… В понедельник.

Убегаю из офиса, сажусь в машину, благо выпить не успела чудо-коктейль и звоню Тимуру.

– Кира? – звучит удивленно. – Привет.

– Привет. Тим… – сглатываю воздух и прокашливаюсь, потому что в горле запершило.

– В чем дело? Ты в порядке?

– Да, я да. Лиля в участке.

– Каком участке? Полицейском?

– Да. Я тебе сейчас адрес скину, поезжай туда, пожалуйста.

– Конечно. Скорее пиши, я сейчас буду.

Как доехала, не знаю. Быть может, нарушила сотню правил дорожного движения, но, откровенно говоря, мне сейчас было не до этого. Я боялась увидеть мою девочку избитой, или… даже в голове не укладывалось то, что рисовал воспаленный мозг.

Я приехала первой и решила подождать Тимура, потому что была уверена, что не смогу связать и пары слов. Встала на небольшом крыльце и, обняв себя руками, молилась.

– Ты почему тут? – спросил, тронув за плечо, а я аж подпрыгнула на месте. – Прости, не хотел пугать.

– Боюсь туда идти одна.

– Я уже тут, пойдем.

Погладил по спине и открыл передо мной двери.

Что там творилось не передать словами.

Оказывается Денис, а именно его имела в виду Лиля, говоря «мы», были на дне рождения его друга.

В клубе завязалась потасовка с какими-то парнями, один из которых решил потанцевать с Лилей. Денис вступился, в итоге подрались. И все бы ничего. Так, вызванная полиция обозвала компанию как-то там. Кто-то из парней начал отвечать, в итоге самый бойкий толкнул полицейского, и Дениса скрутили тут же. Лилю вместе с ним, потому что начала пытаться освободить парня, поцарапав мужчину.

Пока мы с этим разобрались и детей выпустили, приехал отец Дениса и забрал его, перед этим поговорив с нами.

– Вот и познакомились, – улыбнулся он.

– Это точно.

До полного спокойствия мне было далеко, поэтому Тимур сел за руль моей машины и повез сначала Лилю на квартиру, а затем меня.

– Я провожу, иначе на лестнице рухнешь, – настоял на своем.

Уже на пороге квартиры я, как после гонки остановилась и повернувшись к мужчине благодарно обняла того за помощь и что быстро откликнулся.

– Я бы все на свете бросил и примчался, Кир. Не стоит.

Отстраняюсь от него и киваю.

– Знаю. Просто до сих пор трясет, как услышала ее, что она плачет и в участке… – передергивает от воспоминаний, и Тимур снова притягивает обнимая.

– Уже все закончилось, и мы во всем разобрались. Так что успокаивайся, – улыбнулся, погладив по плечу, задержав на том свою руку.

Меня прошила волна грусти. Невольно я подняла голову и посмотрела в его глаза.

Я заметила, как он изменился. Заметила, как Тимур повзрослел, что ли. С чем это было связано, я не знаю, но я чувствовала, что время нас меняет в лучшую сторону с тем багажом, что у нас есть.

Он склонился медленно и коснулся моих губ своими, а я даже не знаю, почему не оттолкнула. Но когда произошел этот контакт, меня ударило током, и я отшатнулась. А после ушла в квартиру просто сбежав.

Сбежав от боли, которая возникла вдруг.

Той, которая казалась мне уже забытой. Я стала вспоминать не только тот проклятый вечер. Я вспоминала то, что было до него. То счастье, которое меня носило на руках и делало жизнь прекрасней. Ту любовь, которая была утеряна. Доверие, что рассыпалось как песочный замок, стоило волне приблизиться и омыть всего лишь край. Но он рухнул и смешался с соленой водой навсегда. Не отыскать по песчинке, не вернуть.

Почему же сейчас, я плачу сидя на полу прихожей, если я была уверена, что все забыто. Что точка поставлена в правильном месте.

Это нечестно. Зачем эта буря внутри?

Телефон ожил и на экране высветилось одно слово: «Прости».

Встала на ноги, переоделась из офисной одежды в теплый спортивный костюм. Куртку спортивную, шапку, варежки и вышла гулять.

Мне нужен воздух и шум этого города. Только не тишина.

Дошла до длинной набережной и остановилась.

Вода текла в своем собственном ритме, а я вспоминала слова о том, что в одну реку дважды не войти.

Когда я услышала, ее впервые я даже не поняла, о чем речь. Я не понимала смысла. Как это не войти? А сейчас эти слова стали истиной моей жизни. Ведь такая правда горька.

Подмерзнув, я зашла в ближайшее кафе, после часовой ходьбы, когда свернула на улицы, измерив набережную шагами от начала и до конца.

Передо мной лежал телефон и до сих пор не открытое смс высвечивалось и высвечивалось при нажатии на кнопку.

Почему же все так сложно? Стоит поверить, что я стою ровно, как сшибает ветер и ты снова проделываешь путь от земли до ровных ног.

Я всем была довольна в нашей жизни, хотя и случались конфликты, но они не были глобальными. А он? Он был? Или это больше не имеет значения?

Взяла телефон в руку и, нажав на звонок, вышла из кафе, заранее расплатившись.

– Кира?

– Ты вообще был счастлив, Тимур? За все двенадцать лет брака и те два года до, ты был искренним? – вопрос прозвучал требовательно и в то же время умоляюще, потому что я знала, что хочу услышать ответ прямо сейчас.

– Я… конечно, был. Даже не сомневайся в этом, Кира. Все было по-настоящему. Я не играл роль.

Ответ и снова непонимание.

– Тогда почему ты это сделал? Я не понимаю. Я не могу найти причину, Тимур. Копошусь в этой куче слов и мыслей, но не нахожу ответ, – слезы уже вовсю лились из глаз, а голос периодически пропадал. – Почему все так произошло тогда?

Он замолчал, и я потеряла всякую надежду. Но я знала, что этот ответ мне во многом поможет. Чтобы понять, чтобы отпустить насовсем и перестать искать ответы при малейшем колебании души и воспоминаний.

– Потому что не ценил тебя. Потому что решил, что ты останешься в любом случае. Простишь. Потому что был уверен, что приду домой и все будет, как прежде, – его голос ломался, вместе с этим ко мне приходила истина такой, какой она была на самом деле. – Потому что недостаточно знал тебя и недостаточно… любил. Я был благодарен за дочь, за дом и уют в нем, за сына. А в ответ отдавал лишь половину. Мне казалось, что этого достаточно.

– Тогда… отпусти меня Тимур, – шептала, глотая холодный воздух. – Не делай вид, что вдруг полюбил, оценил. Не нужно этого всего. Я больше не хочу этой боли. Будь отцом наших детей, приезжай на Новый год, но будь просто бывшим. Отпусти меня даже в мыслях своих, потому что ты это, по сути, сделал уже давно.

К концу моей речи я больше не плакала. Казалось, что в этот момент чаша слез опустошена была полностью.

– Хорошо, – ответил он и отключился.

Сунула телефон в карман и не знала, куда двигаться дальше. Развернулась идти обратно. Сделав пару шагов меня внезапно, кто-то сбивает с ног, и я качусь прямо под колеса подъезжающему к парковочному месту джипу, который чудом затормозил.

Пока лежала и радовалась жизни, а еще стонала от боли в пояснице, ко мне подошел мужчина и, склонившись надо мной, я первым делом заметила, как бы ни было удивительно бороду, а потом глаза. Он был перевернутым, так как нависал надо мной.

– Я начинаю думать, что это судьба, – только и сказал, а после, как пушинку подхватил под мышки и поставил на ноги.