Глава 30. Анастасия

Подготовка к бракоразводному процессу шла активно. Я часто виделась с Робертом, он держал меня в курсе дел. Вадим пригрозил моему адвокату, что подаст иск в суд по делу о мошенничестве. Но Роберт был готов к такому положению дел. На переговорах с моим мужем он выложил на стол документы о кредите на квартиру в займ средств фирмы. – Ну и что такого? – до последнего храбрился Вадим. – О кредите не были оповещены руководители компании… – объяснял Роберт. – Я и был директором! – кричал Вадим. – Вы – муж руководителя. А это совсем разные вещи. – как можно спокойнее объяснял Роберт. – Пусть Настя отдаст мне деньги за квартиры! Это мошенничество! – возмущался мой муж. – Если вы подадите в суд, то мы сделаем тоже самое! Вот только дело Анастасии квалифицируют как гражданско-правовое, касающееся только мужа и жену. А ваше – хищение в особо крупном размере у юридической организации. – решительно заявил Роберт. – Но как так? Я не понимаю! – продолжал возмущаться Вадим. – Мы же семья! Она обманула меня! – Доверие не имеет никакого значения в этой ситуации. Вы сами говорите о мошенничестве, но не можете доказать, что не были вовлечены в процесс принятия решений. – заметил Роберт, уверенно смотря на Вадима. – Настя обманула меня! – настаивал на своем Вадим. – Анастасия не выносила решения по кредиту. Вы подделали подпись ее дедушки для займа, который использовали в личных нуждах! – в тональности Роберта не было ни капли сочувствия. Переговоры с Вадимом заняли несколько дней. Роберт продолжал поддерживать меня. Я с нетерпением ждала результата от переговоров. Нервную обстановку накалила Жанна, которую не могла уволить. А все потому, что любовница Вадима ждала ребенка. Когда она сказала мне об этом, поверить в это было сложно. Я старалась не показать своего удивления. Но оно просачивалось из меня. Жанну перевели на должность делопроизводителя. Теперь она сидит в отдаленном офисе и перебирает бумажки. Нас обоих устроил такой вариант – не видеть друг друга. Я и дети привыкали жить без Вадима, обустраивали свой дом, проводили все больше времени втроем. Сегодня мы поехали встречать дедушку из больницы. Пока Егор и Полина помогали ему усесться в машину, я общалась с врачом. – Операция прошла хорошо. Ваш дедушка – настоящий боец. С таким настроем, уверен, что реабилитация пройдет успешно. – врач пребывал в оптимистичном настроении. – Спасибо, доктор! Я очень рада слышать такие новости. – ответила я, чувствуя, как на душе стало легче. – Главное сейчас – поддержка. – продолжал врач. – Соблюдайте все рекомендации, следите за его состоянием. – Конечно. – кивнула я. – Мы постараемся сделать всё возможное, чтобы дедушка чувствовал себя хорошо. Улыбка не сходила с моих губ, когда я вернулась к машине. – Ну что там? Жить буду? – дедушка довольно ухмыльнулся. – Будешь. – уверенно ответила я и поцеловала его в щеку. Дедушка отказался ехать к нам домой. Сказал, что в родных стенах ему будет комфортнее. Дома нас встречала Нина. Несмотря на то, что у дедушки была строгая диета, домработница лично наготовила различных блюд. – Нин, ну мне же нельзя… – напускно пробурчал дед. – Это деткам. А вам я приготовила кашу. – домработница заботливо кружилась вокруг. – Каши? – дед сморщился. – Пожалуй, надо было к Насте ехать. Я и дети засмеялись. Дед привычно ворчал. А это значит, что быстро шел на поправку. Нина по привычке не замечала его возмущений. – Как там дела с нахлебником? – после совместного обеда спросил меня дедушка, когда мы остались наедине. – Роберт ведет переговоры. Думаю, что у него получится убедить Вадима. – Роберт? – дед сощурился и подозрительно посмотрел на меня. – Хороший адвокат? – Мне кажется, что он лучший. – я искренне улыбнулась. – Ты забыла добавить – "адвокат". – Именно это я и хотела сказать. – я сделала вид, что не замечаю косых взглядов в свою сторону от дедушки. Наверное, у меня на лице было написана сильная симпатия к Роберту. И дедушка явно подметил это. Но ничего больше он комментировать не стал. Весь день мы провели рядом с дедушкой. Я сильно волновалась, что после операции он быстро устанет. Но казалось, что дед даже стал бодрее от общения с Егором и Полиной. Те наперебой рассказывали ему о своих школьных делах, показывали снимки в телефоне. Я наблюдала за ними и чувствовала настоящее спокойствие. Уже давно не испытывала подобного. Мне не надо было притворяться. Я была сама собой и испытывала настоящее удовольствие от этого. Мы вернулись домой только к вечеру. Дети даже не спрашивали о Вадиме. Потому что мы попросту не замечали его отсутствия. Вадим и раньше занимался сугубо своими делами, либо находился в спальне с телефоном в руках. Я понимала, что в глубине души Полина и Егор переживают. Они знали о нашем бракоразводном процессе. Я старалась быть честной с ними. Не успела я зайти в дом, как зазвонил мой телефон. Я сделала знак детям, чтобы шли переодеваться. – Роберт, есть какие то новости? – это звонил мой адвокат. – Если ты дома, то выйди во двор. Хочу лично тебя обрадовать. – довольным голосом ответил он. Мое сердце замирало, когда я выходила за территорию дома. То ли от предвкушения хороших новостей, то ли от того, что сейчас увижу Роберта. Он ждал меня. Роберт облокотился о капот своей машины. Он не отводил своего взгляда от меня, пока я подходила ближе. – Ты прекрасно выглядишь. – хриплым голосом произнес Роберт и как-то по-особенному посмотрел а меня. Мое сердце подпрыгнуло, сделало кульбит и вернулось обратно. – Спасибо. – тихо произнесла я. Щеки заливаются румянцем. Я непроизвольно опускаю взгляд на губы Роберта. Делаю вдох и поднимаю глаза. А в его глазах встречаю такое переплетение эмоций, что становится трудно дышать. – Ты хотел меня увидеть. – нарушаю этот сладостный момент, пытаюсь вернуть мысли в нужное русло, но они не поддаются. Роберт еще несколько секунд смотрит на меня тем же манящим взглядом. Он как будто хочет сказать, но не решается. Но тут же в его взгляде появляется привычная серьезность. Я больше не вижу этих искорок. – Да, я приехал по делу… – Роберт откашливается, сладостный момент теряется совсем. – Насть, я с хорошими новостями. Решил сказать тебе лично. Вадим подписал сегодня все необходимые документы. Он согласен развестись мирно.