2
Еду в лифте и попутно вызываю в такси. В приложении забиваю адрес гостиницы, где часто останавливались клиенты нашей фирмы. Смотрю стоимость и проверяю накопленные баллы. Их вполне хватит, чтобы оплатить поездку, но…
За гостиницу платить нечем. Вот черт! В бухгалтерии легла база и сегодня меня не рассчитали. Деньги придут только в понедельник.
Наш жилой комплекс большой, такси пользуется спросом, так что ждать долго не приходится.
Вываливаюсь вместе с чемоданом на тротуар, а машина уже стоит. Водитель открывает багажник, выходит и помогает мне положить чемодан. Я быстренько сажусь на заднее сиденье и закрываю дверь.
Смотрю на подъезд. Тоскливая темнота сжигает меня. С чего-то вдруг думаю, что сейчас появится Демид. Бросится ко мне, захочет поговорить, извиниться.
Как наивно!
Перебесится и вернется.
Его слова набатом стучат в голове. А вот это не наивно. Это горькая правда.
Водитель трогается, у меня перед глазами всплывает Демид. Рубашка натянута на широкой мускулистой груди, брюки, небрежно накинутое пальто. Мой идеал, в который я когда-то влюбилась.
Злость отступает. Злость отступает. На ее место приходит нежность, печаль, боль… Столько лет вместе. Столько всего пережили и вот… Он с другой в нашей постели, на нашем белье.
Юля лежала голая там, где лежала я.
Меня тошнит. Я подавляю рвотный рефлекс, дышу, стараюсь сосредоточиться на городском пейзаже.
Телефон молчит. Я невольно задаюсь вопросом. Они все еще трахаются или закончили? Может позвонить и еще раз оторвать его от дел?
В горле застывает ком. Глаза застилают слезы, но я держусь. В голову лезут воспоминания. Они проигрываются одно за другим, и я не могу. Не могу остановить поток!
Демид встречает меня с университета с шикарным букетом роз. Я закончила юридический. Красный диплом в моих руках. На мне дизайнерское платье, которое он купил мне. Я лечу к нему, улыбаюсь. Он улыбается мне и обнимает. Я счастлива. Мы оба счастливы.
Картинка сменяется.
Обнаженный Демид, его бедра упираются в чужие. Его ладонь лежит на тонюсенькой талии, его губы трогают розоватую вершинку.
Боже!
Боже, что ты наделал, Демид? Ты только что выбросил пятнадцать лет брака в помойное ведро. Да, может наш брак был неидеален. Дети у нас так и не родились, но мы еще молоды.
Мне тридцать семь, ему сорок шесть. Дети появляются и в более позднем возрасте. Мы любили друг друга, у нас бы все получилось, но…
Теперь уже какая разница. Ничего уже не будет. Никогда.
Водитель подъезжает к гостинице, а я думаю о пятидесяти рублях на карточке. Расчет будет только в понедельник. У меня нет денег оплатить номер.
Но я выхожу из такси. Водитель вытаскивает мой чемодан, и мы прощаемся. Я остаюсь одна. Совсем одна.
Заходить внутрь не решаюсь. Стою и смотрю на здание гостиницы, а потом подхожу к лавочке и присаживаюсь. Смотрю на экран, захожу в меню звонков, чтобы набрать номер подруги и испытываю приступ злости.
Юля! Вижу сколько раз она звонила мне за последний месяц. По каждому вопросу спрашивала. Прикидывалась дурочкой… А сама умудрилась забрать у меня все. Мою работу, мою должность, моего мужа.
А ведь я ей еще помогала! И по работе, и по личным делам…
На душе холодеет! Вспоминаю, как Юля постоянно хвасталась, что встретила мужчину своей мечты. Умный, красивый, бизнесмен. Идеал.
— Мария Николаевна, встретила мужчину. Зрелый, бизнесмен, но вот не знаю, как обратить его внимание на себя. Он просто бог! — Говорила она.
Юля его еще так описывала, что я думала: «на Демида похож». А потом качала головой. Нет, мало ли похожих мужчин…
— А не поможете платье выбрать… — просила она, и я помогала.
И не только платье мы с ней выбирали, но и туфли, и кружевное белье.
Я помогала охмурить собственного мужа! Подумать только!
Горло стискивает колючей проволокой. Всхлип застревает в горле и падает куда-то в грудь. Руки трясутся.
Я сжимаю телефон и у меня возникает острое желание разбить его. Как будто это причинит ответную боль Демиду или Юле. Но я… Я не делаю этого.
Задерживаю дыхание, и я с каким-то жутким хладнокровием блокирую номер Демида, следом номер Юли. Безжалостно. Бескомпромиссно. Прочь, прочь!
Потом набираю номер Оксаны. Она моя школьная подруга. Мы часто выручали друг друга.
— Алло, Маш, привет, — отзывается она.
Я вдруг понимаю, что не могу выдавить ни слова. Язык распух, горло болит от сдерживаемого плача.
— Алло, Маш? Маша? Ты слышишь меня?
— Можно занять у тебя денег? В понедельник отдам, — наконец выдавливаю я из себя. Мой голос звучит ужасно. Будто я сейчас расплачусь.
— Боже, Маш, конечно. Я бы пошутила про мошенничество, но твой голос… Что случилось?
Я давлюсь подступающими слезами. Держусь из последних сил, и потому молчу в трубку и ничего не могу сказать. Только тяжело и часто дышу.
— Может приедешь ко мне? Я сейчас в городе.
— Нет, — понимаю, что еще одной поездки в такси не выдержу.
— Тогда давай к тебе приеду, где ты?
Говорю название гостиницы и адрес.
— Держи деньги, заселяйся, а я к тебе сейчас приеду.