11 глава

Мне было так обидно! Казалось, будто весь мир, все, кроме сестры и её мужа, были против меня. Неужели только для меня было очевидно, что то, что произошло, было возмутительно и недопустимо?

Нужно было как-то успокоиться, и начать решать вопросы, которые медленно, но верно скапливались из-за произошедшего.

Села в машину, собираясь поехать домой, но поняла, что была слишком взвинченной, а в таком состоянии за руль было садиться опасно. Поэтому вышла, и отправилась в ближайшую кофейню, которая была за углом.

Иногда я забегала туда, когда отвозила Сашу в сад.

Взяла себе кофе и десерт, и села в самом углу, где меня минимально было видно. Не хотелось в моменте привлекать внимание.

Что я имела в сухом остатке? Мужа прощать и принимать обратно я не собиралась. При виде него болело так, будто мне сердце на живую вырезали. Работы у меня не было, стаж только в банке, и то, за те годы, что я не работала, наверняка там всё тысячу раз поменялось, и это было всё равно, что начинать работать там заново.

Плюс, на работу с маленьким ребёнком, на сколько я знала, брали не очень охотно. Мне хватило примера Тани. Она работала сейчас в фирме, занимающейся доставкой воды питьевой в больших бутылях. Работала в отделе продаж: обзванивала разные фирмы, и предлагала им их услуги. Работа не самая интересная и легкая, потому что выслушивала она каждый день… И даже такую работу она нашла с трудом.

Работодатели считали, что, раз у тебя ребёнок дошкольного возраста, то ты непременно будешь часто уходить с ним на больничные, проситься на утренники в детский сад, и так далее. И, в общем-то, были в чём-то правы, наверное.

Но что теперь? Было детей не рожать и не воспитывать?

А ещё, я очень надеялась, что Миша поведёт себя нормально, и не станет биться за каждый грош и квартиру. Потому что, если нам с сыном и жить будет негде… Конечно, я не думала, что Миша был на такое способен. Но до недавнего времени, я и измены от него никак не ожидала.

Я хотела начать просматривать вакансии, которые были выложены в сеть, начать хоть что-то делать, когда услышала знакомый голос.

- Латте на кокосовом, пожалуйста. – Выглянув из-за угла, за которым расположилась, я подтвердила свою догадку. В кофейню как ни в чём не бывало зашла воспитательница Саши. Екатерина Алексеевна. И по совместительству любовница моего мужа.

Она не выглядела больной абсолютно. «Только если больной на голову» - зло подумала я.

Параллельно с заказом она разговаривала по телефону. Я хотела было вскочить, подлететь к ней, и сказать «пару ласковых», что я думаю по её поводу. Но отвлеклась её разговором.

- Ага, прикинь! Позвонил мне, сказал, что жена всё узнала. Не знаю сейчас, что делать даже. Их сын ко мне же в группу ходит… Пока вот на неделю больничный взяла…

Собственно, что и требовалось доказать.

А как извивался Миша! Один раз, больше не будет… А сам, значит, сразу ей позвонил и выдал, что я всё узнала. Злость на этих двоих формировалась всё сильнее.

- Ты чего. Гошу нельзя просить, что я ему скажу? Он и так ревнивый – пипец! Помнишь, ведь, как я тогда с синяком ходила. Сначала меня убьёт, а потом и Мишу заодно. Будем вместе в каком-нибудь лесочке лежать.

А вот это было уже интересно. Не стоило быть супер-детективом, чтобы предположить, что воспитательница была вовсе несвободна, как говорил мне муж.

И, к слову, тот период, когда она ходила с большим синяком на щеке, я тоже помнила. В родительском чате, который был без воспитательницы, эта тема тогда бурно обсуждалась. Сама она сказала, что ездила кататься на сноуборде, и неудачно упала на чужую доску скулой.

Была зима, версия звучала довольно убедительная, но кто-то тогда не поверил. Я лично подумала, что она правду говорит. Но это мы уже выяснили, что я, оказывается, дурочка доверчивая.

- В общем, мама мне звонила, такой разнос устроила… Чуть уши не завяли. Там истеричка жена уже прибегала, грозилась департаментами, по стандартной схеме, короче. Буду думать. Ты только никому, ладно? Если ко мне кто-то придёт, меня нет, заболела, уехала лечиться куда-нибудь. Я Гоше тоже сказала, что заболела от греха подальше.

- Латте на кокосовом, пожалуйста. – Громко объявил из-за прилавка молодой бариста и Екатерина Алексеевна, схватив стаканчик с кофе, явно собралась покинуть кофейню.

Я этого допустить не могла, потому что у меня много было, что ей сказать. Я и показать могла, только боялась, что меня могут посадить потом за нападение на человека. Хотя колбасило меня не на шутку.

Даже не допив свой кофе, я вскочила из-за стола, и помчалась за ней, пока она не успела далеко уйти.

Кричать её не стала, догнала, и дёрнула за рукав. Из-за чего кофе из открытого стаканчика у неё в руках чуть расплескался, попав ей на руку.

- Какого хрена… - Начала возмущаться воспитательница, оборачиваясь, но замолчала на полуслове, увидев меня.

Конечно, она знала меня в лицо. В конце концов, вот уже почти три года мы виделись почти на ежедневной основе.

- Вот это встреча… Да, Екатерина Алексеевна? Или, как мне сейчас вас лучше называть? Как обычно обращаются к любовницам мужа? Тварь? Мразь? Или как-то ещё пожестче?

- Что вам надо? Вы за мной следите? – Начала она ворочать головой по сторонам.

- Ну зачем же? За вами и следить не нужно. Это какой смелостью надо обладать, чтобы прийти в кофейню прямо рядом с детским садом, где работаешь, и где сказалась больной. Но теперь я уже, кажется, понимаю, откуда ноги растут. Мама-заведующая ведь всегда прикроет… Правда?

- Что вам надо?

- Да, собственно, ничего. Посмотреть в глаза твои наглые хочу. А ещё предложить самой написать заявление об увольнении, так будет проще для всех.