Глава 33

Мы оба смотрели в одну точку. Тимур тяжело дышал, отчего грудь его поднималась вверх и слегка касалась моей спины. А я вот не дышала вовсе. Замерла в вакууме, где нет ни звуков ни мыслей, и вообще ничего кроме ощущений.

Хорошо. Мне было так хорошо, что хотелось плакать.

Тимур прижал меня к себе, поцеловал плечико, слегка прикусил кожу на затылке, заставляя меня изогнуться вперед.

И снова хорошо. И слезы щиплют глаза.

Я так давно не плакала от счастья. Наверное столько же, сколько не получала оргазм. Никогда.

- Спасибо.

Не знаю, зачем я сказала это. Всегда благодарю парикмахера за стрижку, продавца за помощь, повара за вкусную еду. А здесь… здесь не просто донесли до столика заказ и ничего не перепутали, здесь… коленки дрожат и в животе что-то сладко ноет.

Но почему-то от моих слов Тим нахмурился. Я видела его недовольное лицо в зеркале, так как мы до сих пор не могли расцепиться друг от друга. Он открыл рот, чтобы ответить мне, как вдруг в зале включилась музыка.

Эти истерически бодрые песни, под которые я обычно мечтала умереть на беговой дорожке.

- Гавр пришел, - в голосе Тимура сквозило разочарование, а я… а я пыталась силой мысли остановить мурашки, которые разбегались по коже, когда один лысый мачо вот прижимался и шептал на ушко. Все равно что. Пусть Войну и Мир начитывает, лишь бы не останавливался.

- Ага. – Я все еще не понимала, что происходит.

Тим развернул меня лицом к себе, внимательно оглядел, что-то вытер под глазами, поправил платье, взбил волосы с той интенсивностью, с которой я обычно взбиваю подушки. Закончив, он оценил результат своих трудов.

- Пойдем?

- Давай я первая, а минут через десять ты.

- Зачем?

- Не хочу сплетен.

- Тебе не все равно? Это Гавр, у вас ноль шансов, что вы когда-нибудь пересечетесь, - Тимур нахмурил широкие брови.

Я постаралась обнять его за плечи, чтобы как-то успокоить, но он отстранился и с вызовом посмотрел на меня:

- Или ты стыдишься того, что связалась со мной?

- Что?! Нет, Боже, конечно нет! – Я нервно рассмеялась. – Просто это очень личное и очень хрупко, я не хочу, чтобы кто-то, даже Гавр обсуждали наши отношения.

- А у нас отношения?

- После того, что ты сделал – конечно.

И хоть шутка была так себе, Тимур все равно улыбнулся. Мужчины как дети, скажи ему что его член напоминает Пизанскую башню по размеру и стоит так же крепко, не смотря на наклон, он будет рад. Все эти неумные комплименты в лоб идеально работали на Савранском и на Никите. Лысый тоже оказался не исключением.

- Мы увидимся сегодня?

Я мягко вытащила ладонь из его рук, чтобы взять сумочку. И только потом вспомнила что и сумку и пальто и шарф оставила в зале, на тренажере. Ладно, выкручусь.

- Так мы увидимся сегодня? Я могу забрать тебя с работы.

- Не надо.

- Почему?

- Слушай, - из зала раздавались бряцающие звуки. При каждом подобном стуке или скрипе я вздрагивала и озиралась на дверь, - давай завтра? Устроим полноценное свидание, ты мне обещал такое, помнишь?

- В веганском ресторане? – в черных глазах плескался обреченный ужас.

- Зачем? У меня дома. Я котлет нажарю или… - закралась мысль, что жарка котлет, как и их поедание с пюрешкой, это вкусно, но не романтично, - или закажем что-нибудь?

- Или я тебе приготовлю, - пообещал Тимур.

Я поцеловала его в губы, быстро, все еще боясь быть застигнутой врасплох, и вылетела из кабинета обратно в зал. Помимо Гавра здесь были и Нина и пара ранних пташек, которые решили тренироваться перед работой.

Тихо, чтобы никто меня не заметил, я добралась до беговой дорожки, на ручке которой болталось мое пальто. Вот там то меня и сцапал Гаврила.

- Что за котик, что за принцесса, просто какой-то хруст безе!

Я обернулась и вспыхнула. Казалось, у меня на лице написано, с кем и что я делала в массажном кабинете и сейчас меня линчуют за то, что посмела получить удовольствие. Но нет, лицо старого приятеля светилось от счастья. Он правда был рад меня встретить.

- Лысый гном прячет от меня Белоснежку, я никогда не пересекаюсь с вами на тренировках, - он мягко чмокнул меня в щеку.

- У Тимура средний рост для мужчины, - из всех слов я отреагировала на те, которые меня заметили.

- Конечно, милая. А в Лилипутии Тимурчик настоящий гигант. Ладно, вижу и тебя он охмурил своими суровыми взглядами и ловить мне здесь нечего.

Гаврила жеманно закатил глаза, отчего я снова улыбнулась. Он был забавным. Но очень странным.

- Гавр, прости, я бы поболтала, но тороплюсь на работу.

- Конечно-конечно, а зачем приходила?

Я сняла с ручки свое пальто, Гаврила галантно помог мне его надеть, пока я думала, что ему ответить.

- Да я… телефон вчера забыла здесь, вот, пришла поискать.

- Понятно. Кстати, нереально выглядишь, ты и так красавица, но сегодня, просто слов нет!

- Правда? Спасибо!

Щеки тотчас вспыхнули счастливым румянцем. Мне редко говорили комплименты, и даже если, я старалась перевести тему на какую-то другую. Не знаю, почему так, но все хорошие слова всегда принимала за лесть и никогда не верила. А сейчас. Сейчас по-другому.

Медленно, чтобы не расплескать переполнявшее меня счастье я шла к выходу из зала, пока меня не окрикнул Гавр.

- Слушай, а телефон-то нашла?

- Какой телефон?

- Ну как же, - он тотчас оценил смятение на моем лице и просиял. – Тот, который ты вчера забыла.

Забыла. И что кому врала тоже забыла. И теперь так глупо спалилась перед Гавром. Но тотчас мне стало плевать, что он там себе надумает, когда через минуту Тимур выйдет из массажного кабинета. В конце концов, я взрослая женщина и могу позволить себе вот такие глупости.

Улыбнувшись в ответ, я молча вышла из зала.

На работу я все-таки чуть-чуть опоздала. Не знаю почему, просто перестала суетиться и все время куда-то бежать. Переходила дорогу медленно, смотрела на людей, идущих мне навстречу, дышала стылым воздухом. Он отрезвлял и пузырьки в голове постепенно лопались, а за эйфорией наступало ожидание. Не тревожное как раньше, а спокойное.

- Анастасия Борисовна, - на входе меня окликнула регистратор, пожилая медсестра, которая осталась работать уже выйдя на пенсию, - у вас что, день рождения сегодня?

- Просто хороший день.

- Да? А выглядите так, будто в лотерею выиграли. Такая… такая… красивая.

- Спасибо. Я знаю.

Плечи расправились сами собой. И хоть я никогда не занималась балетом, сейчас могла бы сделать какое-то немыслимое па, до того плавным и невесомым казалось собственное тело.

Весь день я улыбалась и отвечала на комплименты. Так часто, что в конце даже привыкла к ним и удивилась, когда вместо очередного « выглядите потрясающе» услышала пожелание хорошо добраться до дома.

Дома… Дома мне делать нечего. Заполнив все документы, я кинула в сумочку ключи и пухлый кошелек с картами - на пятнадцать скидочных приходилась всего одна банковская. Денег там было… достаточно. Я не любила тратить на себя раньше. Зато никогда не отказывала детям, если они чего-то хотели.

Вот глупая! Сколько всего я пропустила в жизни! И сейчас быстро-быстро, как бегун в марафоне, буду это наверстывать. Баловать себя, любить, тратить деньги, да просто жить, в конце концов!

Взяв телефон в руки, я написала подругам: « Девочки, через час в Меге! Будем тратить зарплату на бусики и трусики! Гуляем за мой счет».

И счастливая поехала на шоппинг.

- Нет, - не унималась Вика, которую ее святой муж отпустил на короткую прогулку с нами, - все-таки с тобой что-то не так. Ты изменилась, вот только… волосы покрасила, что ли?

Римма загадочно улыбалась, когда слушала Викины причитания на тему того, что меня не узнать. Уж она догадывалась об источнике перемен во мне, но никогда не произнесет это вслух. Интеллигентная до мозга костей, она будет делать вид, что не заметила ни пятно на блузке, ни синяк на морде, ни прилипшую к ботинкам туалетную бумагу. А уж лезть кому-то в трусы, чтобы выяснять кто с кем спит – этого Римка вообще не допускала.

- Просто выспалась и отказалась от кофе, - Вика не отстанет, пока не узнает ответ, так что пришлось выкручиваться.

- Да… вот со сном у меня хуже всего. Наверное, поэтому я так плохо выгляжу. У Сереженьки зубки режутся, совсем с ним покоя нет.

- Зубки мудрости? Так поздно? Сереженьке как никак сорок годиков.

Вика мягко улыбнулась и ткнула меня в бок. Она знала о том, что я несерьезно. Сергей Фридман классный мужик, рыцарь современности, последний из выживших. И не смотря на то, что воспитывал он не своего ребенка, все вокруг умилялись, до чего Сергей Младший похож на папу. И внешне и по характеру.

А биологический отец… застрял на Севере, пытался вернуться в авиацию, постоянно получал сковородкой по голове от новой жены и, судя по сплетням, долетавшим до нас, изменял ей как последняя скотина. Кобеля может исправить только принудительная кастрация, все остальное временные меры.

Мы с подругами перевели тему на более безопасную, и зашли в новый магазин. Сотый по счету.

Я тратила деньги с кайфом и размахом Кисы Воробьянинова. Не смотрела на ценники, а просто мерила и платила. Римма изучала состав тканей, чтобы не дать мне спустить пять тысяч на кусок веселой синтетики, а Вика только ахала от восторга и иногда косилась на телефон – вдруг муж позвонит.

Никогда раньше у меня не было такого шоппинга. Обычно я покупала новую вещь, когда старая приходила в негодность. Порвались джинсы – пошла за новыми. Не смогла вывести пятно с рубашки, отлично, купим другую, в идеале в том же магазине и того же цвета. Через час таких забегов у меня начинала болеть голова и рябить в глазах. Я думала, дело в искусственном белом свете и сухом воздухе, который бывает в торговых центрах. Ответ оказался и проще и страшнее.

Я себе не нравилась.

И дело не в десяти лишних килограммов и вечной складке между бровями. Все, абсолютно все во мне казалось не таким, не правильным. И сил, чтобы что-то поменять не было. А главное, не было мотивации. Зачем? Савранский от этого не станет меня больше замечать. Он не делал этого, когда я была 42 размера и на двадцать лет моложе. Не делали этого и родители, для которых я была какой угодно, вот только не «красивой». Хорошей дочкой, прилежной ученицей, грамотным врачом. Ну и пусть не красавица, зато с мозгами, а Ленки да Любки пускай замуж выскакивают, пока ты учишься. Это дословная цитата, которую я слышала так часто, что выучила наизусть.

И поверила. А теперь с шоком и непониманием смотрела на женщину, которая проходила мимо зеркал, крутилась, модничала, выбирала новую одежду.

Я красива! Я просто вау! Без оглядки на мужчин, без одобрения родителей, без мнения общественности! Просто так. Сама по себе. Нет, сама для себя!

И теперь и свет, и воздух в даже навязчивая музыка в магазинах меня не смущала, а ухаживать за собой стало впервые интересно.

Новые платья, новые туфли, еще пока не на шпильке, но уже такие, что можно под брюки и блузы. Новый парфюм, новая пижама, без рисунка, зато с кружевами и новый косметолог. Точнее просто косметолог, без «нового», потому что раньше у меня не было никакого. Это меня Римма записала, на массаж лица и масочки.

И теперь, когда я прошла все испытания, настало время сразиться с финальным Боссом. То есть, пойти в магазин нижнего белья.

- Сюда?! – Я с ужасом смотрела на манекены в шелковом безобразии на завязочках.

- Здесь отличные бюстгальтеры на большую грудь. Крепкие и при этом не похожи на туристическую палатку.

- И стоят как наш военный флот.

- Знаешь что, - отрезала Римма, - если бы тебя с детства так поддерживали, как этот лифчик поддержит твои сиськи, то ты бы знала себе цену и ни за что не вышла замуж за Савранского! Так что закрой рот и надень этот чертов лифчик!

Не знаю, что меня больше удивило. Тон, которым мне прочитали отповедь или слово «сиськи» - Римма бы никогда до такого не опустилась. Но сработало идеально. Я захлопнула клювик, взяла в руки комплект стоимостью в годовой бюджет Никарагуа и поплелась в примерочную.

- Рано, - осадила подруг, которые так и пытались просунуть свои любопытные носы ко мне за шторку.

Нужно было немного побыть одной. Привыкнуть, что та женщина из Зеркала это я. И что она может и хочет купить себе вот этот невероятий комплект сиреневого цвета. Непрактичный, но такой мать его красивый. Грудь стояла как… как дай Бог, чтобы у всех стояло! Трусики подтягивали живот и за счет кружевной вставки делали мои ноги длиннее. Или… или у меня уже начались зрительные галлюцинации, потому что я стала казаться себе длинногоногой красоткой с бюстом как у Памеллы Андерсон.

Ну, мёд же! Медятина!

- Вот, - я с шумом раздвинула штору и предстала перед подругами.

Вика сделала вид, что падает в обморок, а Римма довольно цокнула языком и сунула мне еще три комплекта. Бежевый, черный и что-то совершенно невероятное, сотканное из шелков и туманов специально для такой принцессы как я.

На ценники я больше не смотрела. Ну его. Если что, расплачусь почкой, у меня их две. Просто мерила и откладывала в сторону то, что куплю точно. То есть почти все.

В какой-то момент Вика сдалась и сказала, что ей тоже нужен такой вот бюстик. Зубы зубами, но когда-нибудь их сын ведь успокоится и даст маме с папой время побыть наедине.

Подруга пошла искать консультанта, чтобы тот подобрал размер для кормящей мамочки, пока мы с Риммой обсуждали белое боди. Я считала, что это неуместно, и такое должны носить невесты для первой брачной ночи, а она в ответ пыталась испепелить меня взглядом.

Наконец я сдалась и напялила на себя белоснежный кружевной корсет с вышивкой. Я не успела посмотреть, как смотрится на мне это чудо, потому что в следующую секунду штора колыхнулась, Вика юркнула внутрь примерочной, ловко проскочив у меня под локтем и застыла.

Лицом она была… белой. Один в один как мое боди для первой брачной ночи.

- Ты призрака увидела?

- Хуже, - ее губы еле шевелились, - там это… в соседней примерочной твоя Женя. И, кажется, она нас тоже заметила.