Ненастоящая

– Про наследство. Ты женился на мне из-за наследства, да? Я замираю. Время будто остановилось. Ну, успокой меня, пожалуйста… Скажи, что это неправда, что у нас всё по-настоящему, что любишь… – Да. Я ловлю ртом воздух. Это конец. – Вика, всё не так, как тебе кажется. Нам надо спокойно поговорить. Но сегодня не получится. Как раз хотел позвонить, срочно лечу на объект, серьёзная авария. Вернусь утром. Сейчас не нервничай, жди меня. У меня нет сил отвечать. Кажется, что с каждым его словом над моей головой разрушается защитный купол безмятежного синего неба и теперь меня утягивает в жуткую чёрную дыру. Я обессиленно опускаюсь на ступени, прячу руки в лицо, почти отключаюсь. Слышу возмущённый голос Нины: – Что расселась здесь? Больше негде задницу кинуть? Смотрю на неё отсутствующим взглядом и молчу. Она водит ладонью перед моим лицом: – Э, видишь меня? Головой ударилась? Она, походу, не в себе. Надо папе позвонить. Озабоченный голос Стаса: – Мы же её не оставим здесь? Вик, вставай. Пошли в дом. Он подхватывает меня и поднимает со ступенек. Я резко прихожу в себя, вырываюсь: – Отстань! Как ты мне надоел за сегодняшний день! Я хочу побыть одна. Не оглядываюсь, быстрым шагом выхожу за ворота. Мне надо собраться с мыслями. Солнце жарит. Снуют машины. Я задыхаюсь от душного грязного воздуха . Хочется пить. Бреду по улице, не обращая внимания на прохожих и окружающую суету. В голове тошнотворная муть, сердце бьётся быстрее обычного. Что происходит между нами? Разве может быть игрой то, что я видела в глазах Кирилла? Так искусно притворяться надо уметь. Не актёр же он. Наверное, я бы заметила фальшь в его отношении и поступках? Или всё-таки я слишком доверчивая… Пытаюсь вспомнить, что было до этого разговора, сопоставить то, что я узнала, и то, что видела и ощущала, но всё словно сливается в кашу. Я чувствую, что мне нужно решить что-то важное, но не понимаю, что именно. – Вик, подожди, я с тобой, – слышу я за спиной чуть запыхавшийся голос Нины. Она догоняет меня, суёт в руку шоколадное мороженое с орешками. Моё любимое. Совпадение или знала? Строго приказывает: – Ешь. – Не хочу, – возвращаю его обратно. Предательские слёзы всё текут и текут. – Быстро, а то заставлю целый торт съесть. Растолстеешь, как бегемот, и отец тебя тогда точно разлюбит. – Он и так, – я не могу продолжать, рыдаю в голос. Нина толкает меня локтем в бок: – Откуда ты знаешь-то? Ничего не так, за него не говори. Нина оборачивается и кого-то прогоняет рукой. Я приглядываюсь. Вижу крадущуюся за нами машину, в которой сидит очень серьёзный Олег. – Вик, давай без психов. Пожалуйста. Пойдём вон там упадём, – она хватает меня за руку и тянет к скамейке в сквере. Олег припарковывает машину недалеко, но к нам не выходит. Я присаживаюсь. Нина запрыгивает ногами на сиденье и устраивается на спинке. Ужасно хочется пить, но воды нет. – Ладно, давай, – беру мороженое. Холодные сладкие ощущения на языке, действительно, отвлекают и успокаивают. Тишина. Первой нарушает молчание Нина: – Чё ты вскипела-то? Взрослая замужняя женщина, ай-ай-ай. Я серьёзно смотрю ей в глаза: – Дважды замужняя. Понимаешь сейчас? Видела разное, другими словами. Мой первый муж изменял мне, ты в курсе? Нина неожиданно смущается, бледнеет, отводит глаза и жёстко сжимает губы. – Разборки устроишь? – Нет, – устало качаю головой. Нина достаёт из кармана сигареты, прикуривает: – Отцу не говори, ок? – Твой организм, – пожимаю плечами. Нина переводит дыхание, будто собирается духом и произносит совсем по-детски: – Прости, а? Делает подряд три долгие затяжки, тушит сигарету. – Когда мы познакомились, я вообще ни о чём не думала, ветер в голове. А Стас… Такой взрослый, обходительный. Говорил красиво. У меня до него не было ничего серьёзного с парнями. Нина нахмурилась и с вызовом посмотрела мне в глаза: – Он – первый и единственный для меня, вот так. Можешь ржать. – и неожиданно сбавляет тон, – Когда узнала, что он женат, я была уже по уши, понимаешь… Я ошарашенно уставилась на неё. И напрочь забыла про свои проблемы. Мне захотелось обнять Нину. Так не должно было произойти. Получается, он обманул и её, тогда ещё совсем невинную девушку. Я сжимаю её руку. Она недовольно выдёргивает и продолжает: – Знаешь, как я тебя ненавидела? Я думала, что ты ошибка Стаса, от которой он никак не может избавиться. Не даёшь ему любви, радости. Вцепилась, как клещ, и сосёшь из него энергию. Иногда представляла тебя вампиром. Иногда ведьмой, которая варит приворотное зелье и подливает ему в еду. Думала, что тебе до него пофиг. Присвоила и держишься. А он с тобой по привычке или из жалости. Тем более, он говорил, что с момента нашего знакомства он вообще с тобой не может. Ну, это… Я ещё думала, зачем ты его держишь, раз так? Мне даже в голову не приходило, что ты можешь чувствовать что-то. Как будто ты ненастоящая. Я молчу, пытаясь переварить слова Нины. Как ни странно, я её понимаю. И не злюсь больше. Обида полностью растворилась. – Наверное, я и была с ним ненастоящая, – задумчиво отвечаю я. Нина опять достаёт сигареты. Бросает взгляд на Олега. Тот показывает ей кулак. Она поднимает указательный палец и умоляюще складывает руки перед грудью. Он недовольно машет головой. – Ругается, смотри-ка, – с улыбкой отмечает Нина. С насмешливым вызовом демонстративно прикуривает, делает глубокую затяжку, выпускает облачко дыма. – Ну, ладно, ладно, – широко улыбается Олегу и выбрасывает сигарету в урну. Я наблюдаю за ними с недоумением. Это флирт, что ли? Нина возвращается ко мне: – Значит, насчёт отца. Чтобы ты поняла, хочу тебе кое-что показать, надо прокатиться, тут недалеко. Погнали. Она спрыгивает со скамейки и не оглядываясь, направляется в сторону машины.