Глава 11

В руках у меня телефон, и я медлю прежде, чем набрать номер Романа. Сердце колотится в груди — не потому, что я боюсь его услышать и нервничаю, а потому, что заранее знаю: разговор будет нелегким. — Алло? — отвечает он, и в его голосе я улавливаю нотку усталости. Сейчас поздний вечер, и по идее он уже должен был выехать из своего офиса в центре и направляться в дом загород. Да, я против воли знаю, как устроена жизнь мужа, дочь всегда в подробностях рассказывала о ней. — Привет, Роман. Это я, Ольга. Я не вовремя? — говорю я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри все бурлит. Он вздыхает так, будто это тяжелое бремя. Я знаю, что он не ждал этого звонка. — Я еще в офисе, так что слушаю тебя, мне нужно сделать перерыв и проветрить голову. Что у тебя случилось? Нога как? — Более или менее, спасибо что спросил. — Оля, давай вот без этого твоего сарказма и так настроение дерьмо. Лезть к нему в душу с вопросами не собираюсь, не мое это дело. Давно не мое. Точка. — Мне нужны личные контакты отца Алекса. — Кого? — после несколько секундного молчания выдает Роман. — Маккуина старшего? — Да. Телефон или почта. У тебя что-то есть? — Кхм…тебе зачем, дорогая? Решила наладить родственные связи? — хмыкает весело бывший муж. — Не твое дело. — Как раз таки мое. Ты через пару недель уедешь, а мне потом разгребать, что ты здесь натворишь. Потрахаться захотела? Сними себе кого-нибудь другого. Помоложе, — выплевывает в трубку Роман. Приходится отстранить телефон от уха. Господи, столько лет прошло, а этот мужчина все так же начинает плеваться желчью в мою сторону, когда речь заходит о других мужчинах. Его чуть не разорвало, когда он узнал, что у меня был роман с молодым парнем. Хмыкаю, вспоминая бурную реакцию бывшего мужа и его кучу голосовых сообщений где он взывал сначала к моей совести, а потом упрекал меня в том, какой пример я подаю нашей дочери. На что я грубо ответила ему, что подаю точно такой же пример как и ее отец. Живу свою лучшую жизнь в удовольствие. — Если у тебя постоянно чешется одно место, это не значит, что и у других так же, Рома, — отвечаю резко. — Это по делу, хоть я и не должна перед тобой отчитываться. Стивен заплатил за нас всех в ресторане, оплатил ущерб, который я нанесла и свозил меня в клинику, — про то, что и там мои счета были закрыты, я решаю умолчать. — Я просто хочу поблагодарить его лично. — Смешная ты, Олька. Как деньгами разжилась, так сорить стала из стороны в сторону? Стивен Маккуин - миллиардер. Ему раз плюнуть заплатить за наш ужин, разбитую вазу и твою сломанную ногу. На твоем месте я бы принял этот подарок и не появлялся на его горизонте лишний раз, а то может не только я подумал, что ты решила захомутать иностранца. Щеки вспыхивают и будь Роман рядом, он бы ушел от меня с расцарапанным лицом. — Еще раз повторяю: по себе людей не судят. Ты не на моем месте, Рома. Если тебе сложно дать номер, я наберу Миру и попрошу помочь мне. — Не стоит. Сброшу тебе на ватсап. Роман спешит завершить разговор, но я еще не договорила. Набираю в грудь побольше воздуха, отворачиваюсь от окна, где все еще мерцает потрясающий закат. — Нам нужно поговорить о Мире. — О чем говорить? — спрашивает Роман с долей раздражения. — Она взрослая. Скоро выходит замуж. У нее все шикарно. — Да, но... — останавливаюсь я, подбирая слова. — Она не просто взрослая. Она хамка, избалованная и не понимает, что такое ответственность. Я вижу, как она ведет себя с людьми, со мной, с тобой и с Алексом. И это меня пугает. Роман молчит. Я могу представить его лицо: нахмуренные брови и сжатые губы. Он всегда был таким, когда думал и переваривал услышанное. — Это просто нервы перед свадьбой, — наконец произносит он. — Нет, Рома. Это не просто нервы. Она перестала уважать нас обоих. Мне кажется, что ты что-то недоговариваешь. В чем дело? — А что я могу сделать? — его голос становится резче. — Я не могу контролировать каждое ее движение. Она давно живет самостоятельно. Ты сама ее сюда ко мне отправила, здесь другой менталитет у людей. Детей у юбок не держат до тридцати лет. Задыхаюсь возмущенно. — Не я ее сюда отправила! Она хотела быть с тобой, быть ближе к тебе, потому что всегда была твоей дочерью… Ты ее баловал, я понимаю, но вот именно, что ей уже девятнадцать и можно немного ужесточить рамки в которых она живет. Ты ее содержишь? Она не работает, и не учится. Я воспитана на словах “труд облагораживает человека”. Даже когда не работала, моим полем деятельности был дом и домашний очаг, где я трудилась не покладая рук. “Правда, это не помешало твоему мужу залезть на смазливую помощницу и спать с ней за твоей спиной около полугода” - зло шепчет внутренний голос. — Ладно, я тебя понял. Нам действительно нужно поговорить и лучше лично. Когда? Я чувствую облегчение. Хотя он и согласился неохотно, это уже шаг вперед. Может вместе мы сможем повлиять на дочь. — Как насчет завтра? В кафе на углу? Я пока не могу далеко ходить. — Хорошо. В два часа. У меня будет перерыв. — Спасибо, Роман. Это для нашей дочери и только. — Да-да, до встречи, — отвечает он, словно хочет от меня уже отделаться, и кладет трубку. Спустя пару минут приходит сообщение от бывшего мужа, он прислал номер Стивена. Я полна решимости ему позвонить и попросить прислать мне счет за больницу на оплату, но медлю. Уже поздно и Маккуин может быть занят или наоборот с кем-то отдыхать этим вечером. Например с какой-нибудь красивой загорелой свободной американкой. Эта мысль мне не нравится. Я решаю позвонить ему самого утра. Но и утром, нервничаю, как первоклассница. Место Стивена звоню Наташе и болтаю с ней, пока подруга не начинает клевать носом из-за разницы во времени. — Так, Оля. Собралась. Ты не любишь быть никому обязанной и это как раз такой случай. Нажимаю на вызов и с трепетом в груди слушаю ищущие гудки. — Хей? Кто на связи? — раздается из динамика. Веселый звонкий голос. Определенно женский. Смотрю на свой смартфон. И отключаю вызов.