Глава 9

— Как ты вообще умудрилась так повредить ногу? — спрашивает мужчина с раздражением. Крепко хватаю его за плечи и шею. Наши лица вдруг оказывают слишком близко, переходя всякие приличия. Стивен хмыкнув мажет взглядом по вырезу на моей груди и я спешно, закапываю его, но потом вновь отпускаю, потому что боюсь свалиться на асфальт и травмироваться еще больше. — Честно говоря, не знаю. Просто оступилась. Эти босоножки...не совсем удобные, — вздыхаю я, пытаясь поправить платье на своей заднице, мне кажется оно вдруг слишком коротким. Рука незнакомого мужчины в опасной близости от моей голой кожи и если бы не моя опухшая лодыжка, я бы никогда не оказалась в этой ситуации. — Вы можете меня отпустить. Я могу и сама — Уверена? Я вот в этом нет… — Чего вы со мной так носитесь? Я вам никто. — И сам не знаю, — огрызается Стивен, опуская меня на диванчик в приемной светлой большой клинике. — Мама хорошо воспитала, не могу бросить женщину в беде. Сидите здесь. — Да куда я денусь, — бормочу на русском. Стив бросает на меня непонятный взгляд и уходит в сторону стойки администратора. Там переговорив пару минут с медперсоналом идет к лифту и исчезает совсем из моего поле зрения. Поджав губы, стараюсь не обращать на пульсирующую боль в ноге. Вокруг суета! Бегают врачи, медсестры, ординаторы. Приемный покой переполнен. Множество людей разных рас и социальных ступеней. Рядом с пострадавшими и больными людьми кто-то да есть. Кого-то обнимаю за плечи, кого-то держат за руку или гладят по голове, а кто-то просто сидит молча рядам. А я одна. Совсем одна в незнакомой стране, в больнице полной людей. Жалость к себе вдруг захлестывает в головой и накрывает волной. Держалась как-то до этого момента, думала сильная, все вывезу со всем справлюсь. Я же привыкла быть сильной, все тащить на себе и быть всегда одной. А тут вдруг надоело. Я бы хотела, чтобы рядом был кто-то родной, знакомый и небезразличный. Позорно шмыгнула носом. На меня покосилась рядом сидящая пожилая темнокожая пара. Извиняюще улыбнулась и еще раз шмыгнула носом. Проверяю телефон, в надежде найти там сообщение от Миры. Слезы катятся по щекам. — Ольга, что случилось? — рядом вдруг возник Стивен. И не просто возник, а опустился на корточки возле моих ног, так что наши лица оказались на одном уровне. Этого еще не хватало, представь пред ним во всей опухшей от слез красе. Он и так видимо считает, что я немного того, особенно если взять во внимание наше знакомство. — Ничего, все в порядке. — Очень больно? — участливо спрашивает мужчина, его неравнодушие заставляет мои слезы катиться сильнее. Вот даже он не безучастен, незнакомый мужик, а от родной дочери нет ни одного сообщения. Как я могла так упустить Миру? Почему это случилось с нами? Со своей мамой я очень близка, и всегда мечтала что с дочерью тоже смогу быть подругой…но…упустила. — Очень, — киваю. И нога болит и душа. — Сейчас вас примут без очереди. Здесь работает один человек, он должен мне за услугу, поэтому я все устроил. Может попросить для вас обезболивающее? Или воды? — Воды если можно…только позже, не уходите, пожалуйста от меня, — произношу, хватая Стивена за руку. Если он и удивлен этим действием, то и бровью не ведет. Поднимается с колен и не выпуская мою руку, присаживается рядом на кушетку. По своему трактует мое поведение. — Позвонить Мире или Роману? — спрашивает Стивен. Отрицательно качаю головой. — Уж точно не Роману, — фыркаю я, из-за заложенного носа и слез получается совсем не красивый звук. Но сегодня уже незачем беспокоиться о первом впечатлении. Стивен видел меня во всей красе. — Тогда Мире. — Не нужно. У них с Алексом дела, не тревожте молодых. — Их дела могут и подождать. Я конечно останусь с вами сколько нужно, но в скором времени вас заберут на рентген, а мне дадут заполнить документы. Я ни черта о вас не знаю, Ольга. Ни группы крови, ничего. — Не уверена, что Мира сможет вам в этом помочь, — улыбаюсь, но совсем невесело. Аккуратно вытягиваю свою руку из ладони Стивена и достав из сумочки салфетки, промакиваю глаза. — Почему? — Мы не очень близки. Стивен задумчиво смотрит по направлению к лифту. Он будто собирается мне что-то сказать, но завидев знакомого высокого мужчину в белом халате, поднимается на ноги. — Мистер Маккуин, извините за ожидания. Мы готовы принять Миссис… — врач замолкает опуская взгляд на меня. — Мисс Белову, — поправляю, поймав взгляд Стивена, зачем-то добавляю. — Я не замужем. Стивен кивает, но оставляет мою ремарку без комментариев. Спустя пару минут к нам подходит медсестра толкая впереди себя инвалидное кресло. Я кое-как перебираюсь на него и меня наконец везут на рентген. Стараюсь не думать о том,что там могут обнаружить. Только не перелом… Мира будет в ужасе, если на ее идеальном празднике я буду ковылять в гипсе и на костылях. Прячу лицо в ладонях и еще раз всхлипываю. Иногда очень устаешь быть сильной женщиной, и хочется просто побыть маленькой девочкой и ни о чем не думать. Все больничные манипуляции тянутся очень долго… Я провожу в больнице почти шесть часов и когда наконец меня спускают обратно вниз, с удивлением обнаруживаю Стивена в комнате отдыха для ожидающих. — Вы все еще здесь? — вырывается у меня удивленный возглас. — В моей машине остались ваши туфли и шляпа. Вдруг вы обвиняли бы меня в краже? — усмехнувшись произносит мужчина, пряча руки в карманы брюк. Он смотрит на мою ногу, упакованную в привлекательную синюю лангетку. — Как я понимаю, все обошлось? — На свадьбу Миры придется надеть тапочки, никаких больше каблуков, — говорю я. Стивен хмурится. — Что сказал врач? — Умеренный отек мягких тканей и вывих. Через пару дней все должно прийти в норму. А пока, щадящий режим и что-то холодное. Кажется, я не смогу присутствовать на яхте… — Не думайте об этом, главное это здоровье. Обопритесь на меня, я помогу дойти вас до машины, — произносит Стивен, подходя ближе. Он довозит меня до апартаментов, помогает подняться на этаж и заводит в квартиру. Аккуратно укладывает меня на диван и приносит из холодильника бутылку холодной воды и пакет с замороженным горошком. Мне ужасно неловко из-за того, что он носится со мной все это время, но я так устала за этот день, что позволяю принять себе это простое человеческое отношение и ни о чем не думать. Как только Стивен уходит, тихо прикрыв за собой дверь. Я заглядываю в телефон от Миры так и нет сообщений. Я пишу ей короткое, что со мной все в порядке и откидываю мобильный, устало прикрывая глаза. И только перед сном понимаю, что мои босоножки и шляпа так и остались в машине у Стивена.