Глава 20. Француз на коленях

Алиса – Вот этот бирюзовый хорошенький! – Алиса! Это не красиво, красный с черным, супер! – спорит со мной Доминик. – Да, для борделя! – сержусь я, – у нас школа вокала! Забыл? – А бирюзовый слишком легкомысленный! – стоит на своем Доминик. Мы спорим как супруги, которые выбирают обои. Только у нас выбор посерьезнее, мы выбираем логотип для нашей школы. Бедный дизайнер переводит взгляд с Доминика на меня и назад. Мы совсем его запутали. Изначально логотип был представлен в синем цвете, что ни мне ни Доминику не понравилось и теперь мы битый час перебираем цвета и не можем сойтись во мнениях. – Алиса! У меня не хватает сил! – патетически восклицает Доминик, – выбирай сама! Я умываю руки! Он отходит в угол нашего большого зала в школе и надувшись садится за рояль. Проигрывает реквием в знак протеста. Я смотрю на бирюзовый, мне он тоже перестал нравится, Доминик прав, бирюзовый не подойдет. Я подхожу к роялю и задумчиво смотрю на клавиши. Ну конечно! Как я раньше не сообразила. Доминик перестает играть и тоже смотрит на клавиши. – Черно-белый! – одновременно восклицаем мы. Это идеальный вариант. Мы бежим к дизайнеру, который тихо вздыхает за компом, наверняка проклиная парочку ненормальных музыкантов. Он быстро меняет цветовую гамму и с надеждой смотрит на нас. – Идеально! – выдыхаем мы опять одновременно и смеемся. Доминик нежно берет меня за руку и смотрит в глаза. – У тебя потрясающий вкус, дорогая, – говорит он. Я смущенно отворачиваюсь и отхожу подальше. Доминик не в первый раз оказывает мне знаки внимания, но я не могу ответить взаимностью, я по-прежнему влюблена в Руслана, эту любовь не убить даже изменой. Совершенно не представляю себя с кем-то другим, тем более с Домиником, другом юности. Я уже говорила ему, что для меня он просто друг, но видимо непонятно объяснила. Доминик мне нравится, мне приятно его внимание, он по мужски красив и по французски галантен, но я не готова. Надо еще раз объясниться и все прояснить. Я жду когда дизайнер выйдет из комнаты. – Доминик… – Подожди, Алиса, я знаю, что ты хочешь сказать, но выслушай меня! Доминик неожиданно встает на одно колено и протягивает мне открытую бархатную коробочку, в которой переливается изумительной красоты кольцо. Я конечно знаю, что Доминик не беден, но это кольцо..Оно же стоит уйму денег! Надеюсь он не заложил все имущество для того чтобы купить его. Я онемела, ожидала чего угодно, но не этого. – Алиса, я должен признаться, что влюблен в тебя с еще со времени нашей учебы. Очень боялся признаться в своих чувствах, да и твое сердце было занято. Сейчас я повзрослел и не упущу своего шанса. Я предлагаю тебе свою руку, мое сердце давно уже отдано тебе. Я тебя люблю Алиса, выходи за меня! – Доминик…о…э…– пытаюсь ответить, но не знаю что, смотрю в его горящие глаза и понимаю, что он искренен со мной. – Я не могу…– выдавливаю наконец. – Я понимаю, понимаю, я готов ждать, сколько угодно! – с жаром говорит Доминик, – только не отказывай сразу, подумай. Ты давно меня знаешь, мы понимаем друг друга с полуслова, посмотри, мы за две недели школу почти открыли, мы хорошая команда. Поверь, я смогу стать тебе надежным плечом. Пусть ты меня пока не любишь, но это ничего, главное понимание. Со временем ты поймешь, что я тот кто тебе нужен. Я не буду давить на тебя, не буду требовать близости, если ты сама не захочешь. Просто давай попробуем. – Но…– пытаюсь встрять я. – Ты не думай, чтобы ты не ответила, на наши партнерские отношения это никак не повлияет, ты не обязана соглашаться из-за того, что я вложился в твой бизнес. Но я очень прошу тебя, подумай! Я подожду. – Нет, Доминик, я не могу, не сейчас, прости, – мне хочется плакать, мне так его жаль. – Я все равно буду ждать, Алиса, – грустно говорит Доминик поднимаясь с колен. Мне жаль, мне очень жаль что я не могу ответить Доминику взаимностью, ведь он, кажется, действительно любит меня. Мне жаль, что я не могу выкорчевать из сердца этого чертового Руслана, мою любовь к нему. Как хотела бы я относиться ко всему проще и, отбросив прошлое, начать новую жизнь и новые отношения, но не было дня когда я не вспоминала бы мужа, его глаза, его улыбку. Проклинаю себя за слабость, за эту любовь и тоску, но ничего не могу сделать с собой, живу только детьми, только ради них дышу. Нет в моем измученном сердце места новой любви. Прости, Доминик.