- 25 Ярослава -

Я еще только спускаюсь в лифте, а сердце, кажется, вот-вот выскочит из груди. Волнение топит, и мысли превращаются в бессознательный рой.

Что он скажет? Что потребует? Куда повезет?

К себе? Просто развернет упаковку, которую прислал, или придумает что-то более извращенное, чтобы потешить собственное эго?

Машину Штерна я узнаю. Впрочем, она сразу притягивает взгляд - большая, черная. Впору пошутить про то, что ее владелец что-то там компенсирует, да только вот я знаю, что ничего такого и близко нет. В этом плане у Адама все более чем…

Сам бывший стоит возле автомобиля, курит.

Обалдеть. Он же бросил тогда вроде. Неужели снова за старое? Ой, дурак…

Едва мы встречаемся взглядами, он медленно выбрасывает сигарету и проходится по мне оценивающим взглядом. В итоге на его лице проступает удовлетворенное выражение. Ну, конечно. Я же выполнила его указание!

- Отлично выглядишь, - произносит он, едва я подхожу достаточно близко.

Даже не думаю что-то на это отвечать. Разговаривать с ним - последнее, что мне хочется.

Молча забираюсь в машину. В нашей игре у меня нет совершенно никаких прав, и эта зависимость от его настроения угнетает меня.

Когда собиралась, я запретила себе любые воспоминания. Просто вот выключила свет в этой части моей памяти. И мне казалось, что это получилось довольно неплохо.

Но стоит только Адаму сесть рядом, как я чувствую запах его туалетной воды, и мгновенно в памяти возникает калейдоскоп из воспоминаний.

Резко отворачиваюсь к окну, стараясь удержать контроль над эмоциями.

- Куда мы едем? - все же спрашиваю, чтобы хотя бы по дороге морально подготовиться.

- Это имеет значение? - расслабленно усмехается Штерн. - Ты моя на сегодняшний вечер. Забыла? В любое время, Ярослава.

Его цинизм - мое лекарство от прошлого. Чем больше он напоминает о характере наших встреч, тем больнее мне от этого, и тем меньше шансов вновь очароваться. Ведь образ, в который я была влюблена, все больше меркнет.

К сожалению, полностью вычеркнуть его из памяти у меня никак не выходит.

А жаль…

- Ты уехала, хотя я запретил, - говорит Штерн спустя довольно продолжительное время.

Я-то уже думала, что все, эта тема так и останется незатронутой.

- У меня были дела.

- Ты уехала, - весомо повторяет он. - Надеюсь, в следующий раз этого не повторится.

Он поворачивается ко мне, и настолько тяжелый у него взгляд! Только в этот момент я осознаю, насколько сильно раздраконила зверя своим побегом. Правда, я все равно не жалею. Мне нужно было уйти. Нужно было вздохнуть без него.

- Угрожаешь?

- Предупреждаю.

Его голос наполнен холодным обещанием, что последствия мне не понравятся. Эту сторону Адама я не знала, пока не стала свидетельницей его измены.

Разговор обрывается из-за звонка моего телефон. Отвлекаюсь и ищу тот в сумочке. Но лучше бы не доставала - ведь это муж звонит. Разговаривать при Штерне не хочется, но какой выбор?

- Я сейчас не…

- Ты что там о себе возомнила? - рявкает Валера. - Думаешь, я не пущу в ход документы?!

- Ты о чем?

- Мне позвонили и сообщили, что ремонт машины не оплачен! Как это понимать, Ярослава? Захотела на нары?

Он говорит слишком громко, и вероятность того, что наша беседа останется между нами, стремится к нулю.

- Я перезвоню тебе позже.

- Никакого позже! Либо ты сегодня же оплачиваешь гребаный ремонт, либо завтра все бумаги окажутся у того, кто знает, как ими воспользоваться! Поняла меня?

- Я сейчас занята, - едва успеваю ответить, как муж бросает трубку.

Меня начинает так трясти, что я даже не сразу понимаю, что мы давно уже не едем, а стоим на парковке одного из самых фешенебельных ресторанов. Так вот куда мы направлялись…

- Проблемы? - участливо спрашивает Штерн.

- Никаких. Мы на месте? Можно выходить?

Мой голос едва заметно дрожит, и мне никак не удается взять себя в руки. Пульс в висках стучит так яростно, что, кажется, его слышу не только я. Шумно вдыхаю, глядя на руки. Мне нужно всего лишь перетерпеть. Просто потерпеть, а потом уже думать, что делать дальше. У меня же было еще время! Почему вдруг Валера взбесился?

И откуда мне взять такие деньги?

- Деньги?

- Что? - поворачиваюсь к Адаму и с опозданием понимаю, что последний вопрос я произнесла вслух. - Забудь.

Дергаю ручку двери, но та не поддается.

- Мы не сюда?

- Не прикидывайся дурочкой, - начинает злиться бывший. - Что у тебя стряслось?

- Ничего.

Штерн сверлит меня темным взглядом. Я же судорожно соображаю, как бы свернуть с опасной темы разговора. Но, как назло, в голове в этот момент пусто.

- Что за документы? И что за деньги? Это ведь твой гулящий муж звонил.

Глупо отпираться. Валера орал так, что не услышать его было невозможно.

- Тебя это не касается.

- Что не касается? Что у тебя вдруг какие-то долги нарисовались? Или что тебе угрожал этот утырок, что засадит за решетку?

Я все же не выдерживаю и отвожу взгляд. Сглатываю горький ком. Если бы между нами не было этой циничной сделки, я бы задумалась о том, что, возможно, Адам переживает обо мне, заботится. А так…

- Ярослава! - рявкает он. - Ну-ка посмотри на меня! Что эта мразь там еще придумала? Какие документы?!

Он силой разворачивает меня так, что наши взгляды все-таки пересекаются.

- Отпусти! - шиплю, отталкивая Штерна. - Это мои дела! С тобой я должна только спать! Твое дело - защитить от Красилова. Вот этим и займись!

Бывший неожиданно тянет меня на себя, практически заваливает, и теперь между нашими лицами хорошо если пара сантиметров. В его глазах - бездна. Тьма. Непроглядная темнота, наполненная злостью, яростью и… желанием.

- Тебе достаточно попросить меня о помощи, - хрипло произносит он. - Я все сделаю.

Я молчу. Завороженно смотрю ему в глаза, пытаюсь вырваться из этого омута, но с каждой секундой воспоминания крепнут все сильнее. К сожалению, только светлое и хорошее. А та боль, что я пережила, почему-то становится бледнее.

- Н-не надо… - шепчу из последних сил.

- Глупая, ты не договоришься с ним по-хорошему. Твой муж - мразь и подонок. Я могу тебе помочь, - голос Штерна становится еще ниже, более мягким, а я чувствую, что начинаю поддаваться этой атмосфере. - Просто попроси, Ярослава. Попроси… Да?

Мысли превращаются в вату. Кажется, я и сама тоже. И только тихий голос отчаяния взывает к разуму. Жмурюсь и с огромным трудом мотаю головой.

- Нет…

- Я могу…

- НЕТ! - кричу как можно громче, боясь, что моя выдержка попросту рухнет. Что я сдамся, еще глубже увязнув в долгах этому мужчине.

Нет-нет-нет! Я должна отстоять себя! Должна!

- Уверена? - Адам удерживает меня за подбородок. - Я могу решить все твои проблемы.

- Свои решай, понял? - шиплю, уже царапая его руки, лишь бы он отпустил. Потому что плоть моя слаба. Потому что я отлично помню, как это - быть с ним.

Потому что чувства мои никак не хотят умирать.

- Я со всем разберусь сама. У нас сделка, Адам. Просто сделка.

Взгляд бывшего неуловимо меняется. Он по-прежнему наполнен темнотой, но теперь она становится иной.

Медленно кивает, возвращает меня на место, и я уже облегченно выдыхаю. Но, оказывается, рано.

- Ну, сделка так сделка. Тогда и ресторан ни к чему, - мрачно произносит Штерн и заводит машину.

Я довольно быстро понимаю, к чему идет дело - мы едем к нему домой. В общем-то, я такое предполагала изначально. Так что чему удивляться? Однако сейчас становится совершенно страшновато. Штерн явно не в себе - ведет агрессивно, резко перестраивается, ему часто сигналят.

Я же вообще вцепляюсь в ручку двери и закрываю глаза. Молюсь, чтобы мы доехали целыми и невредимыми. Сказать ему сейчас хоть слово означает бросить фитиль в бочку с порохом. Рванет, мало не покажется.

Поэтому я молчу. Не открываю глаз, пока мы не тормозим, да так феерично, что визг шин стоит у меня в ушах.

- Приехали, выходи, - перепечатывает приказ Адам. Щелкает дверной замок, и я на дрожащих ногах едва не выпадаю из салона автомобиля.

Бывший меня не ждет, идет к подъезду, а мне приходится его догонять, словно ручной собачке. Но в этот момент я меньше всего думаю о том, как унизительно это выглядит. Я еще после поездки в себя прийти не могу.

В лифте меня не покидает чувство, что я заперта в клетке с диким зверем. Захоти он, и набросится, растерзав за считанные мгновения. Но Штерн угрюм, молчалив, и меня будто не замечает. Напряжение между нами такое, что я едва дышу.

Темнота квартиры окутывает нас, и я все жду, что Адам выключит свет. Но он почему-то этого не делает.

Подходит ко мне со спины, и мой животный страх перед ним только усиливается.

- Сделка, говоришь? - хрипло повторяет он. - Ты права, Ярослава. У нас просто сделка. Так будет проще, - чеканит каждое слово, будто гвозди вбивает.

Адам буквально бьет по выключателю, загорается свет, а меня Штерн разворачивает к себе лицом.

- Ты вроде бы взяла обязательства не филонить, - цинично ухмыляется он. - Так что давай, дорогая, покажи, как ты соскучилась. Хочу почувствовать, что тебе не хватает моего крепкого члена.

От его грубости я теряю дар речи. Шумно дышу, не понимая намека. Чего он ждет? Мне раздеться, или что?

Сейчас он не тот мужчина, которого я любила. Это будто его безумный двойник, который собирается оторваться со мной по полной.

- Я не…

- Что ты не понимаешь? - насмешливо фыркает он. - На колени, Ярослава. Хочу, чтобы ты мне отсосала. Сейчас.

- Тут? - растерянно спрашиваю.

- А что? Какие-то проблемы? У нас же сделка. Так ты сказала?

Конечно, в прошлом у нас был оральный секс, и не раз. Но никогда я не чувствовала себя унизительно. Раньше бы меня не смутила прихожая, где стоят ботинки, и, мягко говоря, на полу не так уж чисто. Но сейчас…

Штерн будто наказывает меня за то, что я посмела ему отказать и задеть его мужское самолюбие. От этого понимания становится очень горько.

Неужели он настолько хочет меня растоптать? Мало ему было трахать других баб, пока мы были вместе, так теперь еще и это?

- Где же твоя былая принципиальность? - продолжает давить Адам. - Ты же так четко следишь за исполнением своих обязательств, такая правильная вся, да? Преданная. Честная.

Я не понимаю, к чему эти странные слова. Почему он произносит их с такой злостью, словно это не он меня предал, а я его!

- Что ты…

- На колени! - рявкает бывший. - Ты хотела сделку? Ты ее получишь! Не нужна тебе помощь? Отлично! Мне же проще. Будешь сама разбираться со своим мужем-кобелем, который потрахивает твою же сестренку.

Боль разливается в груди, расползается по венам, пробирается в каждую клеточку. Она убивает меня. Странное дело, но даже когда я увидела мужа на моей сестре в нашей постели, мне не было настолько плохо. Но после слов Адама я словно перестаю существовать. Он не прикоснулся ко мне и пальцем, но чувство, что избил. Каждое его слово - удар. Каждая его насмешка - пуля, бьющая точно в цель.

От моего бедного сердца и так ничего не осталось. Даже лохмотьев. Так зачем он все давит, и давит? Стирает в пыль те крохи, что еще трепыхаются.

ЗАЧЕМ?!

- Мне… Мне надо… - бессвязно бормочу. Мне бы отвернуться, спрятать свои чувства, получить хотя бы короткую передышку - и я соберусь. Смогу. Выстою. Но Штерн не отпускает. Удерживает за плечи, когда я беспомощно поворачиваюсь в сторону ванной комнаты.

- Это мне надо, Ярослава, ясно? - цедит он. - Мне надо, чтобы ты выполнила мое желание и сделала то, что я требую. Как мы и договаривались. Моя помощь стоит дорого. Время платить.

Чувствую, как он давит мне на плечи, ноги дрожат, и у меня нет никакой возможности, чтобы сопротивляться.

Я разбита. Растоптана. Унижена. Расстреляна.

Говорят, только самые близкие могут причинить самую страшную боль.

Адаму это удалось сделать снова.

Опускаюсь на пол, но почему-то он оказывается куда ближе, чем должен бы, а в глазах становится слишком темно.