- 38 Ярослава -

Конечно, слова про ванную - просто повод, чтобы сбежать. Я не понимаю, как себя дальше вести с Адамом. Его поведение нелогично. Чего он хочет? Чего добивается? Это какой-то хитрый ход, или что?

Почему он вдруг сменил гнев на милость и решил помочь просто так?

Потому что надоело возиться со мной? Если так, то, наверное, стоит этому порадоваться. Я ведь не хотела с ним спать, а теперь, получается, он сделает все, а я не буду ничего должна.

Но не буду ли?

Я ему не верю. Оно и понятно почему. У меня столько причин, чтобы не доверять Штерну, но даже несмотря на это, часть меня все равно сомневается.

А что если он и правда хочет просто помочь? Что если это не ловушка? Но как это узнать? Спросить в лоб? Так вряд ли бывший расскажет все как на духу.

Да и контакт у нас с ним каждый раз выходит как-то не очень.

Когда Адам спросил причину моего обморока, я ни секунды не сомневалась, что лучше отвечать что угодно, но только не правду. Нельзя показать свою слабость. Нельзя…

Вот только поверил ли он?

Вечно прятаться в ванной не получится. И хотя я максимально медленно делаю все, что только можно, все равно приходится выходить из своего убежища.

Хозяина квартиры я нахожу на кухне. Он стоит возле окна полубоком. Спокоен и задумчив. Халат, в который я оделась, мне велик, так что выгляжу я в нем довольно забавно. Но когда Адам замечает меня, на его лице не появляется даже намека на улыбку.

- Скоро приедет доставка. С продуктами пока напряженка. Но если хочешь чего-то конкретного или особенного, просто скажи.

Сухо и по делу. Его тон меня слегка обескураживает. Будто это не с ним мы только что целовались, словно одержимые. - Ладно, - потерянно говорю в ответ. - Тогда я…

- Почему не рассказала, что муж шантажирует тебя? - внезапно спрашивает он.

- Откуда ты…

- Он звонил тебе, пока ты была в ванной.

- И ты ответил? - поражаюсь его спокойствию. - То есть ты залез в мой телефон и ответил на звонок?! - Я задал вопрос, - мрачно напоминает Адам. - Почему ты не сказала?

- А разве я должна перед тобой отчитываться? У нас вроде сделка по другому поводу, - начинаю снова заводиться.

- Нет, блядь, никакой сделки! Забудь!

- И что это значит?

- Что я хочу знать о твоих проблемах все.

- Зачем? Чтобы ударить побольнее? - огрызаюсь. - Хватит, Адам. Не хочешь сделки, хочешь помочь так - хорошо. Я не буду врать - сама с Красиловым не справлюсь. И да, мне действительно страшно от того, что он может сделать. Но с остальным я вполне могу разобраться и сама.

- Как? Снова украсишь тачку мужа прокладками?

Возразить мне на это нечего. Точнее, я немного теряюсь от того, что Штерн оказывается в курсе этой проделки.

- Тебя это не касается.

Такой себе ответ, конечно, но на другой просто не хватает сил в данный момент.

- Сколько раз повторить еще, что я тебе не враг?

- Но и не друг.

- Мне вот интересно, ты сама меня бросила, оставив гребаную записку, а при этом считаешь сволочью почему-то меня. Это ваша пресловутая бабская логика так работает? Или ты просто уникальная?

Я лишь горько усмехаюсь. Ну, конечно. У мужчин всегда кто угодно виноват, но только не они.

- Думай, что хочешь, - холодно отвечаю, стараясь эмоционально отгородиться от бывшего. Не хватало еще дать ему повод для насмешек.

Он не знает о моей трагедии и никогда не узнает. Это только мое. А его измена… Да к черту его! Я потеряла кое-что куда более важное! По его вине!

- А может, ты решила к нему вернуться? - прищуривается Штерн. Разворачивается, и вот теперь я снова вижу в нем хищника, почуявшего добычу. Словно он знает про мою слабость, знает, и не отступится.

- Ты спрашиваешь, потому что от этого зависит твое решение, помогать ли мне?

Нелегко дается деловой тон. Да и не уверена я, что выглядит это именно так, как я бы хотела. Эмоциональные качели, в которых я живу последние дни, выматывают настолько, что сил держать оборону все меньше.

Мне бы хоть ненадолго передышку.

- Я дал тебе слово. И не заберу его, даже если ты вдруг решишь простить блядуна, который трахает твою сестру.

Никому не понравится, когда в его грязном белье копаются. Мне же это вдвойне неприятно, ведь Адам - мужчина, который ровно так же предал меня. Впрочем, мы еще не были женаты тогда. Хотя, конечно, я верила, наивная дурочка, что он меня любит, что я для него одна такая.

- Это касается только меня и мужа. Что ты ему наговорил?

Штерн отвечать не торопится. Его молчание заставляет меня нервничать все сильнее. Я уже представляю, чем мог закончиться разговор, и что мог наговорить Адам. Особенно после их стычки.

- Что ты под моей защитой, и чтобы он забыл твой номер телефона, - наконец, произносит Штерн.

- Зачем? - бессильно выдыхаю, уже прикидывая масштаб бедствия. Наверняка у Валеры там теперь злость кипит. И меня беспокоит не его душевное состояние, а то, как мне получить развод. Что если он упрется рогом, и из вредности теперь будет гадить? После того, как он так цинично предложил сойтись обратно, я уже не знаю, чего еще ждать от этого мужчины.

- Затем, что так и есть. Я дал тебе слово, что помогу. И я помогу.

- С Ильей, - напоминаю ему. - С мужем я разберусь сама. Возвращаться к нему или нет - решать только мне.

Мне совершенно не нравится, как меняется взгляд бывшего. Это какое-то тихое бешенство. И оттого еще страшнее. Но проходит несколько мгновений, и в глазах Адама снова полный штиль. Поразительная способность, конечно.

- Дело не только в этом. Считай, что я тоже виноват в том, что он тебе изменил, - неохотно произносит Штерн. А я, как только осознаю его слова, чувствую, что ноги меня перестают держать, и я хватаюсь за стену…