- 51 Ярослава -

- Откуда ты узнал? - резко становится холодно. Пытаюсь отстраниться, спрятать взгляд. Но Штерн не позволяет. Вынуждает повернуться к нему и посмотреть в глаза.

Я не вижу в них осуждения - лишь сожаление.

- Мне Лев рассказал - он подслушал ваш с Кариной разговор.

Стоило бы догадаться...

- Сейчас это уже неважно.

- Неважно? - его голос неуловимо меняется. Всего какие-то секунды, и мы меняемся местами. Теперь уже Адам нависает надо мной, прижимая своим телом к постели. - А ты не считаешь, что я имел право знать?

- О чем? Что у меня был выкидыш?

В его глазах отражается искренняя боль.

- И об этом тоже. Почему, Ясь? Почему ты не рассказала? Даже если ты решила уйти, если нашла кого-то лучше…

- Да никого я не нашла! - всхлипываю. Жмурюсь, стараясь отогнать образы прошлого. - Я написала это назло! Назло тебе!

- Но за что? Чем я тебя так обидел, что ты бросила меня и не объяснила ничего?!

Отворачиваюсь, но Адам упрямо возвращает мой взгляд.

- Объясни мне!

- Ты правда будешь делать вид, что не изменял мне?

Вот теперь вся его бравада и самоуверенность испарятся.

- Изменял? Да с чего ты взяла?

- Я все сама видела. Хватит. Не надо. Ты сам сказал - прошлое в прошлом. Зачем ты меня мучишь?

Я вот-вот опять разревусь. Неужели он этого не видит?!

- Затем, что я ничего подобного не делал! Я не изменял тебе, клянусь! Черт, детка, да у меня стоял только на тебя! Неужели ты не помнишь? Я же с ума по тебе сходил! С самого первого дня. Да я кольцо тебе купил, думал, на день рождения сделать предложение…

Ошарашенно смотрю на него. Я же ведь ушла от него за пару недель до этого.

- Что…

- Объясни, что ты видела, - требует Штерн.

- Тебя с девушкой. Ты тогда сказал, что у тебя будет мероприятие, но меня не взял. А я… Тест показал две полоски, и я так испугалась, что поехала за тобой. Я хотела рассказать тебе, но телефон ты не брал. Меня пропустили, спутав с кем-то из гостей - так что в ресторан я смогла попасть без особых проблем. А там… - замолкаю, вспоминая, как увидела любимого, которого под руку держала длинноногая красотка. Не удержалась и подошла ближе. Оказалась совсем рядом, чтобы услышать, как Адам четко и ясно сказал, что у него нет отношений, и что детей он не планирует ни с кем и никогда. Да и вообще предпочитает отношения без обязательств на одну ночь.

Штерн молчит. Но выражение лица у него такое, что мне очевидно и без слов - он все понял и вспомнил.

- Ты был с ней, говорил, что у тебя никого нет, и не будет.

- Это была Лика. Дочь одного из партнеров. Я тогда влез в долги, чтобы дело выгорело. И он был одним из кредиторов. Ее отец вынудил меня согласиться пойти с ней на это мероприятие. Лика вбила себе в голову, что я - мужчина ее мечты. Когда я это понял, то в тот же вечер сделал все, чтобы выбраться из этой кабалы и не быть в должниках ее отца, чтобы он не давил и не вынуждал на отношения с ней. Вот только я опоздал, да? - с горечью говорит Штерн.

Я ошарашенно молчу. Не могу даже слова произнести. Получается, что если бы я чуть-чуть подождала, то тогда бы не было этих четырех лет вдали от него? Наш малыш, вполне вероятно, родился бы, и ему было бы уже три года.

- Яся! Ясь, не уходи, - громко произносит Адам, встряхивает меня. - Не пропадай! Держись за меня.

- Прости, значит, это я виновата во всем, - задушенно говорю, а у самой перед глазами темнеет. Значит, это я убила нашего ребенка. Тем, что не усидела дома, что позволила усомниться в любимом.

Господи, я же не дала ему даже шанса оправдаться. Ведь все выглядело так правдоподобно. Я сбежала сразу, как услышала это все. Мне было всего двадцать, и не было рядом никого, кто подсказал бы, как надо поступить - родители тогда улетели в отпуск, а Алиса… Она тоже была занята собой.

- Детка, все. Хватит. Не думай об этом, - Штерн ласково проводит по моей щеке. - Ну же, посмотри на меня.

- Я убила его, понимаешь?

- Расскажи, как это случилось, - просит он глухим голосом.

- Я сбежала. Оставила тебе записку, написала как можно больше гадостей, хотела сделать побольнее, - всхлипываю, вспоминая случившееся. - Я собиралась ехать к родителям, но стало плохо. Я не сразу поняла, что у меня пошла кровь. Меня заметила женщина на остановке, вызвала скорую, но было уже поздно. Потом, как мне объяснили, сделали экстренную чистку, но, похоже, что-то пошло не так. И теперь… - закрываю глаза, боясь признаться в своем диагнозе. - Теперь у меня вряд ли могут быть дети. Осложнения после грубой работы хирурга. Так что тебе стоит знать, что я - неполноценная женщина.

- Глупости, - легко отмахивается от моих слов Штерн. Целует опять и опять. - Я люблю тебя. И мне плевать, что и кто тебе сказал. Захочешь детей - пойдем к врачам. Сейчас полно вариантов. Только не списывай меня со счетов, поняла? Я не отпущу тебя больше. Тогда я должен был найти тебя, но в тот момент разозлился, а потом… Потом заставил себя забыть. Идиот, что тут скажешь.

От его слов становится так больно. Сколько же я всего натворила? Столько времени винила его, а на самом деле виновата лишь я одна.

Это понимание причиняет куда более сильную боль, чем предательство сестры и мужа.

Адам между тем целует еще раз и вдруг отстраняется, а затем и вовсе выходит из комнаты. Я же теряюсь в догадках, почему. Может, ему неприятно быть со мной? Может, теперь противно? Вдруг он передумал?

Эти мысли как яд распространяются и заполняют собой все. С трудом напоминаю себе, что один раз я уже сделала неправильные выводы. Голос разума слишком тихий, и я почти готова разрыдаться, как Штерн возвращается. Держит в руке что-то и ложится рядом на постель.

- По-хорошему, это стоило делать не так. Но… К черту. Выходи за меня, Ясь.

Шокированно смотрю, как он берет мою руку и уверенно надевает мне кольцо на палец.

- Это то самое, детка. Столько раз порывался его выкинуть, и не смог.

На его лице - улыбка, а в глазах - безграничная любовь. Я чувствую себя такой дурочкой, что снова едва не усомнилась в нем.

- Я жду ответа, - говорит Штерн. - Хотя знаешь, можешь и молчать. Это ведь означает “да”.

- Конечно, да, - отвечаю, с трудом поборов эмоциональный шторм, который сейчас бушует во мне. - Конечно, я согласна.