Глава 30

Ева Утром просыпаюсь от непривычного чувства тяжести. Предплечье Руслана тяжело надавливает на мою грудь. Он всегда так обнимал: крепко, сильно. Муж и был для меня стеной, за которой надежно и хорошо. Но случай расставил все по местам. Он изменил, хоть и упорно говорит, что ничего не было. Разворачиваюсь смотрю в его раскрытые глаза. Искрами прошибает до кончиков пальцев, до неконтролируемой дрожи. Чувствуем оба то, что чувствовать нельзя. – Ты куда? – спрашивает охрипшим после сна голосом. Низкий шепот пробирает новой волной, тело словно прилипает к его горячему крепкому торсу. – Эрик, – сглатываю ком в горле. – Он просыпается рано. Ты не замечал, наверное. Конечно, он не замечал. До этой ночи Руслан оставался в своей же квартире, где мы поселились после того, как ушли из дома. Но спал он всегда в гостиной, и я наивно полагала, что близости между нами не будет. – Ева, я все сделал. Поменял подгузник, переодел его. Не кормил, правда. Но он вроде не просит бутылочку. Взрослый уже, – улыбается муж, нежно касаясь моей щеки. Вся забота о малыше всегда лежала только на мне, я не привыкла к какой-либо помощи. Я благодарно смотрю на него. Не ожидала, что он даст мне поспать и сам пойдет к сыну. – Он еще кроха, но бутылочки в прошлом. Ты прав, Руслан, – отвечаю ему. – Видишь, я быстро схватываю. На лету. Жаль, что столько времени упущено, – снова расплывается в улыбке. Меня легко колет то, что он так быстро исправляется. Я ведь не интересовалась его личной жизнью, совсем ничего не знаю о «новом» Довлатове. Руслан отводит мои руки за спину, трется щетиной о мою щеку и целует так, что волны удовольствия прокатывают по телу одна за одной. Он стал мягче, внимательнее. Но при всей его идеальности, я не могу просто так поверить снова… Внутренне грызу себя за слабость, за то, что позволила желаниям взять верх над здравым смыслом. – Ева, хватит думать. Отключи голову, девочка. Я тебя люблю, люблю, – повторяет, прижимая к себе. Все тянется к нему, каждая клеточка резонирует с его словами, ласками. Но упрямое сердце твердит, что предавший один раз, предаст и еще… – Руслан, мне пора идти. И тебе нужно собираться в аэропорт. Ты сам говорил, – отрывисто выдыхаю. Выбираюсь из-под его громоздкой фигуры, которой муж припечатал меня к постели. Ноги непривычно ведет судорогой. Его поцелуи горят на моей коже, а в голове фейерверк из вчерашних воспоминаний. Мне было хорошо, как никогда. Я хотела. Он хотел. Руслан не отпускал меня всю ночь так, что я обо всем забыла и просто растворилась в нем, без остатка. Сердце напополам. Я не знаю, готова ли жить вместе, как раньше, и смогу ли его простить… **** Руслан собрался быстро. Довлатов сам сварил кофе мне и себе. Поцеловал нашего сынишку и еще раз обнял меня. – Я приеду и перевезу вас. Ева, я не заставляю, а прошу. Я дам время, пока ты не скажешь мне «да» окончательно и не простишь, – он задумчиво делает паузу. – Руслан, я перееду из-за сына. Но тему наших отношений мы больше не будем поднимать. Мы работаем вместе и все. Твой дом, я уверена, достаточно большой, чтобы мы там не часто встречались, – сухо чеканю. В душе бушует каскад из смешанных эмоций. – Ева, я виноват в том, что ты ушла. Но я больше не отпущу, – выдает на прощанье мой муж, словно не слыша мою тираду… Довлатов прижимается лбом к моей скуле. – Я позвоню вечером, – буднично прощается и целует меня в шею. Вот теперь точно все как раньше… Два дня спустя – Все, мне пора идти. Не балуйся, веди себя хорошо, – улыбаюсь Эрику и целую его темную макушку, которая пахнет детским шампунем. – Мам! Дай! – говорит мне, попросив одну из тех машинок, что подарил ему Руслан. Я подаю новую любимую игрушку и тут же невольно вспоминаю о Довлатове. Сынок вторит мне и тоже интересуется «где папа» на своем детском языке лепечет. Два дня командировки Руслана превратились в три. Я привыкла к такому непостоянству в его перемещениях. Выходя замуж за успешного бизнесмена, я понимала, что рядом со мной он сидеть не будет. Зато Сава волочился за мной, как хвостик. Может, поэтому на контрасте, он и стал мне близок после Руслана… Мы с Эриком почти готовы к переезду, но душа все еще спорит с разумом, говоря, что я слишком легко сдалась ему. Лена видит ситуацию иначе. При всей своей нелюбви к Довлатову, теперь он для нее герой, без страха и упрека. Мы с ней созваниваемся по дороге в фитнес-клуб «Прайд». Я выпала на долгие три недели из жизни подруги, и Лене меня не хватает. У нее накопилось столько новостей, что мы обязательно бы встретились и все обсудили, если бы Эрик был полностью здоров. – Он помогал тебе деньгами, Ева! Он всегда о тебе заботился, а вот твой папаша мог бы и сказать правду, а не бесить старую собаку Агнию деньгами Довлатова! – выговаривает Лена. – Я не осуждаю отца. Если бы я знала, что деньги принадлежат Руслану, то не взяла бы. Ты прекрасно знаешь, что я любила ни его положение, ни его финансы, – отвечаю, рассматриваю экран навигатора. – Ева, ты будешь меня ругать, наверное, – вдруг выдает подруга. – Так, – протяжно отвечаю. – Что значит твоя фраза? Лена мнется, но продолжает. У нас нет секретов. – Руслан говорил с Киром и просил его пробить твою Агнию, по своим каналам. Я в легком недоумении. Не думала, что Лебедев имеет подобные связи, но больше меня волнует, что он нарыл на Агнию. – И что же он узнал? – Ну… Руслан, наверное, тебе самой скажет. Хотя, они не виделись после отъезда. – Лена, прошу, говори! Она жена моего отца. Он сильно сдал за время их брака, – волнение коробит мои нервные клетки. Лена говорит то, что я никак не подумала бы об Агнии. – Она мошенница. Имеет условную судимость, кстати. – Боже мой, – выдыхаю. Я никогда не верила, что женщина с ее внешними данными просто так, по большой любви вышла замуж за моего отца. Думаю, папа тоже понимал, что меркантильный интерес всегда имеет место у его жены. Но чтобы вот так… – Только я ничего не говорила, пожалуйста, – умоляюще просит Лена. – Хорошо, Лена. Я не общаюсь с отцом после того случая. Я просила его следовать назначениям врача, не поддаваться на дрессуру Агнии, но ей больше верит, – с досадой выдыхаю, еще не зная, как коснется меня эта история.