Шестнадцатая глава

Воскресенье пролетело незаметно, уступив место понедельнику. Я даже не сразу поняла, что у меня звонит будильник. Однообразная мелодия вызвала приступ раздражения, и я поспешила скорее отключить её. Вставать совершенно не хотелось, но последний день уходящего учебного года никто не отменял.

Выполнив утренние процедуры, я выбрала блузку и шифоновую юбку с крупными белоснежными цветами на ней, купленные в субботу в торговом центре. Волосы оставила распущенными и решительно надела новые туфли-лодочки на небольшом каблуке вместо привычных балеток. Родные ещё спали, и я, не прощаясь, немножко покрутившись перед зеркалом, выпорхнула из квартиры.

Дорога до школы не показалась привычно долгой и унылой. Единственной неприятностью стало то, что грузный мужчина наступил мне на ногу, пробираясь к выходу, активно расталкивая всех из-за того, что пропустил свою остановку. Но это досадное недоразумение довольно быстро забылось.

Зайдя в школу, я привычно поздоровалась с охранником и направилась прямиком в учительскую, чтобы уточнить расписание. Как выяснилось, сегодня по плану у меня только консультация у выпускников, сдающих ЕГЭ по обществознанию. Обрадовавшись подобной перспективе, я довольно улыбнулась.

— Скоробогатова, ты чего это такая довольная? — сказала завуч, входя в учительскую.

— День сегодня хороший, — пожала плечами я, совершенно не планируя рассказывать ей о том, что произошло со мной за эти выходные.

— Ну и замечательно, быстрее выполнишь все поручения.

А дальше она выдала мне такой список, что я порядком опешила.

— А с каких пор меня назначили начальником пришкольного лагеря? — возмутилась я, даже не углубляясь в кучу других поручений.

— Что значит с каких? Тебе сказали делать, значит, нужно выполнять.

— Нет, — мой ответ прозвучал не так громко, как мне бы хотелось.

— Я что-то тебя не расслышала, — она пристально посмотрела на меня.

— Я сказала нет, — уже более увереннее повторила я. — Не меня назначали начальником лагеря, и брать эту ответственность на себя я не собираюсь.

— Скоробогатова, а не слишком ли много ты на себя берёшь? — она подошла вплотную ко мне.

Я смотрела, как её глаза метали молнии, но мне было всё равно. Раньше, я бы и пикнуть не вздумала, тут же начав суетиться, чтобы решить как можно больше поставленных задач. А теперь понимала, что больше я не хочу подобного.

— А не слишком ли много вы на меня взваливаете? — ответила, глядя ей прямо в глаза. — Начальником лагеря уже назначен конкретный педагог, поэтому ваши претензии необоснованы.

— Ишь ты как заговорила, претензии! Это не твоего ума дело, кого и куда назначили. Тебе сказали делать, значит, быстрее и без лишних разговоров.

— У меня вполне достаточно своих обязанностей, чтобы я бралась за чужие.

— Самая умная, да? Ну ты ещё пожалеешь об этих словах, — прошипела она и мгновенно покинула учительскую.

— Ну ты, Инна, даёшь! — воскликнула библиотекарь, выходя из-за шкафчика, который был своего рода перегородкой, где можно было спрятаться от посторонних глаз. — Тебе что, прививку храбрости сделали?

Я устало опустилась на стул и отрицательно покачала головой.

— Ты хоть представляешь, что ты сейчас сделала? — сказала она, присаживаясь рядом.

Я подняла на неё вопросительный взгляд.

— Да этой Грымзе ещё никто так не отвечал, даже пикнуть в ответ боялись, а ты вон как ей отворот поворот дала.

— Мне кажется вы преувеличиваете значимость моего поступка.

— Думаешь, она просто так на тебя пришкольный лагерь повесить решила? — многозначно спросила она.

Мне нечего было ей ответить, и я только обрадовалась тому, что прозвенел школьный звонок. Вежливо извинившись, я направилась к своим выпускникам. Солнышко ярко светило в широкие распахнутые окна и отчётливо ощущалось, что последнее, чем бы ученики хотели сейчас заниматься — это слушать меня. Вместе с тем я видела, что они действительно старались.

Когда до звонка оставалось около десяти минут, в кабинет заглянула завуч и с приторной улыбкой на лице сообщила, что после звонка меня ждёт директор. Я ничего не стала ей отвечать, полностью вернув внимание ученикам. Следом громко хлопнула дверь, заставляя меня непроизвольно вздрогнуть.

В кабинет директора я шла с постепенно нарастающим волнением. Грымза ведь могла наговорить ей много лишнего, и было непонятно, чего стоит ожидать. И, хоть весь коллектив завуча дружно и тихо ненавидел, новый директор держала её из-за обширного количества связей.

— Вызывали? — спросила я, заходя в кабинет директора.

— Да, Инна Валерьевна, присаживайтесь, — она указала мне на стул перед её столом. — Почему вы отказались выполнить возложенные на вас обязанности?

— Согласно документам, начальником пришкольного лагеря назначен совершенно другой педагог, поэтому я не считаю правильным брать это на себя.

— Скажите мне, пожалуйста, как вы видите вашу дальнейшую работу в нашей школе?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я подняла на неё взгляд и поняла, что у меня нет ответа на этот вопрос. А действительно, как? После моей выходки Грымза не даст мне спокойно работать. Да и хочу ли я вообще теперь здесь работать?

— Я могу написать заявление по собственному желанию? — вдруг спросила я.

Она, словно только этого и ждала, протянула мне белый лист бумаги.

С каждой написанной строчкой мне становилось легче. И в какой-то момент я поймала себя на мысли, что я улыбаюсь.

— Спасибо, — искренне сказала я, протягивая ей заявление.

— За что? — она с любопытством посмотрела на меня.

Я не стала ничего ей отвечать, лишь попрощавшись, покинула её кабинет. Когда я вышла на крыльцо школы, то почувствовала облегчение. Словно огромный груз упал с моих плеч. Это увольнение помогло мне до конца осознать тот факт, что здесь меня больше ничего не держит. Я почти вышла за территорию школы, когда заметила, что возле калитки маячит Василий.