Сорок шестая глава

Странное дело, я даже не удивляюсь тому, что услышала нечто подобное. И в тоже время испытываю некое дежавю, словно что-то подобное уже происходило в моей жизни. Подождите-ка, кажется, в прошлый раз я точно так же стояла возле двери и слушала Алину. Ну, правда, в этот раз она хотя бы не стонет, что уже своего рода прогресс. Теперь она замахнулась на мою, с таким трудом возвращённую, свободу.

Я вспоминаю все те ощущения, что охватили меня в тот момент, когда я застала их с моим бывшим мужем. Но сейчас мне даже стыдно за ту реакцию, вела себя словно мямля, у которой нет никакой внутренней силы. Хотя у меня тогда её и не было.

Осознавая то, какой я была, я понимаю, что в том состоянии, в которое меня погрузила измена мужа, даже удивительно, что я решилась подать на развод. А дальше я надеялась найти поддержку у своей матери. Вот только не то я искала, и не там. У меня даже мысли не возникло, что нужно начать полностью меня свою жизнь, а не стараться вернуться в своё привычное болото.

Я всё время жила с ощущением, что я всем должна, но в то же время нельзя вот так взять и за пару дней перестроить своё мышление. Это сейчас я знаю кто и как ко мне относится, а тогда… Если бы не дядя с тётей, даже не представляю, что бы со мной было. Меня бы просто раздавили, уничтожили как личность. Учитывая, что им это практически удалось.

И вот я стою и слушаю разговор той, кто привыкла, что я решаю все её проблемы. Она думает, что она хозяйка в моей жизни, но в этот раз всё иначе. У меня не дрожат руки, сердце ни на секунду не сбилось с ритма, а на губах и вовсе появилась саркастическая улыбка. Никогда не думала, что это так приятно — ощущать себя полноправной хозяйкой своей жизни. Чувствовать, что ты намного сильнее, чем о тебе думают. И знать, что ты на многое способна.

Без каких-либо колебаний я открываю дверь ванной и делаю шаг вперёд. При виде меня Алина чуть не падает со стиральной машинки, на которую забралась во время разговора.

— Пошла вон.

Она спешно убирает телефон и подходит ко мне.

— Инна, ты чего? Не с той ноги встала? — она делает вид, что ничего не произошло.

— Алина, что непонятного во фразе «Пошла вон»?

— Ты точно с кровати упала, ну ничего, я сейчас позвоню нашей маме, она быстро тебе мозги поправит.

— Поправить мозги твоя мать сможет лишь тебе, и то, я сильно сомневаюсь, что у неё это получится. В своё время не успела, а теперь уже поздно.

— Что значит — твоей? Ты уже нас и за семью считать перестала? Совсем голову тебе закружили, да? Вспомни, я же твоя любимая младшая сестрёнка, — она подходит ближе и хватает меня за запястье, но я тут же отдёргиваю свою руку.

— А, так тебе до сих пор не рассказали эту душещипательную историю?

— Какую ещё историю? — она недоумённо смотрит на меня. — Ты сама на себя не похожа.

— Твоя сестра умерла.

— Знаешь, Инна, что бы между нами не произошло, но смерти я тебе уж точно не желаю.

— Конечно, ты со своей мамой привыкли выезжать за мой счёт.

— Это полная чушь, и что ты всё заладила — со своей, со своей, она между прочим и твоя мама. Должно же у тебя быть хоть немного уважения к ней!

— К кому? К той, которая согласилась взять чужого ребёнка, чтобы удержать мужа? Или к той, которая всю последующую жизнь ненавидела этого ребёнка за собственный выбор? Ещё раз повторяю — твоя сестра умерла. Мы с тобой друг другу совершенно чужие люди.

— Тебе нужно показаться психиатру, Инна. Ты совсем с катушек слетела, когда ты жила с нами, ты не позволяла…

— С вами я вообще себе ничего не позволяла, в то время как вы ни в чём себе не отказывали, — я не даю ей договорить. — А сейчас я больше не позволю превратить мою жизнь в руины. Вы уже достаточно потрудились над этим. Между нами больше нет и никогда не будет ничего общего, поэтому я повторяю то, с чего мы начали наш разговор — пошла вон.

— Ты не можешь меня вот так выгнать! — буквально визжит Алина.

— Могу и, более того, я это сделаю, — я хватаю её за руку и тяну из ванной.

— Дура! Истеричка! — орёт она, пока я вытаскиваю её в коридор.

— Ну что, дальше сама или мне стоит продолжить?

— Да что ты вообще о себе возомнила? Ты без нас пропадёшь! Я здесь, что помочь тебе, курица ты безмозглая.

В следующую секунду мою руку обжигает боль, но она приносит какое-то чувство глубокого удовлетворения. Алина же стоит, вытаращив на меня глаза, и держит руку возле своей щеки. Она явно не ожидала подобного.

— Больше я повторять не стану, а если потребуется, то я вытащу тебя из квартиры волоком, — я постаралась вложить в свой взгляд всё то презрение, что я к ней сейчас испытывала.

— Психопатка! — выкрикивает она и хватает свою сумочку, лежащую на пуфике в коридоре, — Если ты думаешь, что это сойдёт тебе с рук, то ты сильно ошибаешься!

Она спешно надевает кроссовки, а потом несколько раз истерично дёргает ручку, пока до неё не доходит, что сначала ей нужно открыть замок. В итоге она бросает на меня полный ненависти взгляд и уходя, громко хлопает дверью. Но меня это нисколько не трогает, потому что я наконец-то чувствую настоящую свободу.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍