Пятьдесят третья глава

Телефон выпадает у меня из рук и кажется, что мой крик слышно на несколько километров вокруг. Однако Никита вовремя успевает среагировать и в последний момент уворачивается из-под его атаки. А далее следует удар точно в челюсть, после которого Василий лежит на земле без каких-либо признаков жизни.

— Инна, успокойся, слышишь, всё хорошо. Всё уже закончилось. Он больше не причинит тебе вреда. Я обещаю.

— Я так испугалась! Он же едва не убил тебя, — я хватаюсь за его предплечья, а он вдруг морщится. — Что случилось?

Я отпускаю его и замечаю на своей руке кровь.

— Ты ранен? — я смотрю на него, а меня буквально трясёт.

— Глупости не говори, это всего лишь царапина, — он наклоняется и поднимает свой телефон. — Нужно вызвать полицию.

— И скорую, — добавляю я, пытаясь осмотреть его руку, но он не даёт мне этого сделать.

Спустя пятнадцать минут в этом переулке уже нет свободного места. Однако я не могу сосредоточиться и хоть что-нибудь внятно рассказать до тех пор, пока ко мне не возвращается Никита, которого должен был осмотреть врач.

— Как я и сказал, всего лишь небольшая царапина, — отвечает он на мой безмолвный вопрос.

Я не знаю, сколько времени мы ещё провели там, пока следственные мероприятия не были завершены, но под конец я уже была настолько вымотана, что едва стояла на ногах.

— Пойдём, я провожу тебя, — он обнимает меня, и мы идём к моему подъезду.

— Ты же не оставишь меня одну? — спрашиваю я, понимая, что меня начинает немного потряхивать.

— Если я тебе нужен…

— Конечно, нужен! — я прижимаюсь к нему и чувствую, как по моим щекам катятся слёзы. — Если бы ты знал, как я испугалась, когда он бросился на тебя с ножом.

— Глупенькая, в тот момент я был готов убить его, если бы он причинил тебе хоть какой-то вред.

— Никита, я…

Не знаю, кто первый из нас потянулся за поцелуем, но для меня он стал таким желанным и необходимым, словно глоток воды в пустыне. Всё вокруг перестало существовать, и сейчас на этой земле есть только двое: я и он.

— Знаешь, солёные поцелуи, это, конечно, очень экзотично, — произносит он, прерывая наш поцелуй. — Но я предпочитаю, когда моя женщина счастлива. И потом я не думаю, что сейчас подходящее время, для…

Я не даю ему договорить и вновь притягиваю к себе для поцелуя. А далее я даже не понимаю, как мы оказываемся у меня в квартире. Я думала, что такое бывает только в кино, но вот есть мы, которые наконец-то дорвались друг до друга и уже никак не можем остановиться.

Мне ещё никто и никогда не дарил столько ощущений, сколько я испытывала от его ласк. Касания, поцелуи, покусывания — всё это сводило с ума, заставляя желать большего. Вместе с тем, все эти ощущения, захлестнувшие меня, вдруг вызвали иррациональный страх, что я не смогу дать ему то, чего он заслуживает.

Почему-то именно сейчас в голове всплыли слова бывшего мужа о том, что я бревно в постели, что во мне нет страсти и огня. Словно уловив перемену в моём настроении, Никита остановился и пристально посмотрел мне в глаза.

— Что-то не так?

— Нет, просто я бы хотела принять душ.

Он кивнул, а затем взял меня за руку и повёл в ванную. И если я думала, что он оставит меня одну, то сильно ошибалась. Вместо того чтобы уйти, он, не торопясь, медленно начал раздевать меня, заставляя сходить с ума от его прикосновений. Ещё никогда со мной не обращались настолько бережно.

А потом он разделся сам и зашёл следом за мной в душевую кабинку. Вода дарила приятное расслабление, а я взяла мочалку, вспенила её и стала аккуратно мыть его. Несколько мгновений он стоял, не двигаясь, а потом отобрал её у меня и поцеловал так, что все лишние мысли просто выбило из моей головы.

Всё что случилось дальше, я бы никогда не смогла описать словами. Это было настолько чувственно, нежно и трепетно, словно я была для него самым дорогим сокровищем на этой планете. Но и я, как могла, отвечала ему взаимностью, поскольку точно так же ощущала по отношению к нему нечто большее, чем просто физическое влечение.

Он настолько умело он находил мои самые чувствительные точки, что я просто поражалась обилию их на своём теле. Ещё никогда я не испытывала ничего подобного. И если бы меня спросили, есть ли рай на земле, то я бы не задумываясь ответила, что он в его объятиях.

Последующая ночь стала для меня ночью открытий. После того как я с трудом могла стоять от охватившего меня удовольствия, он перенёс меня на кровать. Шёлк простыней холодил разгорячённую кожу, по телу разливалась приятная нега, и казалось, что лучше уже быть не может.

Однако он с завидным упорством продолжал доказывать мне, что всё то, что я знала об этой стороне отношений между мужчиной и женщиной, настолько ничтожно, словно сейчас я впервые познавала эту грань вместе с ним. Пожалуй, именно о таком первом опыте и стоит мечтать.

Меня переполняла нежность и страсть, а он каким-то образом умудрялся чувствовать, что именно необходимо мне в конкретный момент времени. То он был трепетным и бережным, а то не сдерживал себя, заставляя меня кричать от затопившего меня счастья. Мне ещё никогда в жизни не было так хорошо, как с ним. И если сейчас я что-то и понимала, так это то, что я хочу, чтобы он был моим мужчиной. Более того, кажется, я окончательно и бесповоротно влюбилась в него.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍