Глава 53

После обеда Галина извинилась и ушла к себе. Она набрала работы на дом и собиралась ею заняться.

Женя убиралась на кухне и мыла посуду. Артем вызвался ей помочь, но Сергей Павлович позвал его, и девушка его отпустила.

— Пап, ты что-то хотел? Я хотел Женьке помочь.

— Она сегодня сама управится. Я с тобой хотел поговорить, наедине.

— Хорошо, давай поговорим.

— Прикрой дверь, у нас будет серьезный разговор, не хочу, чтобы нас кто-то отвлекал. Ты не думай, я Женьке твоей доверяю даже больше, чем тебе. Но это разговор мужской, ей не стоит его слышать.

— Хорошо, как скажешь, подожди минутку. Я сейчас.

Артем вышел из комнаты и пошел на кухню.

— Жень, там папа поговорить со мной хочет. Если, вдруг, мы спорить начнем, ты не вмешивайся. Ладно?

— Что я не понимаю, что ли? Не маленькая. Вам давно нужно серьезно поговорить и решить все недоразумения между вами. Иди, не волнуйся. Я не стану вам мешать. Только помни, что ему нельзя волноваться.

— Спасибо, что понимаешь, — Артем чмокнул ее в щечку и удалился.

Он вернулся к отцу и прикрыл за собой дверь.

— Я готов, пап. О чем ты хотел поговорить со мной?

— Ты знаешь, о многом. Даже не знаю с чего начать.

— Начни с того, что для тебя главное.

— Хмм, хитер, — усмехнулся Сергей Павлович, — Подловил меня. Я думаю, что это и для тебя главное. Хорошо, начну с главного. Хочу прощения у тебя попросить за все. За то, что мало времени тебе уделял. За то, что так рано оставил тебя без матери. Да, я уверен, это моя вина, что она так скоро от нас ушла.

— Почему ты винишь во всем себя?

— Если бы я тогда так не загрузил ее, она бы, может быть, не заболела. А я себя не щадил и ее не жалел. На нее очень много тогда навалилось. Ей надо было своим здоровьем заниматься, а она все силы работе отдавала. Вот и не выдержала. Я все эти годы не мог себе этого простить. Фирму тянул только ради памяти о ней и с надеждой, что ты вырастешь и у тебя будет свое дело. Да, без нее у меня не очень получалось. Мы часто падали, у меня уже опускались руки. Но я вспоминал, что из-за этой проклятой фирмы потерял самое дорогое, что у меня было. И я находил способы все восстановить. Но ты, мой мальчик, страдал от того, что я мало появлялся дома. Что таить, меня домой не тянуло. Здесь все о ней напоминало.

— А на работе разве нет?

— И там тоже. Иногда сердце так ныло, выть хотелось. Но там сотрудники, рабочая суета и как — то отвлекалось. А домой придешь, в глаза тебе посмотришь и вспоминаешь, что виноват в твоем сиротстве. Хочется удавиться. Только сознание того, что ты еще больше страдать будешь, держало меня на этом свете.

— Ты прав, пап. Я страдал без тебя и без мамы. Когда был маленьким, я часто плакал, когда тебя не было. Потом вырос и понял, что плачем горю не поможешь. Принял все, как есть и жил дальше. Но мне очень обидно было, что ты от меня отдалился. Я думал, ты меня не любишь.

— Это не так, сынок. Я боялся показать тебе свою слабость. Боялся, что, если каждый раз буду плакать, когда буду рядом с тобой, ты будешь думать, что твой отец размазня. Я не знал, как с этим справиться и отдалился от тебя. Прости меня, если можешь. Хотя я не заслуживаю твоего прощения. К н и г о е д . н е т

— Что ты, пап. Я простил тебя давно. Я, хоть и обижался, но всегда уважал тебя. И очень хотел, чтобы ты мной гордился.

— Ты меня удивляешь. Чем я мог гордиться, если ты ничем не интересовался, а только в играх сидел постоянно. Фирмой заниматься не хотел. Я едва тебя заставил в автошколе отучиться.

— Но я там не просто играл, я зарабатывал.

— Ты опять за свое, сынок?

— Пап, почему ты не хочешь меня выслушать?

— Потому что я не считаю, что Интернет — это серьезно.

— Пап, за Интернетом будущее. Все то, что ты делаешь — это уже прошлый век. Но если объединить усилия, можно добиться гораздо лучших результатов.

— Ну хорошо, расскажи мне, как ты это себе представляешь?

— Нет ничего сложного. Нужно применить современные программы, которые помогают распространять рекламу, искать покупателей и продавать товар. Я могу разработать специальное приложение, которое поможет клиентам выходить на нас.

— То есть, ты хочешь сказать, что не мы будем искать клиентов, а они нас?

— Ну да. Это сэкономит наши силы и время.

— Да, в этом что-то есть. Но нам для этого нужно переучивать наших сотрудников?

— Это не проблема. Они могут пройти специальные курсы онлайн и получить необходимые знания.

— За это надо будет платить?

— Мы можем купить один урок на всех и обучить всех одновременно. Опять же сэкономим деньги.

— Хорошая идея, мне нравится. Ты молодец. Продолжай.

— Мы создадим свой сайт, где будет подробно рассказано о нас, а нашей продукции. И много другой полезной информации.

— Интересно. Хорошо. А кто этим будет заниматься? Я как-то задумывался над этим, интересовался. С меня потребовали большую сумму. И я отказался. Как-то все сомнительно показалось, рискованно.

— Да, с чужими людьми это может быть рискованно, можно нарваться на мошенников. Но я могу сам все это сделать.

— Ты? — с недоверием произнес Сергей Павлович.

— Да, пап. Ты думаешь, я просто так в играх сидел? Уже давно прошло то время, когда я в них просто играл. Сейчас я их создаю. Не сам, конечно. Мы работаем в команде. Но я делаю основную работу. И уже добился хороших успехов. Буквально на днях мы закончили проект и запустили его. Он оказался очень успешным и должен принести хороший доход. На моем счету уже собралась приличная сумма.

— Невероятно. Женька знает? Надеюсь, она с тобой не из-за этого? Я знаю, она хорошая девочка, не алчная. Но скажу честно, до сих пор не могу понять, как она в тебя влюбилась? Что нашла в тебе?

— Пап, мне сейчас это не важно. Я и сам не знаю, как так получилось. Часто сам задаю себе такой вопрос.

— Любишь ее?

— Я не знаю, как выразить те чувства, что я к ней испытываю. Сказать, что просто люблю — это, наверное, мало. Я просто потерял голову. Иногда мне кажется, что, если она в огонь бросится, я за ней брошусь. И когда мы поссорились, для меня рухнул весь мир.

— А что между вами произошло, если не секрет?

— Она узнала про Арину. Но не все. Решила, что это не Арина мне, а я ей изменил. Возненавидела меня. И решила мне отомстить за всех изменников мира.

— Глупенькая. Почему не поговорила с тобой? Разве можно делать выводы, не зная всей правды?

— Она импульсивна. К тому же обиженная женщина. Измена для нее очень болезненна. Не зажили еще свежие раны. Вот и вспыхнула.

— И что она сделала?

— Ей удалось ударить меня ниже пояса. Не знаю, как так получилось, но она попала в мою самую больную точку. Я, когда ее там увидел, у меня словно сердца не стало. Как будто просто перестало биться, я его перестал чувствовать. Не знаю, что бы со мной было, если бы она не пришла сама ко мне.

— Она была тогда у меня.

— Я знаю, пап. И знаю, что это ты убедил ее вернуться ко мне. И я очень благодарен тебе за это.

— Сынок, давай обнимемся. — они обнялись, — Давай больше никогда не будем с тобой ссориться. Я очень люблю тебя, а теперь и Женьку. Вы самое дорогое, что у меня есть.

— Я тоже тебя люблю, пап.

— Только вот что, сынок, — Сергей Павлович отстранился, — Мне доктора запретили работать, приказали идти на покой.

— И что ты думаешь делать?

— Я пока лежал там, искал решение. А теперь вижу, что оно есть и оно надежное.

— Что ты решил?

— Я назначу Женьку директором. У нее хорошо получается. А тебя ее заместителем. Будешь помогать ей, когда это будет нужно. Когда будешь свободен от проектов своих.

— Я думаю, что в ближайшее время ничего нового создавать не буду. Того, что есть, пока достаточно, доход будет, на жизнь хватит. Займусь проблемами фирмы, все оформлю. Если мы перейдем на новый формат, то и у директора дел меньше будет. Ей останется только контролировать, чтобы работниками все вовремя исполнялось. Ты прав, эту фирму нужно развивать в память о маме. Она за нее жизнь отдала, и мы обязаны продолжить ее дело.

— Я очень рад это слышать, сынок. Спасибо тебе, порадовал. Еще один вопрос хотел обсудить с тобой.

— В отношении Галины?

— Да, сынок. Я решил сделать ей предложение. Пусть у нас все будет официально и по закону, как ты считаешь?

— Я думаю, это правильно. Она хорошая женщина, добрая. Хватит ей одной жить. Не отпускай ее, расписывайтесь и ее больше никто не посмеет использовать.

— Да, я тоже так думаю. Я еще не говорил с ней, но думаю, что переберусь к ней жить. Уверен, она согласится меня приютить. Пусть у вас будет свой угол, а у нас свой. Вы молодые, у вас свои интересы, а мы как-нибудь вместе встретим старость.

— Не знаю, пап, как хочешь. Я не против. Но я думаю, что со временем мы все переедем в большую квартиру. А еще лучше в большой дом на земле.

— Даст Бог, так и будет. Главное, чтобы все здоровы были, а остальное приложится.

Женя все это время находилась на кухне и прислушивалась. Она давно закончила свои дела, но не покидала кухню, чтобы не мешать отцу с сыном.

Тема разговора ее не интересовала, мало ли о чем могут говорит два близких человека. Она прислушивалась, боясь, что мужчины снова не поладят и Сергею Павловичу станет плохо. Но было тихо, и это успокаивало.

О том, что все в порядке она догадалась, когда увидела сияющее лицо Артема, когда он вышел к ней.

— Все хорошо? — хотела убедиться девушка.

— Все замечательно. Я потом тебе все расскажу. Я люблю тебя, родная моя. Ты тут скучала без меня?

— Не очень. Меня Бармалей развлекал.

— Хмм, это значит, что мне надо к нему ревновать?

— Не переживай, главный мужчина в моей жизни — это ты.

— Слышал, кот? Так что губу закатай и отвали.

— Мяу!