Глава 10

— Допустим, я согласна. Где гарантии?

— Он тебе перепишет всё сейчас. Мне твоего не надо, я и сама отлично зарабатываю, а с Арсением так у меня вообще появятся огромные возможности, — пытается уколоть меня Катя моей зависимостью и нереализованностью,и сама же прокалывается. Теперь абсолютно очевидно, что она просто хочет быть родственницей Сени. Его бы сразу и соблазняла, он хоть и женат, общих детей нет.

— Хорошо, — совершенно спокойно соглашаюсь и приступаю к своему бифштексу.

— Хорошо? Так просто? — Катя от нервов уже рвёт бумажную салфетку на маленькие кусочки.

Мне звонит телефон. Я не уверена, что Катя сразу заценила мою сумку, поэтому, нарушая все правила приличия, ставлю её на стол и начинаю в ней нарочно долго рыться, чтобы достать телефон. Эффект вызван правильный, она то и дело зыркает на неё. По сравнению с моей, её Gucci — дешёвка. Телефон прекращает звонить и сразу же начинает снова. Наконец достаю, это Стас. Я ожидала.

— Алло, — притворно сладким голосом отвечаю, поворачиваю голову немного вбок, чтобы держать телефон рукой с кольцом и лишний раз мозолить ей глаза. — Хочешь приехать? Конечно, Антоша тебя ждёт. Соскучился? А меня дома нет. Я с Катей в ресторане.

Возвращаю голову в прежнее положение и наблюдаю за Катей. Она явно хотела заключить тайный союз. Стас молчит. Наверняка перебирает в памяти моих подруг. Кать у меня никогда не было в близком окружении.

— С какой Катей?

— С Исхаковой.

— Какого хрена, Лена? На кой ты с ней встречаешься? — Стас выходит из себя, — она тебе что, подруга?

— Стасюш, не подруга, но наши дети будут родными братиком и сестричкой. Конечно, нам надо налаживать общение, поэтому, когда она меня позвала, я не смогла отказаться.

Стас кидает трубку. Честно говоря, я вообще не понимаю, что делаю. У меня нет никакого плана. Я только знаю одно, что я должна себя защитить. Как это сделать, я не очень понимаю. А потому делаю, что умею, — сею хаос. Даже моя мама говорит, что где я, там беда и неопределённость, вот я им и буду всячески мешать.

Катя получает сообщение за сообщением. Телефон постоянно пиликает. Это стиль Стаса. Он, когда выбешен, строчит, как пулемёт. Иногда даже не по одному слову, а по одной букве. Что же… Пусть посмотрит, каким он ещё бывает. Я аж глаза закатываю от вкусного мяса и Катькиного выражения лица. В итоге она бледнеет на глазах, вскакивает, оправдывается, что какая-то срочная конференция, и убегает, как ошпаренная. Стас не любит самодеятельности. Наверное, она была не в курсе…

Я спокойно доедаю, заказываю с собой эклеры для няни и еду домой. В прекрасном настроении. Даже не верится, что может быть хорошо. Включаю радио и попадаю на какую-то дурацкую, но жутко подходящую под моё настроение песню.

«Я же вижу, Как ты хочешь мою жизнь. Её не получишь, Так что, деточка, держись».

Делаю громче и начинаю подпевать. А под припев так вообще открываю окно и вытаскиваю руку на весенний прохладный, но уже предвещающий скорые перемены воздух.

«Все псевдомодели Знатно прифигели, Как я с новой Kelly Гоняю по делам».

Какой же бред. Но я аж смеюсь от счастья и замечаю мужчину в соседней машине, который мне жестами показывает на свой телефон. Разумеется, я не собираюсь с ним обмениваться номерами, но моя уверенность в себе растёт с геометрической прогрессией.

Заезжаю на свою территорию, Стас тут. Странно, была уверена, что он в итоге к ней поедет. Ну и прекрасно. Захожу в дом, Антон сразу выбегает из гостиной мне навстречу, опускаюсь на колени, обнимаю сына и наблюдаю за реакцией мужа, когда и он выходит в холл. Опешил. Стас из тех редких мужчин, который замечает новый цвет маникюра, парфюм и каждые пять сантиметров волос.

— Мась, — чуть ли не со слезами в голосе произносит, — что ты с собой сделала?

— Сменила имидж. Новая жизнь — новый цвет, — с сияющей улыбкой сообщаю.

— Антош, поднимись к себе. Пусть тебе няня почитает. Лен, какая новая жизнь?

— Такая. Я теперь свободная женщина, мы с Катей договорились. Хочу быть ярче.

— Лена, твою мать! Я расстался с Катей. Всё! Показать тебе переписку.

— Расстался? У тебя же был случайный секс и просто не хватило смелости отправить её на аборт.

— Ей нельзя. У неё отрицательный резус-фактор.

— О как. Продуманная. А ты проверял?

— Лена, ты такая циничная! Это же ребёнок! Тебе не стыдно?

Стас разворачивается и уходит на кухню. Цирк.

— А трахать от жалости не цинично, Ста-а-с? — кричу на кухню, — кстати, когда обсудим кредит в «Коммерце»? Стас?

Стас вылетает из кухни и припечатывает меня к стене.

— Почему ты роешься в моих документах? — у него глаза сейчас из орбит вылезут.

— Не роюсь никогда, ты же знаешь. Просто попался каталог от «Домео». А там и документы.

— Я его уже закрыл, — успокаивается, — тебе не о чем волноваться, мась.

— Хорошо. А теперь отпусти меня, — стучу по его руке, — и не называй меня масей. Я для тебя Лена.

— Мась, — Стас вжимает меня крепче в стену и начинает целовать. Я зажимаю крепко губы и уворачиваюсь, — ты такая красивая сейчас. С ума схожу. Моя!

Я бью его кулаками в грудь и верчусь. Он хаотично и отчаянно целует меня в скулы, шею, волосы, я чувствую его эрегированный член и злюсь невероятно. Всё это время у него трезвонят его Apple Watch. Он не обращает никакого внимания и нагло скользит по мне руками и губами. Если бы не няня с Антошей, я бы могла ему зарядить по яйцам, но сейчас не хочу устраивать сцен и пытаюсь с ним договориться. Звонок прекрашается и сразу пиликает звук сообщения. Стас наконец бросает взгляд на дисплей часов. Отпускает меня и убегает в прихожую.

— Эй. И что это было? — вдогонку кричу ему, разводя руками.

— Мась, у Кати выкидыш! Позвоню!

Хлопает дверью, и буквально через несколько секунд слышу рёв двигателя его «Порша».