16

16

На следующий день я заглянула в участок, где была назначена встреча со следователем. Мрачное здание с запахом пыли и хмурыми лицами работников в форме мне не понравилось. Слишком здесь было тревожно и неуютно.

И смотрели на меня не как на потерпевшую, а как на преступницу.

Молодой мужчина в сером пиджаке с закатанными рукавами пригласил в отдельный кабинет и предложил кофе из автомата. Я отказалась.

Пах местный кофе отвратительно, будто тоже наполовину состоял из пыли.

Я рассказала мужчине, представившемуся Олегом, всё, что со мной стряслось. Тот записал мою речь на диктофон, сделал пару заметок у себя в папке и дал подписать какую-то бумагу.

Выглядел он при этом довольно сонным, будто не спал неделю. В общем, я лишний раз задумалась о том, что Влад был прав.

Следователь смотрел на меня с видом: «Ну и чего ты пришла? Ну зачем тебе это? Сидела бы дома, и мне хлопот меньше, и тебе проблем…»

В общем, к концу этой недолгой встречи я только уверилась в том, что очень сильно ошиблась, понадеявшись на правосудие.

Он обещал держать в курсе и просил звонить, если вспомню что-то еще.

Я вышла из здания с уверенностью, что вряд ли вообще что-то услышу от этого человека.

Пожав плечами, отправилась домой, разочарованная.

Почему-то представлялось, что полиция будет действовать, как в кино. Тут же все кинутся хватать подозреваемых, сажать их в изолятор и отпрашивать злым голосом, направив лампу в лицо.

Но, очевидно, в жизни все иначе. Причем сильно.

Вернувшись домой, я обнаружила Дашку за сборами. Она красила губы блеском у зеркала в прихожей.

– О, ты вовремя, – улыбнулась сестра, пряча блеск в сумочку.

Я пригляделась, отметив в ней какую-то напряженную решимость.

– Для чего вовремя?

– Для покупок, идешь? Заказала кое-что с доставкой, нужно забрать из пункта выдачи, там и померяем, м-м?

Заинтригованная, я не стала разуваться и последовала за Дашкой.

Идти было недалеко, всего до соседнего дома.

– Ну как там следователь? – поинтересовалась она, – что сказал?

– Ничего толком…

Дашка закатила глаза.

– Когда убьют, тогда и приходите?

– Ага.

Сестра вздохнула и взяла меня за руку.

– Не переживай, Влад же обещал что-то предпринять, так?

Настала моя очередь закатывать глаза. Владу я верила меньше всего, и тем более его обещаниям.

Он уже даже клялся однажды, и клятвы не сдержал. Какое вообще может быть доверие предателю?

Сама буду дурой, если поверю снова.

По крайней мере пока что, благодаря моим усилиям, все было хорошо. На меня никто не нападал, никто не ломился в дверь и не преследовал по пятам во время походов в магазин.

И все же я не переставала шифроваться – так же надевала темные очки и ветровку с капюшоном. Разумеется, вечно это продолжаться не могло, но на правосудие особой надежды не было.

И я не переставала опасаться за свою безопасность. А Влад мог хотя бы отчитаться в том, что что-то предпринимает… но он просто исчез.

Возможно, отвлекает Вероничку от очередной мести?

Сестра заказала вечерние платья. Я внимательно посмотрела на нее, распаковывающей заказы в примерочной пункта выдачи, и вопросительно вскинула бровь:

– Я верно понимаю, что ты собралась пойти на благотворительный вечер?

Она кивнула, выбирая себе наряд.

– Почему бы и нет? – вздохнула, прикидывая к груди золотистый струящийся атлас, – посмотрю в глаза этому мудаку… пусть тоже посмотрит, кого потерял.

Я скептически нахмурилась. Но дело хозяйское. Мне бы, например, не хотелось бы подвергать себя опасности, разгуливая по подобным сомнительным местам.

– Но ты же не оставишь меня одну? – я поймала ее жалобный взгляд в зеркальном отражении и тоскливо вздохнула.

Ну разумеется… Мое дурацкое любопытство меня когда-нибудь погубит.

– Ну куда я денусь, скажи? Это будет даже забавно…

– Что именно?

Она закрылась в примерочной, пока я выбирала платье для себя.

– Попытаться понаблюдать за мужем со стороны, будучи незамеченной.

Конечно же, Дашка поняла мою мысль.

– Думаешь, он тебя не узнает?

– Ну, если очень постараться…

Она отодвинула шторку и вопросительно поглядела на меня.

– А если он будет со своей шалавой?

Я закусила губу, смяв в руках изумрудную ткань выбранного платья, царапая пальцы о пайетки.

– Вот там и увидим, не так ли?

Если на вечере он появится с ней, то это будет значить одно – его обещания не стоят ничего.

Мы выкупили платья и вернулись домой. Завтра предстоял большой день. Благо, что выходной. В планах было посетить салон и сделать из себя потрясающих красоток.

Идея мне не импонировала, я относилась к ней с большим скептицизмом. Но, если уж Дашка что-то задумала, она от этого не откажется.

И я тоже не могла ей отказать. Если для того, чтобы окончательно забыть Игоря и морально расплеваться с этим мужчиной, сестре нужно лишний раз заглянуть ему в глаза, то препятствовать я не стану.

Этот мужчина значился в буклете как один из организаторов рядом с именем моего мужа. Мероприятие было направлено на сбор средств для благотворительности.

Не помню, чтобы раньше Влад участвовал в чем-то подобном. И оттого было подозрительней вдвойне. Поэтому мне и не хотелось, чтобы меня там узнали.

По крайней мере по прическе точно не выйдет. Мои некогда прямые русые волосы стали медными. Я еще и завила их крупными локонами.

Никогда не наносила тяжелый вечерний макияж. Даже на собственную свадьбу обошлась легким минимумом. Но сейчас пришлось.

В салоне из меня сделали самую настоящую куклу. Через три часа макияжа и работы над волосами я смотрела на себя в зеркало и не узнавала: густые ресницы, яркие пышные волосы, сочные губы и выраженные скулы.

Я была похожа на модель из дорогого журнала. И это пока еще не нарядилась в свое зеленое платье, которое прекрасно оттеняло цвет волос.

Его я примерила уже дома.

Дашка, выйдя из ванной после примерки собственного, удовлетворенно щелкнула языком.

– Ну ты даешь, Соняш… теперь тебя даже мать родная не узнает.

Сама она сильно изменить внешность не старалась. Просто максимально выгодно подчеркнула имеющееся.

Я бы сказала, потрясающе подчеркнула. Бедный Игорь.

Кажется, кто-то сегодня сгрызет себе локти, поняв, кого потерял.

Только что увижу я?