Глава 27

Мой голос звучит неестественно громко, и люди за ближайшими столиками оборачиваются в нашу сторону. Но мне уже всё равно.

Пазл в голове складывается за секунды, и я, наконец, вижу полную картину.

Ася открывает рот, чтобы ответить, но в этот момент Женя ловко обнимает её за талию и притягивает к себе.

— Это моя возлюбленная, — заявляет он и опускает глаза.

Я смотрю на них, и во рту появляется привкус железа — видимо, слишком сильно сжал челюсти.

— Правда⁈ — сквозь зубы выдавливаю я. — От вас, значит, Наташа узнала про то, что я собирался ехать в Сочи… — перевожу взгляд с Аси на Женю и обратно. — Ты сказала? А тебе… дружок мой бывший?

Так вот как Наташа узнала про Сочи! Наша главная правдорубка помогла.

Губы сами растягиваются в злой ухмылке, смешанной с разочарованием.

Да, конечно… Кто же ещё, кроме неё?

Добрая, верная подруга Ася — та самая, что в последнее время с упорством маньяка лезла в нашу с Наташей семейную жизнь, совала свой нос, куда не просили, а теперь и вовсе перевернула всё с ног на голову.

Именно она вывалила информацию про поездку без прикрас, в самом чудовищном свете. И, возможно, наплела жене, что я давно изменяю ей.

Потому мой брак, который теперь я ценю как никогда, трещит по швам и вот-вот развалится навсегда.

Но самое мерзкое даже не это.

Я вижу её взгляд — наглый, почти торжествующий. Ни капли раскаяния. Ни тени сомнения. Она уверена, что поступила правильно.

Хорошо, её как-то ещё могу понять. Женская дружба иногда бывает крепкой, но он… Женька! Человек, с которым мы были по-настоящему близки как друзья все школьные годы.

Да, пусть и давно, пусть и в прошлом, но какая разница⁈ Разве можно вот так — взять и предать? И для чего? В угоду кому? Этой женщине?

Хотя… Какой смысл сейчас об этом рассуждать?

Я встаю. Молча, без слов бью этого предателя в рожу.

Да, именно в рожу! Потому что лицом это назвать уже нельзя после его предательства.

Сначала он даже не сопротивляется. Принимает удар, зная и соглашаясь, что заслужил его. Но потом… Потом начинается драка.

Несколько минут идёт самая настоящая потасовка. Мужики, сидящие за соседними столиками, первые пару минут пытаются разнять нас, но во мне столько агрессии, что они сдаются. Есть вероятность попасть под горячую руку. А кому хочется?

Нас грубо растаскивает охрана ресторана. Мы оба тяжело дышим, кровь стучит в висках, а в глазах — чистая животная злоба. У меня, естественно, больше.

— Псих ты, Эд! Урод! Изменщик! Предатель! За что ты Жене лицо разбил? — вопит рядом Ася и пытается приложить платок к его носу, когда тот вытирает пиджаком кровь.

— Ну ты и гад! — говорю, по-прежнему глядя на бывшего друга.

Он ничего не отвечает. Снова опускает глаза.

Перевожу взгляд на подружку моей жены. Я не просто так недолюбливал эту гадину. Словно чувствовал, что она встанет между нами!

Ася гордо вздёргивает нос и смотрит на меня с вызовом.

— Ну, конечно! Да, я ей всё рассказала! Именно я! И знаешь что⁈ Я ни капли не жалею об этом! — Её голос звенит, словно она рада и ликует. — Ты не заслуживаешь такой женщины, как Наташка! И я не врала, когда называла тебя подлецом! Ты для меня с недавних пор именно такой.

Она даже не моргает, когда говорит мне это. Каждое её слово кричит о том, как она меня презирает.

— Говори, зачем всё это! — рычу на друга и снова хватаю его за грудки, но он молчит. Её мотивы мне ясны, а его — по-прежнему нет. — Ещё раз в морду дать⁈

— Отстань от него! — кидается на меня подружка жены.

— Не лезь не в своё дело! — срываюсь на неё.

Понимаю, что бывший дружок мне ничего не скажет, а с этой гадиной я даже разговаривать больше не хочу.

— Исчезни из жизни моей подруги навсегда! — зло говорит Ася, шипя словно змея. — Ей будет лучше без тебя! Сколько она сил и лет потратила на тебя, чтобы тебе было хорошо в этом браке. Ты её недостоин! Пусть лучше без мужика, чем с таким!

Когда Ася это говорит, я вдруг понимаю: она глубоко несчастная женщина. Как бы она ни убеждала меня сейчас, что борется за подругу, я не поверю ей. Не верю, и всё! Она словно мстит всему мужскому роду за измены из-за своего неудавшегося брака.

— Дура ты, Ася. Ты не помогла своей подруге, а сделала только хуже. Я знаю, тебя предали, причём не единожды. Тебе очень тяжело дался этот развод. Но не все мужики такие уроды, как твой бывший муж. Плохо тебе, да? А у подруги хорошо. Вот ты сделала так, чтобы плохо было и ей. С тобой за компанию!

Она пыхтит как паровоз, но ничего не отвечает. Только щурит глаза и смотрит на меня с прежней ненавистью.

— Не подруга ты, а самая настоящая дрянь!

— Нет, ты такой же, как все!

— Успокойся, и хватит повторять это. Ты словно не только всех вокруг, но и саму себя пытаешься убедить, что это так. Можешь не стараться дальше окунать меня в чан с дерьмом. Я и так там по самые уши. А ты не лопни от злости и зависти, что у других нормальные семьи, а у тебя её нет.

— Это у вас-то нормальная семья⁈ Потребители! А, я поняла! То есть ты кобель, а я ещё и виновата⁈

— Нет, зачем же? Я виноват, я и отвечу. А ты ответишь там. — Показываю пальцем наверх.

— Ась, угомонись, — подаёт голос Женька и дёргает свою женщину за рукав платья. — Ты перегибаешь уже основательно.

Но она его не слушает. Она сосредоточена на мне больше, чем на всём остальном.

— Гад какой! Ещё меня во всём обвиняет! — продолжает искать слова и причины, чтобы оскорблять меня и дальше, но замолкает, больше не находя их.

Хочу уйти. Бросаю деньги на стол и снова смотрю на своего друга.

— Не знаю, насколько дерьмовым человеком ты стал, но раньше вроде таким не был. Если она уговорила тебя, что-то пообещала, и ты повёлся, я скажу только одно: беги от неё. А если ты был с ней заодно, чтобы намеренно разрушить мой брак, то ублюдок ты последний.

Ухожу, понимая, что моя глупость, наивность и доверчивость привели меня к краху.

Похоже, я окончательно потерял семью, и теперь шансы её вернуть равны практически нулю.

Наташа сейчас «обнажена», у неё все чувства обострены до предела, и я уверен: подруга этим вовсю пользуется, рассказывая ей, какое я чудовище. Теперь пониманию: она не просто так ночевала у нас во время моего отъезда.

Ладно, теперь нет смысла расстраиваться. Так же как и посыпать голову пеплом. Мне надо придумать, как доказать жене, что я остался ей верен, и попытаться спасти наш брак.