- 17 Рамиль -

Амина робко улыбается, делает еще один шаг, и мне начисто сносит башку.

Я даже подумать не мог, что она решится на подобное.

Черт, да это же…

Медленно подхожу к ней, смотрю, не позволяя отвести взгляда. И ощущение, что она вся в моей власти, пьянит так, что срывает все заслоны.

Мягкая, нежная, покорная.

Провожу пальцами по ее щеке, и она тянется, будто кошка, выпрашивает ласку.

Пиздец. Отзывчивая. Совсем другая.

На дне ее глаз я все еще вижу настороженность, будто страх притаился, но помимо него - желание.

Впервые я вижу это в ней. Отчаянное. Дерзкое. Живое.

Стоило бы притормозить, спросить, что за шоу, и с чего такие перемены, но все мысли на хер вылетают из башки, и я целую ее. Чувствую, как откликается, как прижимается, а ее острые соски через тонкую прозрачную ткань упираются мне в грудь.

Сгребаю ее длинные шикарные волосы на затылке, оттягиваю, и жена слушается! Не упирается, не превращается в отстраненное бревно, а рвано дышит и смотрит своими охеренными глазами так, что я едва контролирую себя.

- Амина… - хрипло вырывается из горла.

Укладываю жену на постель, одержимо целую. Буквально вгрызаюсь в ее губы, кайфуя от того, что она не только позволяет мне это, но и сама отвечает, пусть робко, пусть неумело.

Но блядь…

Спускаю лямки топика, тот мешается, и без зазрения совести рву этот лоскут ткани, чтобы грудь была доступна вот так, без лишних преград - хочешь - сожми, хочешь - прикуси. Амина выгибается, сдавленно стонет, запускает пальчики мне в волосы, а я как бешеный кайфую от нежданного подарка.

Крошечные трусики тоже на хер.

Мое полотенце давно уже где-то потерялось. Прикасаюсь к Амине между ее стройных ног и дурею - она влажная. Течет. Хочет.

Пиздец. Это просто лютый пиздец.

А уж когда ее пальцы прикасаются к моему члену, я окончательно теряю ощущение реальности.

Нет мыслей - с чего такие перемены? Нет ничего. Только дикое желание - взять. Ворваться в горячую податливую плоть.

И трахать. Так, как я люблю. Как хочу. Как привык.

И я…

Торможу в последний момент - в памяти всплывает предупреждение врача о том, что у жены повышенный тонус, что для такой хрупкой девушки двое детей - большая нагрузка.

Меня будто холодной водой окатывает.

Дети.

Внутри все рвется, на хер, забить болт на то, что сказала эта врачиха, и взять, наконец, жену так, как хотелось бы. И мне требуется пиздец как много усилий приложить, чтобы удержать своих демонов на привязи.

Нельзя.

Это слово пульсирует алым в моем сознании.

С огромным трудом отстраняюсь и убираю ладонь Амины. Она непонимающе смотрит.

- Рамиль? - ее голос дрожит. - Что-то не так?

- Все так. Ложись спать.

Горло дерет от своих же слов. Не этого я хочу сейчас. Не этого! Но я вспоминаю, как слышал биение маленьких сердец, и понимаю, что нельзя.

НЕЛЬЗЯ!

- Но мы же… Ты… - голос жены становится тише. - Ты что, не хочешь?

- Не хочу! - рявкаю, лишь бы она престала испытывать мою выдержку на прочность.

Под ее обалдевшим взглядом иду к шкафу и достаю трусы, чтобы как-то отвлечься.

- Но я же видела! - летит мне в спину.

- Что ты видела? Ты уже беременна, если забыла. Пока не родишь, нет смысла тебя трахать.

Зверь внутри, словно одержимый, бросается на прутья клетки, в которую я его загнал.

На хер. Я сам управляю своей жизнью. И никакой дурман не собьет с цели.

Естественно, спать рядом с соблазном не выйдет, так что собираюсь уйти в гостевую, но Амина вдруг решает продолжить этот бессмысленный разговор.

- Значит, заниматься этим вчера ночью с Айзой ты хотел, а со мной - нет смысла?!

Замираю, осознавая ее предъяву.

- Повтори.

- Что, скажешь, ты не ночевал у своей любовницы вчера? - голос жены дрожит.

Оборачиваюсь, и вижу в ее глазах слезы.

Опять.

- Считаешь, я должен тебе отчитываться?

- Да, должен! - взвизгивает она. А мне требуется немало усилий приложить, чтобы взгляд не соскальзывал ниже, на ее обнаженное обалденное тело. - Ты - мой муж! Но если тебе не нужна жена, если… Если я тебе не нравлюсь, я хочу развод!

Все вокруг мгновенно окрашивается красным. Раз - и я уже нависаю над Аминой, прижав ту к стене так, что между нашими телами едва ли пара сантиметров. Она испуганно смотрит на меня, а я скалюсь на ее браваду, от которой не осталось и следа.

- Развод? Забудь про это, Амина. Ты - моя жена, ясно? Моя!

Саданув кулаком по стене возле ее головы, едва сдерживаюсь, чтобы не впечататься телом в ее и не взять вот так - жадно, по-звериному, оставляя следы, которые еще долго будут сходить с ее молочной кожи.

- Моя! Поняла?

- Тогда зачем? - с горечью спрашивает она. - Зачем ты ночуешь с другой?

Черт… Да с чего она взяла эту чушь? Откуда? Не ночевал я с Айзой. Никогда. Потрахались и разбежались - вот и все наши встречи. Но оправдываться? На хер надо. Здесь главный - я. И я не собираюсь объяснять, что вчера всю ночь провел в офисе, разгребая дерьмо, которое случилось по вине одного из поставщиков.

- Почему ты не вернулся вчера? Почему уезжаешь в командировки с ней? - продолжает сыпать вопросами жена. - Почему?!

Она смелеет, бьет своими маленькими кулачками мне в грудь, плачет.

- Зачем ты делаешь это с нами? Разве я мало тебя любила? Разве мало для тебя старалась?

Каждый ее вопрос больно жалит, усугубляет чувство вины, которое начинает бесить и раздражать. Какого черта?! Не будет она мне указывать, что и к кому чувствовать!

Резко встряхиваю Амину за плечи, отчего она замолкает и испуганно смотрит на меня.

- Я не собираюсь тебе отчитываться. Твое дело - рожать мне детей. Там, где я скажу. Как только анализ будет готов, ты поедешь в мой дом и будешь вести себя как примерная жена. И чтоб больше я этих блядских тряпок на тебе не видел!

- Ты же все сломаешь, - в отчаянии шепчет она, пока слезы стекают по ее щекам.

Давлю на корню желание стереть их и поцеловать ее, успокоить.

Отстраняюсь, стиснув зубы и сжав пальцы в кулаки. Я едва держу контроль, который трещит по швам.

Откуда все это? Почему я сам жалею о том, что отступил, что не продолжил, что не сделал все иначе? Почему меня корежит от желания уложить жену в постель, чтобы продолжить, пусть и не так жестко, как требуют черти во мне?

Откуда эта гребаная слабость перед Аминой? Хер знает. Но в одном я уверен - нельзя поддаваться. Нельзя.

- Я все сказал. Решение принято.

Ухожу, шандарахнув дверью, и запираюсь в кабинете от греха подальше.

Нужно срочно успокоиться. Но даже для этого у меня не находится времени - звонит Таир, и выясняется, что мэр сегодня вечером, едва я свалил, спелся с Соколовым, и теперь счет идет на часы.

Амина в спальне лежит, завернувшись так, будто спит, но я стараюсь даже не смотреть в ее сторону. Молча одеваюсь и уезжаю на встречу с братом.

Тот, естественно, в бешенстве.

- Какого черта ты уехал так рано? Я же говорил тебе, что Соколов землю носом роет!

- Хватит зудеть, - отмахиваюсь, разглядывая данные от службы безопасности. - Надо решать проблемы.

Еще одна бессонная ночь приводит к тому, что новый рабочий день я встречаю изрядно измотанным.

Но помимо текущих проблем мне не дает покоя ситуация с Аминой. Айза звонила уже три раза, но я тупо сбрасываю ее звонки и игнорирую призывные месседжи с голыми сиськами.

Надо как-то решать вопрос и с ней, но нет желания даже видеть сейчас Алмазову.

Вчерашние слова жены про развод так и сидят в башке. Слушаю доклад начальника службы безопасности, а у самого крутятся эти кадры.

Как ей вообще такое пришло на ум? Развод. Совсем обалдела. У нас не принято разводиться. Да и тесть не позволит такую блажь своей дочери. В этом плане Аслан мыслит масштабно. Еще когда обговаривали брак с его дочерью, он четко дал понять - слияние бизнеса для него в приоритете. Так что нужны крепкие гарантии в виде наследника - внука. Мужик был одержим идеей продлить род. В свое время жена ему так и не родила второй раз.

Еще и Таир с этими его намеками в отношении Амины. Нет, все-таки нечего ждать - надо увозить жену подальше от всех. Пусть поживет за городом, придет в себя и вспомнит свое место и то, как должна вести себя примерная жена.

- Рамиль? - Корепанов выжидающе смотрит на меня.

- Что?

- Так что скажешь насчет новой системы слежения?

- Да, конечно, внедряй, - киваю, хотя, по сути, прослушал частично его доклад. Впрочем, Михаил - надежный мужик. Херни предлагать не станет.

К вечеру, окончательно задолбавшись, возвращаюсь домой. Но меня встречает гулкая тишина.

Будто в квартире нет никого. Да что за фокусы опять? Обхожу комнату за комнатой, но жены нет нигде.

На кухне тишина - никаких приготовлений к ужину, хотя обычно Амина всегда готовится к моему приходу.

Первая мысль - с ней что-то случилось. Она же беременная. Вторая следом - сбежала с Таиром?!

Стою посреди спальни, ища хоть какие-то признаки того, что Амина собрала вещи и сбежала, как вдруг слышу какой-то невнятный шум и резко оборачиваюсь…