- 28 Рамиль -

Ответить Аслану, значит, сделать выбор - говорить ли ему о том, что его дочь жива. Впрочем, и не дочь, как выяснилось-то.

В итоге звонок заканчивается, и я цинично выключаю телефон вообще.

К черту. Сначала мы разберемся между собой, а потом уже с родственниками, которых не сильно-то беспокоила смерть родной дочери.

Едва возвращаюсь в дом, как тут же наталкиваюсь на хозяйку. Та суетится и что-то таскает.

- Давайте помогу, - предлагаю, даже не задумываясь.

- А помоги, - соглашается она. - Тут вон чего надо сделать.

Следующий час мы, кажется, занимается какой-то бессмысленной перестановкой. Но я, собственно, не возражаю - пока руки делают, в мыслях я кручу разные варианты того, как вернуть расположение жены.

- Вот и хорошо, вот и ладненько, - приговаривает Пелагея. - Сейчас и ужинать можно будет. Давай, сходи помой руки, и за стол.

Амина оказывается уже на кухне. Настороженно смотрит на меня, словно ждет какого-то подвоха. Это неприятно царапает. Но я молчу.

Ужин проходит в таком же молчании, как и обед. Осторожно наблюдаю за Аминой, подмечаю детали, на которые раньше не обращал внимания.

Идиот.

- Рамиль, темно уже. Может, останешься на ночь? - вроде бы невзначай спрашивает Пелагея, выставляя чашки на стол.

Замечаю, как мгновенно напрягается Амина. Смотрит на свою заступницу. Та будто бы и не замечает этого.

- Если позволите, - сдержанно отвечаю.

- Так места хватит, - добродушно отвечает хозяйка дома. - Комната свободная есть. Чего не остаться? А завтра тогда забор можно будет поправить. А то ведь…

- Пелагея, - вдруг вмешивается жена. - У Рамиля много работы. Не думаю, что ему хочется сидеть тут с нами в глуши.

Та, вдруг подбоченясь, смотрит на нее.

- А ты чегой-то за мужика решаешь? Раз остался, значит, нет этой самой работы.

Амина недовольно поджимает губы, но не спорит, а я испытываю иррациональное желание вступиться за нее.

- Амина просто ответственная, вот и волнуется. Но работа и правда подождет.

- Спасибо за ужин, пойду прилягу, - сухо говорит жена и, насколько это возможно в ее положении, быстро покидает кухню. Я же смотрю ей вслед и испытываю странное чувство, что вот только что солнце было здесь, а теперь пропало.

А повернувшись обратно, натыкаюсь на пристальный взгляд Пелагеи.

- Что? - не выдерживаю наших переглядок.

- Устала она. Пусть и правда отдохнет. Двоих-то носить - это тебе не абы что.

Наверное, впервые я задумываюсь более основательно - а как моя хрупкая, нежная жена справляется с такой нагрузкой? Живот у нее и правда очень приличный. Да и пацаны, судя по всему, не дают покоя - она то и дело поглаживала живот, вздрагивая от очередного пинка.

А мне так хочется тоже прикоснуться. Почувствовать детей.

- Ладно, идем, покажу тебе твою комнату, - заявляет Пелагея.

Приводит она меня в дальнюю комнату. Дверь напротив закрыта.

- Вот, располагайся. Небогато, но уж чем можем, - разводит она руками.

- Спасибо, все отлично, - заверяю хозяйку дома. В конце концов, кровать тут есть, а остальное неважно. Я сюда не за комфортом приехал.

- Белье постельное справишься сам заправить? Али помочь?

- Да уж не безрукий, - усмехаюсь в ответ.

Пелагея одобрительно кивает, но в дверях вдруг тормозит и, обернувшись ко мне, говорит:

- Сильно ты обидел ее, Рамиль.

Повисает молчание. Терпеть не могу, когда лезут в мои дела, но почему-то по отношению к этой женщине подобного раздражения не возникает.

- Знаю, - тихо отвечаю. - Но это в прошлом.

- Легко у вас, мужиков всех, - неодобрительно качает она головой. - Амина мне как дочь. И если ты просто эго свое потешить приехал, уматывай. Не береди ей душу.

Мне даже импонирует боевой настрой этой старушки. Ведь понимает, что вряд ли что-то мне может противопоставить, а все равно защищает мою жену. И я рад, что это время она провела рядом с такой неравнодушной женщиной.

- Я вернуть ее приехал. Насовсем.

- Тогда тебе придется сильно постараться, Рамиль, чтобы заполучить ее доверие, - цокает она языком, отчитывая меня словно зеленого пацана. - Куда вы, мужики, только смотрите? Нормально ли это - прыгать по чужим койкам, когда дома ждет такая девочка?

Каждое ее слово по делу, глупо отрицать. Не думал в тот момент, что все обернется так. Был уверен, что Амина молча успокоится, и дальше все будет идти ровно так же. Хотя видел же признаки того, что не все так, как я рассчитывал. И взгляды ее, и попытки спасти наш брак. Я же отмахивался, упершись в то, что никто мне не указ.

Нас так воспитали - мужик решает, что и как будет. Я жил в этой правде, будучи уверенным, что жена - лишь приложение к мужу. Но если так, то почему без Амины мне настолько херово? Почему эти месяцы без нее стали кошмаром, а заменить ее никто так и не смог? Хотя старались, чего уж. Та же Айза пыталась вернуться на привычное место постельной грелки.

Да только никто мне больше не нужен. А вся моя система пошла прахом, едва я снова увидел жену.

- Про достоинства Амины я в курсе, - сдержанно отвечаю.

Пелагея только тяжело вздыхает.

- Здоровый лоб, а ума с гулькин нос. Вечно вы думаете тем, что в штанах, - бросает напоследок и уходит.

Сон в эту ночь не идет. Так и лежу, глядя в потолок, крутя в голове мысли. Еще утром я считал, что жизнь моя похожа на черно-белое кино. А сейчас, несмотря на то, что жена со мной отказывается мириться, наконец, дышу полной грудью. Будто второе дыхание открывается.

Теперь есть ради кого жить и херачить в гору.

За дверью раздается тихий скрип. Привстаю, прислушиваясь. И правда - шаги. Причем шаги Амины - ее походку я узнаю даже сейчас. Снова тихий скрип. Будто дверь прикрыли. И я понимаю - в комнате напротив, скорее всего, живет она.

Меня так и подмывает пойти к ней. Мне слишком мало ее. Я уже пиздец как соскучился, хотя не видел сколько? Пару-тройку часов?

В итоге не выдерживаю и, натянув штаны, выхожу из комнаты. Замираю возле двери, раздумывая, стоит ли стучать? Будить хозяйку дома ни к чему - это наши с женой дела. Так что я осторожно нажимаю на ручку двери и открываю ту.

Амина стоит возле окна. В ночнушке, которая сильно натянута на животе. Ее длинные роскошные волосы распущены.

Амина замечает меня, и ее рука с расческой замирает.

- Ты что… Ты что здесь делаешь? - задушенно шепчет она. Но уходить и прятаться негде.

- А я соскучился, - тихо сознаюсь, идя к жене. Жадно разглядываю ее фигуру, чувствую, как кровь приливает к паху. Пиздец. Лютый пиздец. Ей вот скоро рожать, а я хочу жену так, что яйца сводит.

- Что, не такая красивая, как твои шлюхи? - вдруг с вызовом спрашивает Амина.

Это мгновенно отрезвляет. Резко разворачиваю ее к себе спиной и прижимаюсь так, что жена сдавленно охает, чувствуя мое желание.

- Охеренно красивая. И я пиздец как хочу тебя такую. С моими детьми под сердцем.

Очень осторожно накрываю ладонью ее грудь. Она стала больше, полнее.

В памяти мгновенно вспыхивает та самая ночь, когда Амина была смелой и готовой на многое. Жена едва различимо всхлипывает, невольно откликаясь на ласку.

- Позволишь?