Глава 70. ОН

— Ну здравствуй, Герман, — заискивающе протягивает Света, впуская меня в квартиру. — Арсентий Германович, познакомься с папой.

— Арсентий? — морщусь.

— Тебе не нравится имя? — Света поднимает на меня взгляд. — Еще не поздно поменять. Пока он не начал привыкать к нему.

— Не нужно, — отмахиваюсь, все еще надеясь, что это вовсе не мое дело.

Признаться, Света выглядит немного безумно. Хотя может все женщины такие после родов. Или после драки с женой бывшего любовника. Но сейчас мне ее даже немного жаль.

— Проходи-проходи, — она ведет меня в детскую.

Я так и не придумал, как собираюсь брать биоматериал. Прямо сказать не могу, потому что ей веры нет. Поэтому придется импровизировать.

— Я могу взять его на руки? — прошу, будучи не уверенным, что она позволит.

— Да, конечно, — протягивает мне малыша.

Осторожно принимаю. Вглядываюсь в крошечное лицо. Мне казалось никого меньше моей малышки не существует. Но дети умею удивлять. Неужели моя Лерочка тоже была настолько маленькой.

— Он родился в срок? — спрашиваю.

— Даже не надейся, — тут же раздраженно фыркает Света. — Могу показать документы!

— Я тебя умоляю, — ухмыляюсь я. — Вопрос пары тысяч, чтобы тебе в роддоме указали нужный срок.

— Если не веришь, что сын твой, то зачем пришел?

— Я… — в горле очень кстати начинает першить, слегка закашливаюсь, опускаюсь в небольшое кресло: — Принесешь мне водички?

Света послушно выходит из детской.

У меня руки дрожат. Потому что меньше всего мне хочется проебать последний шанс.

Дергаю шнурочек на шейке, и аккуратно снимаю чепчик. Какого?..

— Тебе с лимоном или… — Света вновь появляется в дверном проеме. — Что ты делаешь?

— Хотел посмотреть какой у него цвет волос, — придумываю на ходу. — Но он… лысый.

— Представь себе, — ухмыляется Света. — Так бывает, что дети рождаются с волосами или без. Или скажешь, что раз он лысый, то точно не твой, потому что ты не лысый?

Конечно. Она ведь не знает, что Валера контролировал тест. Потому и подвоха сейчас не чувствует. Зато мне наконец становится так легко на душе.

— Значит он родился лысым? — на всякий случай уточняю.

— Да, говорю же! — начинает нервничать, еще даже не осознавая, что сама себя выдала. — Что тебя так удивляет?

— Меня удивляет то, — начинаю я размеренно, — где ты умудрилась найти у лысого младенца целый клок волос для ДНК-теста? Случайно не в той самой четыреста четвертой палате, из которой ты шла в тот день, когда милосердно позволила мне познакомиться с дочерью?

Из ее руки выпадает стакан:

— Блядь.

— Вот именно, — угрожающе говорю я. — Теперь, блядь, будь добра, объясни, какого хера ты посмела прикасаться к моей дочке и использовать ее в своих грязных целях?! Теперь к попытке отравления можно добавить еще и фальсификацию теста ДНК с целью вымогательства. Да еще и очевидно подделку документов, — киваю на ребенка в своих руках: — Даже на мой неопытный взгляд, очевидно, что пацан недоношенный! Ты назло залетела, чтобы увести меня у жены?!

— Да! Ясно?! — наконец прорывает плотину ее лжи. — А что мне еще оставалось делать, когда я увидела на этом гребанном тортике ее снимок УЗИ?! Как мне было тягаться с твоей беременной женой?! Только стать беременной любовницей!

— И ты пошла прыгать по членам? — ухмыляюсь я.

— Не твое дело, — она откидывает волосы назад и раздраженно складывает на груди руки.

— Выкладывай все! Если не хочешь, чтобы я посадил тебя!

— У меня был мужчина, — наконец признается.

— А, то есть кроме меня у тебя был еще кто-то?

— Ох, неужели ревнуешь? — язвит.

— Ни капли, — равнодушно пожимаю плечами. — Просто рад, что после таких потаскух как ты не притащил никаких болячек в семью. Очевидно именно благодаря тому, что предохранялся. Всегда, Света! Я потому до последнего и не верил тебе! — цежу сквозь зубы, потому что об бешенства аж скулы сводит. — Так кто его отец? И почему ты не пошла к нему, а присосалась ко мне как пиявка? У него что ли бабок нет?

— Нет! Представь себе! — фыркает она. — Ты же сам его и разорил.

— Ха! Прекрасно, — потираю лоб, будто это должно помочь уложить информацию в голове. — Значит один из моих конкурентов подбивал клинья к моей секретарше, и любовнице по совместительству. В итоге задел ей ребенка, которого она попыталась повесить на меня? Недурной план мести, должен сказать. И как много информации обо мне ты ему слила? Это случайно не тот, что меня подстрелить пытался после твоего увольнения?

Света молчит. Прячет взгляд.

— Ты сейчас серьезно?! — рявкаю. — Насколько я знаю ему скостили срок до минималки. Я не стал дальше продавливать этого бедолагу, ведь уже и без того ему жизнь испортил банкротством. Но то, что ты сейчас говоришь уже тянет на «преднамеренное в сговоре».

— Да я не при чем?! — взвизгивает она. — Откуда я знала, что он тебя убить попытается?! Какой бы мне смысл был тогда все это устраивать, если бы я знала, что он тебя грохнет?! Я сама тогда испугалась!

— Ах, испугалась, — наигранно-сочувственно выдавливаю я. — Бедненькая. А мы все гадали, как он умудрился в офис так без палева проникнуть. Представляешь, какого хорошего мнения я о тебе когда-то был? Я ведь ни на секунду на тебя не подумал, Света! А оказывается ты соучастница?

— Гермяш, пожалуйста, — хнычет сука.

— Не называй меня так, — рычу я.

— Я к вам больше не подойду! Только не сажай меня! Куда мне ребенка девать, а? Ты же знаешь, что у меня никого нет!

— Уезжай, Света.

— Да куда я поеду? У меня нет денег! Только если ты поможешь?

Я поднимаюсь из кресла, и возвращаю ей ребенка:

— Для того, чтобы вернуться в свой Мухосранск из которого ты приехала на меня охотится, у тебя точно хватит денег.

Я наконец выхожу из ее квартиры. Как же хорошо на душе. Теперь надо поспешить к моим девочкам. Мне не терпится поскорее все рассказать жене.

Спускаюсь на лифте к машине. Смотрю на телефон. Пара пропущенных от Жени.

Набираю. Не берет.

Замечаю, что в доме есть аптека. Точно, Женечка просила тест. Видимо звонила напомнить.

Вхожу в аптеку, покупаю сразу несколько.

В предвкушении положительных результатов сжимаю картонные коробочки в ладони. Сажусь в машину.

Телефон звонит. Моя охрана. Вернее, Пашка, которого я поставил во главе всей охранной организации сразу после того, как он мне в прошлом году жену в клубе поймал.

Настроение огонь. Выезжаю с парковки. Беру трубку, и не в силах справиться с улыбкой выдаю:

— Здарова, бандиты! Че опять натворили?

— Герман Валерич, — голос звучит заупокойно. — Вы че, уже в курсе?

Бью по тормозам:

— В курсе чего, Паша? — максимально выразительно шиплю его имя, будто это остановит его от дурных новостей. Чую, что что там какой-то пиздец.

— Щас ваши новенькие ребята с охраны звонили… — мямлит он. — Малую вашу… украли.