Глава 5

Уже отъехав от дома, понял, что как-то странно дёргаю носом, втягивая аромат Мишель.

— И здесь она наследить успела. — Пробурчав себе под нос, покосился на пассажирское сиденье и на свои перебинтованные костяшки.

Уму непостижимо, я, конечно, не прочь выпустить пар, но обычно это происходит на спарринге с мужиками, а не с сопляком в крутом ресторане на глазах у людей. Не люблю внимание. Не в то время, не в том месте и не от тех людей, от которых хотел бы его получить.

Передёрнуло и вновь наполнило злостью и тихим бешенством от слов того мудака, который посмел что-то вякнуть в сторону женщины с ребёнком. По словам Громова, у Мишель славная и немного неугомонная малышка. Я при первом взгляде на девушку даже не подумал о том, что такая может быть уже матерью. Стройная фигура, изящная шейка с кулоном, что свисал напротив ложбинки, красивые ножки, что всё время пока мы ехали, сильно отвлекали меня и склоняли на тёмную сторону. Карие с зелёным отливом пытливо пригвождали меня обратно к сидению, заставляя сидеть, а что-то и лежать, но там не помогало. Да и не в глаза я смотрел её, какие-то не по возрасту строгие, а на ой какие сексуальные си…

Резкий гудок заставил меня, наконец, выйти из какого-то коматозного состояния, в котором Сладкая занимала большую часть моих мыслей. Дёрнул головой, выбрасывая на время образ этой упрямой бестии.

Не дала и ладно, что я разведённых не трахал, что ли, да ещё и мамочек с такими охуенными сиськами никогда не видел? Бред.

Захочу, любая будет моей. На этой стервочке мир клином не сошёлся, подумаешь десять раз ей ещё предлагать и ждать, как щенок пока скажет к ноге. Вот ещё. И пока не передумал, произнёс:

— Сири, позвони Саре. — Элита всех элит всегда была не против, у нас с ней похожие правила для таких встреч.

— Звоню, Саре. — Длинные гудки уже через пару мгновений сменились частыми, которые означали, что меня скинули.

Вот это новость. Ладно. Я сегодня, видимо, собрал комбо икс три на динамо. Повезло так повезло, ничего не скажешь.

— Сири, позвони Милене. — Ещё одна девчонка, что не прочь в любое время.

— Уточните, какой именно — Милене один, Милене большие или Милене — ночь не оч. — Зачем я вообще последнее сохранил?

— Милене большие. — Разумеется.

— Набираю. — В этот раз даже гудков не было, сразу пошёл отвратительный звук.

— Набранный вами номер находится вне зоны действия сети попроб… — Икс четыре.

Яростно тыкаю кнопку сброса на руле всё сегодня против меня как будто.

— Сири, позвони Серёге. — Хоть он-то должен меня выслушать, Яр наверняка занят с Сашей, а больше, видимо, мне не с кем поговорить.

— Будет сделано. — И наконец, пошли адекватные гудки, после которых я услышал:

— У тебя две минуты, Власик. — Вот от кого эта привычка называть людей не по именам, а по придуманным прозвищам.

— Наконец-то, а то только Сири со мной и разговаривает, по всей видимости.

— Ты чего что-то случилось, брат? — Обеспокоенно спросил меня друг.

— Да, нет. Не знаю. — Одной рукой взъерошил волосы, а другой заворачивал на подземную парковку к себе в жк.

— Ты что маленький ребёнок с кем опять подрался? — По моему ответу не меняющемуся на протяжении всех лет, что мы дружим, а это с десяток наберётся не меньше, он может считать любой мой косяк, мне кажется. В целом в обратную сторону это также действует.

— Чего сразу подрался-то? — Подъяграл Серому и ответил ему голосом надутого мальчика в песочнице.

— Ну точно малыш. — А этот на полном серьёзе ответил мне на кривляние.

— Слышь, старпёр нашёл тут кого учить, сам то ненамного нас с Яром перескакал.

— Целый год и три месяца это тебе не… — Перебил его, чтобы прекратил умничать этот индюк.

— Пошёл ты. — Беззлобно откинулся на сиденье, припарковав свою ласточку.

— Пошёл я, — Радостно отозвался Серёга, — Мне как раз надо жене спинку потереть.

— Ар-р-р, — Не смог сдержать своих эмоций перед этими помешанными мужиками. — Не хвастайся!

— А ты не завидуй и напомни тебе при встрече в морду дать за скверные мысли в сторону моей жены. — Ещё и набычился там явно.

— Мечтай. — И уже затихшим динамикам ужаснулся. — Совсем как Сладкая говорю… Пиздец. Домой срочно.

Мишель

— Мама-мама-мама! — Весело скакав и дёргая меня за руку, повторяла дочь.

Я забрала её из сада, когда поняла, что удаляющиеся огни Власовской машины мне не помогут. Решила написать клиенту в чате о своей задержке и форс-мажоре, который компенсирую и вообще готова бесплатно провести консультацию, но этого всё не понадобилось. Потому что мужчина сам отменил нашу встречу, о чём было ещё в первом письме, я просто не дочитала, подумав, что это он мне так напоминает о нашей договорённости, но нет. В итоге сейчас идём счастливые домой ещё и побольше времени проведём.

— Что Фай?

— Ты видела, что я сегодня нарисовала? — Спрашивает и заглядывает мне в глаза, а я-то уже знаю эти её интонации — что-то задумала явно.

— Нет, что же? — Не предотвратить, так возглавить в целом должно получиться.

— Вот. — Протягивает мне бумагу, быстро достав из своего небольшого рюкзачка.

На рисунке была нарисована семья. Так гласило название сверху в виде цифры семь и почему-то английской буквы, что похожа на нашу перевёрнутую последнюю оную в алфавите.

— Я знаю, что тут я, но мне захотелось не как у всех. — Начинает мне объяснять Файка то, что я уже и так поняла.

В этом вся моя дочь — «Не хочу такую же, как у сони! Хочу, как у тебя или у крёстной! Хочу-хочу-хочу!»

— Я так и поняла, а не подскажешь где кто? — Спросить надо было обязательно, потому что кое-кого здесь не хватало.

— Ну как же, вот ты, — И показывает на фигуру с коричневыми волосами, торчащими в разные стороны, мило. — Вот я, вот Саша и Маша.

Две фигуры с такими же причёсками, что и у меня, только цветом разные, и одна маленькая более детализированная с шариком в руках, на котором буква я была правильно написана. Ещё правда было дерево и колесо обозрения, на котором они, видимо, с Сашей недавно катались ну да ладно, но главное то мой ребёнок не нарисовал.

— хорошо, а где папа и бабушка с дедушкой? — Аккуратно спрашиваю я.

— А, это. Деда с бабой я не рисовала. Зачем они же с нами не живут? — По факту не поспоришь.

— Твоя правда, — И тут спрашиваю уже прямо. — А папа где?

— А папа там, за деревом.

— Хорошо. Погоди, что⁈