Глава 42

Влад

Слышу неприятный свист в спину.

В последний раз со мной такое было, когда мы, подвыпившие с Яром и Серым поехали не в самый благополучный район и там решили подрифтить на моей малышке. Да, знатно тогда Громов заплатил за больничные счета ребятам. Серёга неуправляемый становится, когда выпьет, поэтому мы и поехали в глушь, чтобы ни на кого не нарваться, но не одни мы такие умные оказались.

— Ты чё, оглох там, что ли? — Охрипший, смутно знакомый голос, типок пытается до меня докричаться, значит, не обойдёмся просто игнором, увы.

После того как девчонки отправились в машину, я ещё быстро зашёл в аптечный уголок на нулевом этаже. Мне подсказали мазь для таких случаев, как у нас.

Думаю, Файка будет довольна, потому что плюс к этому я взял аскорбинку. И, вроде как именно с зубной феей на упаковке. Хотя неважно с какой, главное, что там нарисована девочка с крылышками.

И вот на выходе, не пройдя и двух метров, мне в спину, свистит какой-то чудила на букву «м».

— Какие-то проблемы? — Оборачиваюсь, когда свист повторяется и если бы я сразу увидел и понял по голосу кто за спиной, то не стал бы так любезничать.

Непринуждённо перехватываю пакет левой рукой. И с лицом «Как же ты меня заебал» продолжаю стоять на месте, ожидая приближения петушары возомнившего себя волком.

— Никаких, — Ухмыляется мерзко этот несчастный. Он не понимает, что скоро, если доведёт меня, то снова окажется на асфальте. — Не считая того, что моя дочь пострадала от рук своей мамаши — шлю…

Этот омерзительный дегенерат прикусил язык. Жаль, что не откусил, но его разбитая губа, как бальзам на душу.

Пусть скажет спасибо за то, что не сел опять в лужу на глазах у собственного ребёнка, а то, что за нами наблюдают, как минимум двое, я не сомневаюсь.

— Чёрт, — Хватается за свою хрустнувшую челюсть и ревёт словно бешеный, ещё чуть-чуть и он явно будет звать на помощь мамочку. — Ты хоть раз можешь не махать кулаками? Где она вообще тебя отыскала такого отбитого на голову!

— А ты мне кто? — Вижу растерянность и гнильцу в его глазах, что просто не могу сдержаться. — И встречный вопрос: ты хоть раз можешь не унижаться, обзывая мать своей, как ты говоришь, дочери? Или ты настолько жалок и ничтожен, что не только член в штанах удержать не можешь, но и язык за зубами?

Просто вымораживает, что эта смесь быка и гуся наверняка же не стесняется в выражениях и всем плачется о своей такой раз-этакой бывшей жене. Вот руку на отсечение даю, что в его историях о семейной жизни Мишель всегда виновата.

Как же бесят такие… такие. Бля, да даже мужиком назвать язык не поворачивается.

— Ты… Ты… — Говорю же, сейчас расплачется ещё и нажалуется первому попавшему человеку на несправедливость этой суки жизни. — Да ты, знаешь, что если я захочу, то смогу отобрать дочь у твоей подстилки? Ты это понимаешь?

— Что ты несёшь? — Бред выходит на новый уровень: ультра-бред. — Иди отсюда, пока я тебе все зубы не выбил.

Это я ещё себя очень сильно сдерживаю, постоянно напоминая, что в нескольких метрах сидят Миша с Фаей и они меня ждут. Чем больше я этому мудиле позволяю втягивать себя в диалог, тем дольше он будет вонять.

— А вот и да, — Как будто воодушевился, и второе дыхание открылось у мальчика Илюши-пидрюши. — Я натравлю на вас опеку и всё соцслужбы, потому что Мишель не смогла уследить за ребёнком и вообще…

— И вообще вали, — Уже устал повторять и начинаю чувствовать себя попугаем, может надо перестать быть хорошим? — Пока я этим ребятам не нажаловался на твоё сталкерство.

Кивнул на мордоворотов, что к нам приближались. Охранники больницы одного из них я помню и видел, когда выходил, а вот второй, видимо, из пропускной будки. Занятно.

И мне-то сразу их было видно, потому что стоял лицом к зданию, а вот петушаре не передалось птичье умение видеть свой зад.

— Что-о-о⁈ — Опа, а верещит точь-в-точь как петух, не ошибся.

— Какие-то проблемы? — Вопрос задали в точности как я пару минут назад, они уже мне нравятся.

— Нет, ребят, этот му… мужчина уже уходит. Представляете, попросил привести его в чувство. — Подошёл и хлопнул Илюшку-пердушку по плечу, со смаком получилось, с громким шлепком, да так, что у идиота ноги подкосились. — От счастья бедняга забыл, куда ему надо идти, в лотерею выиграл!

— Да, и в какую? — Тот, что мне был знаком, с интересом спросил.

— В генетическую, — Но это уже никто не расслышал, потому что бывший Мишель начал что-то мямлить и пятиться за угол.

Я спокойно проследил за тем, как он скрывается из поля вида, и пошёл в машину. Ребятам пожелал хорошего вечера, и они тоже самоустранились.

Как только повернулся к парковке, понял, как недолго я радовался и думал, что всё кончилось. Видимо, всё только начиналось, потому что навстречу мне вышла Сладкая.

Мишель шла с очень-очень суровым и холодным видом, такой я её ещё не видел ни разу за всё время нашего знакомства. Только разве что на бывшего она как-то, похоже, смотрела — с примесью отвращения и безразличия.

Что за чёрт⁈