Глава 5

Полиция приезжает через двадцать минут. Два наряда – четыре человека в форме. Я встречаю их у дверей, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри все дрожит.

– Добрый вечер. Вы вызывали? – спрашивает старший сержант, мужчина лет сорока с усталым лицом.

– Да, я. – Делаю глубокий вдох. – Я уезжала сегодня по делам на весь день. Вернулась вечером и обнаружила в своем доме компанию незнакомых людей, которые устроили здесь вечеринку. Я просила их уйти, но они отказываются.

Это правда. Технически правда. Я действительно уезжала днем, просто не упоминаю, что знаю одну из этих людей.

– Понятно. Можем войти?

Пропускаю их в дом. Музыка все еще гремит, хотя кто-то уже заметил полицейских и попытался сделать потише.

В гостиной воцаряется напряженная тишина. Молодежь замирает с бокалами в руках, глядя на полицейских с явным испугом. Виктория бледнеет, протрезвев мгновенно.

– Документы у всех при себе? – спрашивает сержант.

Начинается проверка. Кто-то достает паспорта, кто-то права. У двоих парней документов вообще нет.

– Гражданка, – сержант поворачивается ко мне. – Вы знаете кого-то из присутствующих?

Я делаю вид, что внимательно всматриваюсь в лица.

– Нет. Никого не узнаю.

Виктория смотрит на меня с ужасом. Она понимает, что я предаю ее, но не может ничего сказать. Если признается, что живет здесь, придется объяснять на каких основаниях. А это выглядит еще хуже.

– Так, – сержант обводит взглядом компанию. – Кто может объяснить, на каком основании вы находитесь в чужом доме?

Молчание. Все переглядываются, но никто не решается заговорить.

– Я... – наконец подает голос Виктория. – Я знакома с хозяином дома. Он разрешил мне здесь находиться.

– Имя хозяина?

– Игорь Павлов.

– И где сейчас господин Павлов?

– В командировке. В Сочи.

Сержант поворачивается ко мне:

– Это правда?

– Да, мой муж в командировке. Но он не давал разрешения устраивать здесь вечеринки. И уж тем более приводить незнакомых людей.

Пока полиция разбирается, я незаметно достаю телефон и начинаю снимать. Записываю все – пьяные лица гостей, бутылки на столах, беспорядок в гостиной, пятна на диване, окурки на полу. Потом перехожу на кухню – там еще хуже. Разбитая посуда, лужи на полу, мой дорогой алкоголь, выстроенный на столешнице.

– Гражданка, вы будете писать заявление? – спрашивает сержант.

– Да. Хочу зафиксировать факт незаконного проникновения и порчи имущества.

– Какая порча имущества? – возмущается парень в кожанке. – Мы ничего не ломали!

– Разбитая ваза в гостиной. Пятна на диване. Окурки на паркете. Это не порча?

Виктория пытается что-то сказать, но сержант останавливает ее жестом:

– Разберемся в отделении. Все проходят, документы при себе.

– Как все? – Виктория смотрит на меня умоляюще. – Я же объяснила, что знаю хозяина...

– В отделении разберемся, – повторяет сержант строже. – И вы тоже проходите, гражданочка.

– Но я живу здесь! У меня тут вещи!

– Хозяйка дома говорит, что не знает вас. Значит, идем разбираться.

Я наблюдаю, как полицейские выводят всю компанию. Некоторые пытаются возмущаться, но быстро замолкают под строгими взглядами. Виктория последняя выходит из дома, обернувшись на меня с выражением ненависти и отчаяния.

Дверь закрывается. Я остаюсь одна в разгромленном доме.

Сейчас бы расплакаться, упасть на диван и пожалеть себя. Но вместо этого я продолжаю снимать. Методично обхожу все комнаты, фиксирую каждую деталь беспорядка. Гостиная, кухня, терраса, даже ванная, где кто-то умудрился разлить косметику.

Потом поднимаюсь в комнату, которую занимала Виктория. Здесь тоже хаос – разбросанная одежда, косметика на столике, грязные полотенца на полу. На тумбочке лежит пачка купюр – видимо, карманные деньги от Игоря.

Беру деньги, пересчитываю. Двадцать тысяч рублей. Неплохо. Этого хватит на клининг.

Спускаюсь вниз, ищу в интернете круглосуточную клининговую службу. Звоню, объясняю ситуацию.

– После вечеринки? – уточняет диспетчер. – Сколько человек было?

– Около пятнадцати. Двухэтажный дом, три санузла, терраса.

– Понятно. Стоимость от пятнадцати тысяч, в зависимости от степени загрязнения.

– Подойдет. Когда можете приехать?

– Через час освободится бригада. Адрес?

Диктую адрес, жду. Час проходит в странном оцепенении. Я сижу на кухне, пью воду и смотрю на разгром вокруг. Еще вчера это был мой идеальный дом, где все стояло на своих местах. А сегодня это поле боя.

Звонок в дверь. Бригада из трех женщин с оборудованием и химией.

– Добрый вечер. Вы вызывали клининг?

– Да, проходите.

Показываю им масштаб бедствия. Старшая, женщина лет пятидесяти, оценивающе оглядывает помещения.

– Работы часов на пять. Двадцать тысяч, оплата сразу.

Достаю деньги Виктории, отсчитываю нужную сумму.

– Наличными подойдет?

– Конечно.

Женщины приступают к работе. Я ухожу наверх, в свою комнату. Единственное место в доме, которое осталось нетронутым.

Сажусь на кровать, открываю видео, которое сняла. Просматриваю от начала до конца. Вот Виктория с бокалом вина, смеется, обнимает подруг. Вот разбитая ваза – мамин свадебный подарок. Вот пятна на белом диване. Вот окурки на паркете, который я выбирала три месяца.

Отправляю видео себе на почту, сохраняю в облаке. Пригодится, когда придется делить имущество.

Потом набираю номер Игоря. Снова не отвечает. Пишу сообщение:

"Твоя подруга устроила в нашем доме вечеринку. Сейчас она в полиции вместе со своей компанией. Звони, когда будет время."

Отправляю и выключаю звук. Пусть увидит, когда соизволит проверить телефон.

Снизу доносятся звуки работающего пылесоса, голоса клининговых работниц. Пахнет чистящими средствами. Постепенно дом возвращается к нормальному виду.

Лежу на кровати и думаю о том, что произошло за последние два дня. Измена мужа, любовница в моем доме, вечеринка, полиция. Как будто я попала в дешевый сериал.

Но это моя жизнь. Это происходит со мной по-настоящему.

Через пять часов старшая клинингов стучит в дверь:

– Мы закончили. Хотите принять работу?

Спускаюсь вниз. Дом выглядит идеально. Ни пятнышка, ни соринки. Пахнет свежестью и лимоном. Как будто никакой вечеринки и не было.

– Отличная работа. Спасибо.

– Пятно на диване мы вывели, но материал немного изменил оттенок. Возможно, стоит обратиться к специалистам по мебели.

– Понятно. Спасибо за предупреждение.

Женщины уходят. Я закрываю за ними дверь и прислоняюсь к ней спиной.

Тишина. Наконец-то тишина.

Смотрю на часы – четыре утра. Скоро рассвет. Я не спала всю ночь, но не чувствую усталости. Слишком много адреналина, слишком много эмоций.

Телефон вибрирует. Сообщение от Игоря:

"Что за бред ты написала? Какая полиция? Звони немедленно."

Усмехаюсь. Теперь он хочет говорить? Когда его любовницу забрали в участок?