ГЛАВА 10

Стефания – Мама, мама, смотли, там Люля! – радостно показывает пальчиком в сторону знакомой девочки Соня. Я же в это время стою и не могу пошевелиться. Словно мои ноги пригвоздили к полу и запретили предпринимать хоть малейшую попытку уйти. Не понимаю, как так получается, что я вновь встречаю Виктора? Не понимаю, за что и почему. Ведь это нельзя назвать совпадением – таких совпадений не бывает! А если он за мной следит? Сердце пропускает удар. Первый порыв – схватить Соню и убежать, но… Моя егоза уже убежала куда-то за ручку с Юлей, так что… Бежать, выходит, не вариант… – Снова здравствуйте, – передо мной оказывается Виктор и я вздрагиваю, потому что не заметила, как он подошёл ко мне. – А? Зд-здравствуйте, – бессвязно бубню себе под нос. – Надо же, это… Это снова вы, – Виктор улыбается мне в лицо так, словно действительно не знает или не помнит ничего, что было между нами. А если и правда не помнит? Но… Но ведь это звучит, как сумасшедший бред! Такого просто не может быть… В памяти всплывает один из моих любимых романов, в котором главный герой – гениальный нейрохирург потерял память и забыл свою возлюбленную, которая растила его дочь одна на протяжении нескольких лет… – П-простите, я… Я не расслышала вас… – Ничего. Я понимаю, что вы сейчас так сильно волнуетесь за дочь. Я за Юльку тоже переживаю, – Виктор поглядывает на двух девчушек. У меня сердце кровью обливается, ведь только я знаю, что Соня с Юлей, судя по всему, являются единокровными сёстрами… – Да, точно… Переживаю… – Я ведь вас даже отблагодарить не успел в прошлый раз. Вы так резво убежали, что… – Нет-нет, не нужно благодарностей, – немного грустно улыбаюсь я, – любой на моём месте поступил бы так же и помог ребёнку найти родителей… К горлу подступает ком. Хочется плакать, но я держусь… – Мы не встречались с вами раньше? – решаю наплевать на всё и спрашиваю прямо в лоб, внимательно глядя за реакцией Виктора. – Уверен, что нет. Я бы запомнил вас, – Виктор смотрит мне прямо в глаза, а у меня от такого заявления буквально ноги подкашиваются. На глаза наворачиваются слёзы. Я буквально чувствую, что взгляд начинает затуманиваться из-за начинающей застилать его солёной пелены. Забыл… Не помнит, или… Даже не знает меня! Осознание вводит меня в состояние полнейшего ступора. Как же так? Что же случилось несколько лет назад? – Виктор. Виктор Астахов, – мужчина внезапно протягивает мне руку для рукопожатия, чем окончательно выбивает меня из колеи. Нельзя же так правдоподобно делать вид, что он меня не знает… Просто нельзя! Это невозможно… – Стефания, – неуверенно вкладываю свою ладонь в руку Виктора. – Ого! Такое редкое имя, прямо как у моей жены. Ч-что? Он сейчас серьёзно? Быть такого не может… В моей душе всё ярче и ярче разгорается костёр сомнения в адекватности происходящего. Слишком странно всё это… Замечаю, что боль в душе всё сильнее и сильнее замещается любопытством и… Какой-то сомнительной надеждой. Сама не понимаю… Единственное, что мне сейчас кажется правильным – нужно выяснить, что произошло с моим бывшим мужем и отцом моей дочери. – Надо же, какое совпадение, – улыбаюсь я, глядя на Виктора. – Да, это точно. Много совпадений за последние пару дней произошло, вы не находите? – О чём вы? Ах, наверное о том, что наши дети пошли в один и тот же сад… – В том числе. Сначала вы помогли потерявшейся Юле, потом отправили ребёнка в сад моей жены, – произносит Виктор, улыбаясь. Мой же слух цепляется за последнюю фразу. Детский сад его жены? Всё страннее и страннее… Тем же вечером Уложив Соню спать, сажусь за компьютер. Руки трясутся, под ложечкой нервно посасывает, а тело то и дело покрывается мурашками. Не знаю, почему меня охватил такой страх и паника, но… Я не могу хотя бы не попытаться разобраться в произошедшем. Я знаю – он точно мне изменял, но… Дрожащими руками вбиваю в поисковик имя бывшего мужа. Впервые за четыре года я о нём думаю и пытаюсь выискать хоть какую-то информацию о нём на просторах сети. Сейчас это кажется мне таким важным, но… Стоп. Почему я не позвонила его родителям? Ведь в моей старой записной книжке точно должен был остаться номер телефона его отца или матери. Хоть они и недолюбливали меня… Спустя десять минут активных поисков я, действительно, нахожу номер моей бывшей свекрови. После того, как я уехала от Виктора несколько лет назад никто не пытался связаться со мной. Да и сама я к этому не стремилась – настолько сильна была боль от предательства… Но сейчас я не вижу другого выхода. Дрожащими пальцами набираю давно забытый номер. Глухие, бездушные гудки сменяют друг друга, и я уже собираюсь положить трубку, признав никчёмность этой затеи, как вдруг… – Алло, – раздаётся голос Марты Юрьевны, матери Виктора. – Марта Юрьевна, здравствуйте, это… Это Стефания. Вы помните меня. – Мерзкая тварь! Да как ты смеешь звонить после всего, что натворила? После пожара тебя надо было в тюрьму посадить, только вот жена Виктора тебя пожалела! Забудь мой номер и не смей лезть в жизнь нашей семьи, тварь! Звонок резко обрывается. Сердце колотится как бешеное, я ничего не понимаю… Я ведь абсолютно ничего не делала! Ничего… Марта Павловна сказала о пожаре… Вбиваю в поисковике полное имя Виктора и добавляю слово “пожар”. Ничего. Набираю запросы снова и снова, пока не натыкаюсь на короткую новостную сводку, датированную днём нашего с Виктором разрыва. Пробегаю по ней глазами и чувствую ,как меня начинает трясти от ужаса. “Пожар уничтожил крупный особняк. Владелец дома, пытавшийся спастись на автомобиле, попал в аварию. Его дальнейшая судьба неизвестна” Под текстом красуется фотография дома. Нашего дома… Вернее того, что от него осталось – руины и копоть. По моим щекам градом катятся слёзы. Я должна разобраться в том, что произошло! И для этого мне потребуется помощь…