Глава 6

Несколько дней спустя Анастасия – Родная моя, ты не забыла, что сегодня в шесть? – спрашивает Григорий, завязывая шнурки на своих ботинках. – Как я могу забыть про праздник самого дорогого человека? – улыбаюсь одними лишь уголками губ. – Тогда до вечера. Я приеду к шести, – целует меня в лоб и выходит из квартиры. Эти несколько дней прошли словно в каком-то тумане. Хоть Григорий и сумел оправдаться, всё равно сомнение плотно засело в моём сознании и никуда не собиралось деваться. Я уже не могла доверять своему мужу, как раньше. Я, наверное, сотню раз пересмотрела проклятую запись с камер видеонаблюдения. Изо всех сил пыталась убедить себя, что не было никакой измены и мерзавка Ольга в самом деле всё подстроила. Несколько раз я порывалась позвонить сестре и поговорить. Но, вспоминая наш последний диалог, била себя по рукам. Григорий сумел убедить меня, что не было никаких измен, что это всё выдумки завистливой младшей сестры. И я ему поверила… – Маленький мой, – произношу одними лишь губами, любуясь первым снимком УЗИ моего малыша. Сегодня вечером на празднике в честь дня рождения Григория я наконец расскажу ему про свою беременность и подарю долгожданный снимок УЗИ. Прячу снимок в праздничную коробочку и завязываю красную ленточку. Неловкая улыбка растягивается на моих губах. Хоть Григорий и сумел оправдаться, хоть и сумел убедить меня в своей верности, на сердце всё равно тревожно. Я изо всех сил пытаюсь прогнать дурные мысли из своей головы, но ничего не выходит. Картина, на которой мой муж лежит на нашей супружеской постели в обнимку с моей младшей сестрой Ольгой, то и дело всплывает у меня перед глазами. – Не изменял… Это всё Ольга подстроила… – шёпот срывается с моих губ. Обжигающая болью слеза скатывается с моей щеки. За что так со мной поступила Ольга? Чего хотела добиться своим поступком? Зачем оболгала Григория? Для чего пыталась рассорить нас? К сожалению, ни на один из этих вопросов я не могу найти ответа. Весь вчерашний день Григорий убеждал меня, что между ним и моей сестрой не было никакой связи. Показывал видеозаписи из своего кабинета, из квартиры, клялся в любви. И я поверила своему мужчине, ведь ни на одном из роликов не было ни единого намёка на измену. Всё бы ничего, но на вопрос, где муж встретился с Ольгой и как они оказались вместе в нашей квартире, я до сих пор не могу ответить. Григорий объяснил это тем, что перебрал и не помнит, как встретил Ольгу и как приехал на нашу новую квартиру. Горький ком слёз встаёт посреди горла. Мне хочется верить, что между моим любимым мужем и сестрой ничего не было. Но я не могу… В следующее мгновение трясущимися пальцами я набираю номер телефона Ольги. Я должна поговорить с ней. Она моя родная сестра, и до недавнего времени у нас были идеальные отношения. Или мне так только казалось? – Сестрёнка, здравствуй. Я ждала, что ты позвонишь, – спустя несколько гудков из динамика раздаётся громкий голос Ольги. – Привет, Оль. Нам надо поговорить… – произношу на выдохе. – Говори, раз надо, – ухмыляется. – Зачем ты устроила весь этот цирк? Чего ты хотела д-добиться? – на последнем слове голос начинает дрожать. – Проверяла ваши с Цареградцевым отношения на прочность, – хмыкает. – Ну и тренировала своё актёрское мастерство. Что скажешь? Убедительно? Руки начинают дрожать, а желваки пускаются в свой нервный пляс. – Не знаю… Скажи, что было между тобой и моим мужем?! – невольно едва ли не вскрикиваю. – Ни-че-го! – произносит громко и по слогам. Не понимаю. Она признается, что всё это был блеф? – Оля… Ответь на один вопрос: ты спала с моим мужем или нет? А как же твой ребёнок? Ты обманула? – произношу и в мучительном ожидании задерживаю дыхание. – Да, обманула, – смеётся, – но не везде. А кто больше соврал, я или Цареградцев, тебе ещё предстоит узнать, – произносит после секундной паузы и бросает трубку. Новые попытки дозвониться до сестры не дают никакого результата. Девушка упорно сбрасывает звонки, а потом выключает телефон. С болью прикусываю губу. Как знала, что не надо звонить мерзавке. После разговора с сестрицей на душе стало только беспокойнее… Весь день не нахожу себе места. Хожу из угла в угол и пожираю себя изнутри дурными мыслями. – Не изменял… Ольга из зависти хотела нас рассорить, – срывается с моих губ. Только сейчас я начинаю понимать, что с сестрой у нас никогда не было дружбы. Вернее сказать, она была, но лишь тогда, когда Ольге было что-то от меня нужно. В детстве это были уроки, а сейчас деньги. Ведь последний год она звонила мне не затем, чтобы поболтать с любимой сестрой, а лишь с одной целью – попросить денег в долг, который она, конечно же, не собирается отдавать. На душе словно по щелчку пальцев становится спокойно. Григорий мне не изменял, это всё гадина подстроила! А я, дура, не верила ему, искала какой-то подвох. Но теперь мне ясно, кто друг, а кто враг. Улыбнувшись своим мыслям, бегу в спальню и достаю из шкафа своё лучшее вечернее платье. Сегодня на дне рождения своего любимого я должна быть неотразима. Несколько часов уходит на сборы и на праздничный макияж. В обычной жизни я не наношу большое количество косметики на лицо и ограничиваю себя только тушью, карандашиком для бровей и помадой спокойного оттенка, но сегодня особый случай – день рождения у моего любимого мужа. Бросаю взгляд на часы. Время только три часа дня. Григорий говорил, чтобы я подъезжала к шести. Но, честно признаться, у меня совершенно нет сил терпеть. Приеду в наш загородный дом немного пораньше, подышу свежим лесным воздухом и почитаю что-нибудь пару часов, пока гости собираются. Прячу коробочку с долгожданным снимком в сумочку и заказываю такси. Через час я уже стою напротив нашего загородного дома. Построить трёхэтажный коттедж за городом в сосновом бору была моя идея. На выходных мы часто приезжаем сюда подышать свежим воздухом и отдохнуть. – Анастасия Ивановна, день добрый, – приветствует меня мужчина из службы безопасности моего мужа. – Не ждали вас так рано. Бросаю взгляд на припаркованный автомобиль мужа. Ничего не понимаю. Гриша говорил, что он приедет, как и все гости, к шести. – Так получилось, – пожимаю плечами и, указав в сторону автомобиля, произношу: – Григорий Михайлович тоже раньше приехал? Охранник кивает и указывает в сторону нашего дома. – В доме. – Спасибо, – киваю и по вымощенной тропинке иду в дом. Странно, Григорий не говорил, что приедет раньше. Наверное, что-то стряслось с приготовлением праздника, и он приехал пораньше. В доме уже всё было готово. Праздничные украшения, столы, вдоволь набитые закусками. Всё на высоте. Изначально я хотела сама заниматься юбилеем Григория, но он настоял на том, что лучше доверить это дело его менеджерам, чьей прямой обязанностью является организация праздников и корпоративов. Первым делом иду в кабинет мужа, расположенный на первом этаже. Григорий, когда мы приезжаем в дом, часто пропадает там. Думаю, что и сейчас он в своём кабинете. Толкаю дверь и захожу в кабинет мужа. – Никого, – проговариваю полушёпотом и закрываю дверь. Ни в гостиной, ни в бильярдной Григория также нет. Не знаю, что меня дёрнуло, но после бильярдной я пошла в нашу с мужем спальню, расположенную на третьем этаже под самой крышей. Звук, словно кто-то хлопает в ладоши, касается моего слуха. Останавливаюсь напротив нашей спальни и содрогаюсь от страха, ведь звуки доносятся именно из нашей с Григорием спальни… Сердце начинает стучать, словно заведённое. Дрожащими руками тяну за ручку, распахиваю дверь и едва ли не падаю в обморок. Моя младшая сестра, забравшись на моего мужа, изгибается в экстазе… – Врал, – произношу одними лишь губами. Клялся, что верен, а сам изменяет с моей младшей сестрой… Острая боль пронзает мой живот с такой силой, что я с трудом стою на ногах. В один миг мой и без того шаткий мир разрушается и разбивается на миллионы крошечных осколков, которые больше никогда не собрать воедино. Я закрываю глаза, пытаясь сосредоточиться на дыхании, но у меня не выходит. Я ему верила даже после того, что видела собственными глазами! Какая же я глупая! Я ведь чувствовала, что что-то не так, даже после его оправданий… Острая боль пронзает меня снова. Сердце начинает биться чаще, а по спине стекает струйка холодного пота. С каждой секундой становится только хуже. Мой малыш… Инстинктивно кладу руки на живот, и этот жест вызывает лишь больший прилив боли. Только не сейчас, нет… На долю секунды я зажмуриваюсь в надежде на то, что я открою глаза и пойму, что всё происходящее – лишь дурной сон. Но, открыв глаза, я вижу, как пространство вокруг меня медленно начинает плыть.