Глава 10. ОНА

Уже было собираюсь спросить, где же сам Рома, когда в дверь влетает настоящая фурия — Кристина Сергеевна. Она дочь нашего большого босса. И ее боится весь курорт.

— Мне сказали, что ты едва не убил какую-то девицу в лесу! И только поэтому не явился на свадьбу! — шипит она.

Замечает меня. Выдыхает:

— Ну по крайней мере девица и правда есть. Хоть в этом не соврал! Правда она вполне целая и почему-то в твоей кровати! Не хочешь объясниться, Руслан?!

— Нет, — холодно отзывается он. — Выйди. Мы поговорим с тобой позже.

— Позже?! — взвизгивает Кристина Сергеевна. — Это когда?! Как только мой жених оттрахает девку, в то время, как мы должны жениться?

Жениться? Значит этот Руслан и есть будущий хозяин курорта? Хм…

Почему-то этот факт отзывается уколом где-то глубоко в груди. Должно быть потому, что он показался мне хорошим человеком. А Кристина Сергеевна известная среди работников редкостная сука, из-за которой штат курорта меняется со скоростью света. Вчера и я чуть не попала. Застала ее делающую минет, и думала она меня не то, что уводит, а попросту убьет. Ведь девочки с ресепшена сказали, что ее жених меня искал.

До меня вдруг доходит: тем мужчиной был… Руслан! Прикрываю рот ладонью.

Боже, как неловко!

Пытаюсь под шумок уползти с чужой кровати, но жених Кристины Сергеевны ловит мое запястье и вынуждает остаться рядом с ним.

В ужасе смотрю на свою начальницу. Если вчера пронесло, и она видимо не запомнила меня в лицо, то сегодня мне точно конец. Она готова прямо сейчас испепелить меня взглядом.

— Кристина, — от ледяного тона Руслана у меня бегут неприятные мурашки. Не хотела бы я, чтобы он когда-нибудь так произнес мое имя. — Я сказал, мы поговорим позже.

— Отец тебе не простит такого унижения! — шипит она.

— С ним я тоже буду разговаривать позже, — рычит он в тон ей. — Есть вероятность, что я попросту больше не заинтересован в нашей сделке.

— Ах вот как?! — в бешенстве фыркает дочь биг-босса. — И позволь поинтересоваться почему же?! Потому что ты нашел себе новую шлюху, которая в силах помочь тебе забыть о предыдущей?!

— Кристина, — от того, как он рычит ее имя даже мне становится страшно.

— Простите, К-кристина Сергеевна! — вмешиваюсь, пока это не зашло слишком далеко. — Вы все не так поняли! Я — невеста его сына! — выпаливаю и чувствую, как большая рука, что все еще удерживает мое запястье, сжимается сильнее.

— Кого? — зло усмехается фурия. — Сына?! Это того, который давным-давно умер? — огорошивает меня ответом. — Ты, мелькая шлюшка, если пытаешься отмазки придумать, то хоть реалистичные! А я ведь кажется тебя знаю… Ты же работаешь у нас в отеле! Руслан, ты реально изменяешь мне с горничной?!

Я немею.

Руслан поднимается с кровати, и грозной скалой движется к своей невесте. Она, явно почуяв наконец угрозу, пулей вылетает в коридор.

— Я ведь сказал, впускать только с моего разрешения! — рявкает он кому-то за дверью.

— Руслан Романыч, она угрожала! — слышу мужские голоса в ответ.

Я так и сижу на краю кровати. Будто онемела. Даже пошевелиться не могу.

Мужчина возвращается ко мне, устало потирая лоб.

Опускается передо мной на корточки. Прикрывает лицо ладонями. Ничего не говорит.

Не понимаю. Не похоже, что он солгал мне. Но и ее слова звучали как правда.

Значит… мой жених погиб?

— Р-рома… Ваш сын, — начинаю нерешительно, — он действительно давно…

— Да, — отрезает на выдохе.

Тот улыбчивый парень с фото… А я ведь только успела подумать, что он понравился мне.

Но я даже заплакать не могу. Потому что не помню этого человека. Только имя. Никаких чувств и эмоций я не могу вспомнить к своему жениху, которого когда-то любила.

Зато мужчина, который за последний час дважды заступился за меня. Назвал меня красавицей. Целовал мои пальцы и гладил мое лицо…

Он кажется очень важным человеком в моей жизни. А еще очень раненным. Таким большим и сильным. Но таким измученным.

Из того что я успела узнать: он потерял сына, собрался жениться из-за какой-то там сделки, а еще то, как он обнимал статую на холме мне не дает покоя… Будто ему больше совсем некого обнять.

Повинуясь какому-то неуместному порыву, я протягиваю к нему руки и прижимаю его большую косматую голову к своей груди.

Слышу шумный благодарный выдох:

— Аленушка, — он обвивает своими огромными медвежьим руками мою талию, прижимая меня теснее. — Ты мой ангел.

На секунду кажется, что я допустила ошибку, прикоснувшись к нему. Будто в капкан угодила, и он больше не отпустит. Но тут же успокаиваю себя: если я — невеста его погибшего сына, то вполне естественно, что ему радостно встретить меня. Будто частичка самого Ромы.

— Судя по всему, мы очень давно знакомы, — говорю тихо. — И должны были стать семьей. Поэтому, если вы захотите кого-то обнять, не обязательно ходить к той статуе на утесе. У вас теперь есть я.

Сомневаюсь. Стоило ли все это говорить? Звучит как-то по-детски. И вообще неуместно. Вот же дура! Я ведь его еще толком не знаю. Зачем пытаться в душу залезть едва знакомому человеку?

Но вопреки моим сомнениям Руслан Романыч, — как назвали его ребята из-за двери, — обнимает меня еще крепче:

— Я благодарю бога за то, что он вернул тебя мне… — шепчет он.

Целует мою ключицу. Плечо. Шею…

У меня сбивается дыхание. Внизу живота будто пружина закручивается.

Это ведь неправильно! В смысле… с ним такие ощущения совсем неуместны!

— Дядя Руслан! — выпаливаю, не успев придумать, что собираюсь говорить.

Осторожно отшатываюсь от мужчины.

— Умоляю, зови меня просто Руслан, — хрипит он, а взгляд кажется не совсем осознанным.

— Руслан, — будто на вкус пробую.

Не отнимаю своих ладоней от его огромных плеч, пытаясь сохранить дистанцию между нами.

— Да, так определенно лучше, — он снова гладит мою щеку своими пальцами.

Так нежно. Что я чувствую, как у меня начинает гореть лицо.

Боже, как неловко в такой момент смущаться! Он ведь ничего такого не подразумевает под своими действиями. Просто рад меня видеть. А я… извращенка!

— Ты что-то хотела сказать? — напоминает он.

Но я так и не придумала. Мой взгляд мечется по мужскому лицу, будто я надеюсь найти в нем ответ.

Нашла!

Протягиваю руку. Касаюсь кончиками пальцев его запущенной щетины и говорю:

— Могли бы и побриться к свадьбе, Руслан Романыч.