Глава 32. ОНА

— Что это? — проталкиваю слова сквозь ком в горле.

— Цветы, — улыбается сынок, протягивая мне букет чайных роз.

В точности как тот, что утром мне подарил Руслан, а затем присвоила мегера. Хотя я присвоила из ее собственности нечто похуже — ее личность. С ума сойти, какой стыд! Чем я только думала?!

— Я вижу, что цветы! — немного эмоционально говорю я. — Но откуда они у тебя, сынок?!

— Это тебе папа передал, — сияет во все свои молочные.

А у меня сердце замирает:

— Какой еще…

Бросаю непонимающий и слегка уничтожающий взгляд на притихшую Аню. Она грызет ногти, хотя обычно таким не страдала.

— Кто-нибудь объяснит мне? — требую.

Аня так и не отмирает. Бабуля тоже притихшая. Зато маленький разбойник оживляется и следующие четверть часа я слушаю шокирующую историю о том, как мой сынок познакомился с «папой-Бэтменом».

Еще с полчаса я слушаю его проклятия в адрес мамы Ани, которая посмела прервать долгожданную встречу.

И наконец настает тишина.

— Ань, мы ведь договаривались, — устало выдавливаю я.

После того, что я сегодня сотворила сама, у меня уже язык не поворачивается кого бы то ни было в чем-то обвинять. Да и Рома Аню так уж отчихвостил, что мне ее, если честно, уже даже немного жаль стало.

— Я честно хотела, как лучше, — шмыгает она. — Знала бы, что он меня так подставит, оставила бы и дальше с бабулей дома развлекаться!

Она показывает Роме язык. А он в ответ корчит злую рожицу. Кажется, он ей теперь нескоро простит прерванную встречу с «папой».

— Хватит вам, — торможу обоих. — Как дети, ей богу.

В одном Аня права. Ромка постоянно дома сидит. Бабуля у нас конечно знатный массовик-затейник, и за грибами сходит и кукольный театр смастерит, и животину какую поймает для Ромы, то ежа, то белку. Но это ж не дело, что ребенок цивилизации не видит.

Пусть на курорт Рому сейчас не стоит выводить, — да и меня тоже, дабы я не сгорела от стыда при случайной встрече с Русланом, — зато у нас ведь тут еще под боком целый город в распоряжении.

— Решено! — оживляюсь я. — Завтра едем с тобой гулять!

— Едем?

— Да. У меня как раз выходной. Можем себе позволить выбраться. Только ты и я. Договорились, мой медвежонок?

Сынок удовлетворенно кивает. Понимаю, что мое предложение не особо возместит ему потерю «папы», но других идей у меня пока нет. Хотя… нужно будет на день рождения заказать ему аниматора. Бэтмена.

— А теперь пойдем спать, малыш?

Пока Рома самостоятельно переодевается в пижаму, я пытаюсь отделаться от мысли, что совершила сегодня вечером нечто возмутительно ужасное.

Как можно было пойти на такую дурость? Уму не постижимо.

— Спокойной ночи, мам, — сынок подходит, чмокает меня в нос, и укладывается в свою кроватку.

А я падаю на свою подушку.

«Я — твой… Я весь тебе принадлежу…» — эти его слова…

Не знаю, что в этом мужчине меня с ума сводит. Но я как дура мечтаю, чтобы эти его слова предназначались мне.

Вытаскиваю из-под подушки его пиджак и утыкаюсь в него носом. Второй такой же «допинг» остался на работе в моем шкафчике. А еще Ромка сегодня пахнет Русланом, потому что «папа» его обнимал. Да я и сама вся пропиталась им.

Но мне и этого мало. Я бы хотела повсеместно ощущать его запах. Мне как-то неуместно собственнически хочется присвоить этого мужчину.

Даже не так.

Чувство, будто он уже мой. Будто я ревностно не хочу позволить забрать у меня моего мужчину.

Но это ведь бред?

«Почти невестка». А он… почти женат на другой.