Глава 71. ОНА

— Ну здравствуй, моя милая дочурка! — голос, врывающийся в мой сон вынуждает весьма резко проснуться.

Распахиваю глаза и вижу перед кроватью мужчину средних лет, с хищным оскалом изучающего мое едва прикрытое уголком одеяла тело.

Резко сажусь в кровати, натягивая одеяло до самого носа:

— Кто вы? — выдавливаю ошалело. — И почему врываетесь в чужую спальню?!

— Как же? — он театрально складывает руки на груди. — Моя драгоценная дочурка не узнает папочку?! Что с тобой стало?

У меня от одного его взгляда развеиваются последние сомнения относительно характера этого типа. Он точно не с добрыми намерениями заявился.

— Где Руслан? — задаю сейчас, пожалуй, самый важный вопрос.

— Так это я хотел у тебя спросить, моя прелесть, — он продолжает неестественно лебезить. — Птичка напела мне, что моя дочурка жива и здорова, и приехала наконец в дом мужа. Да не одна! А с моим родненьким внучком, оказывается! Вот так счастье, Аленушка! Однако папочка очень расстроен узнавать столь радостные вести последним. Даже не оповестила ведь отца. Вот я и приехал поздороваться сам. Однако в доме только ты.

— Как это? — шепчу, не в силах скрыть удивление.

— Да вот так! — всплескивает руками. — Сам удивлен! Ты ведь понимаешь, что это значит?

— Ч-что?

— Ну как же, милая моя? Совсем мозги растеряла? Не можешь уже и простую арифметику сложить, — ухмыляется. — Твой муж тебя попросту кинул, моя сладкая девочка.

— В смысле?

— В прямом, — он отбрасывает свой спектакль, становясь ожидаемо жестким: — Я уверен ты уже знаешь, что ценность твоего ребенка для меня и твоего мужа почти одинакова: с помощью пиздюка мы с Королем оба можем заполучить наследство каждого. Но тогда второму придется умереть. Вот он и сбежал, прихватив гарант на мое наследство. А ты разлеглась тут как клуша и все профукала!

Нет-нет-нет… Руслан не мог меня так обмануть и бросить. Глупость. У него ведь было много возможностей украсть Рому, хоть бы и из поезда, пока я спала. Но он этого не сделал. «Положительный прецедент»! И я верю ему!

Но тогда где они?!

— Странно, конечно, — продолжает человек, назвавшийся моим отцом, — почему Король до сих пор не грохнул тебя?

— Очевидно потому, что решил, что я могу еще ему пригодиться, — цежу.

— Вот как? — поджимает губы. — Тогда может быть мне стоит избавиться от тебя, раз для него ты можешь быть полезна.

— Мы оба понимаем, что пока мой ребенок в руках Руслана, я тоже нужна тебе живой, — если я сделала правильный вывод из его слов, то это и спасет мне жизнь. — Ты сможешь убить меня, только когда найдешь своего внука и уберешь Руслана.

Возможно в этом и ответ, почему Руслан пропал с Ромой, а меня оставил — он поспешил спрятать Рому. Потому что пока наш сын в безопасности подальше от «дедушки», то и мне ничего не грозит.

— А я выходит на твой счет ошибся, — улыбается, прохаживаясь по комнате. — Ты не только не растеряла мозги, но и стала смышленее. Все верно. Пока что ты мне нужнее живой. Пойдем!

Понимаю, что спорить с ним бесполезно, так как у него в руке серьезный огнестрельный аргумент. А все что я могла, чтобы пока что сохранить себе жизнь, я уже сказала. Значит остается только идти туда, куда скажет чудовище.

Выползаю из-под одеяла. Наспех застегиваю рубашку. Ноги дрожат, пока я послушно шагаю к двери.

— Наряд у тебя — что надо, должен отметить, — усмехается мне в спину ублюдок, подцепляя дулом пистолета край рубашки, оголяя мой зад: — Думаю моим парням понравится возвращение моей блудной дочери. Раньше я ограничивал их, дабы продать подороже твою целочку. Но теперь с удовольствием задействую тебя в своих регулярных оргиях.

Ладно. Сейчас меня действительно накрывает паника. Если Руслан и предусмотрел, что Болото не станет меня убивать, пока не доберется до моего сына, то боюсь никаких оргий с моим участием в его относительно здоровую голову явно не пришло… Зато «папеньке» пришло.

Прохожу по коридору дома еще вчера показавшегося мне уютным, и невольно заглядываю в каждый угол. Но кроме каких-то незнакомых мужиков, очевидно из шайки Болота, ожидаемо никого не нахожу.

Это отличная новость. Значит мой сынок в безопасности. И не увидит никаких ужасов, что задумал этот скот.

— Зацените, какой соской выросла моя малышка, — рекламирует меня своим ублюдкам «папа», поддергивая на мне край рубашки.

Уроды реагируют свистом и улюлюканьем.

Пытаюсь одернуть рубашку обратно.

— Ну что же ты, милая моя, — наигранно лебезит отец. — Не нужно от нас прятаться. Только подумай, как папочка по тебе скучал?

— Омерзительно! — рычу сдавленно, не в силах больше молчать.

— Что ты сказала? — искусственная улыбка сползает с его мерзкого лица. — Кажется ты забыла, как нужно уважать отца. На колени! Придется наказать тебя…

— Черта с два! — смеюсь я.

— Я ведь могу располовинить твои непослушные ножки и тогда ты вообще сможешь передвигаться только на коленях! — улыбается как псих.

Кажется, относительно этого Руслан тоже был прав. Этот человек больной на голову.