Глава 73. ОН

Вылезаю из бункера в тот самый момент, когда на телефон приходит сообщение от подкрепления, с вопросом можно ли начинать штурм дома. Ну раз они уже хотят входить, значит периметр от Болотной мрази очистили. Молодцы. Теперь понимаю, что не зря расположил базу своих ребят недалеко от дома. Однако сегодня задумался о переносе их прямо на территорию своего особняка. Тут раздолье. Все поместимся. И для моей семьи безопасней намного. Я пока один жил сильно расслабился конечно.

Ладно. С этим я разберусь позже. Когда выживу.

Даю команду «ждать» своим ребятам. Сначала я должен обезопасить Аленушку. Не то необдуманный штурм может так разволновать Болото, что он навредит дочери. А этого я допустить никак не могу.

План у меня есть. Дурацкий, правда. И вряд ли он понравится Алене. Но всяко лучше, чем позволить навредить ей. Костьми лягу, но не допущу этого…

Да, я не был готов к столь скорому визиту Болота. Был уверен, что у меня фора. И в этом просчитался. Хотя знаю ведь, что никому доверять нельзя. Однако был так занят налаживанием отношений с женой и сыном, что потерял бдительность.

Чего теперь уж сетовать. Будем действовать по обстоятельствам.

Вхожу в дом и не слишком церемонясь сразу выношу пару ребят у двери. В бешенстве вижу свою жену на четвереньках перед ублюдком Заболотским. В его руках кожаный ремень. А у нее из-под моей рубашки виднеются бордовые полосы на бледной попке.

Ах ты ж ублюдок…

Хочется сорваться и придушить гниду его же ремнем. Но вовремя гашу порыв — если шальная пуля его прихвостней попадет в нее, ей будет куда больней и фатальней.

— И тебе добрейшего утра, — пафосно бросаю я Болоту, как ни в чем не бывало, прохаживаясь по гостиной к бару.

Болото снисходительно машет своим оставшимся в живых ребятам опустить пушки и откидывается на спинку кресла, отбрасывая ремень.

Наливаю два стакана своего любимого виски, без палева оценивая сложившуюся обстановку. Их всего-то четверо, не считая самого Славу. Значит если обезопасить Аленку, то я и один с ними смогу разобраться. Осталось только придумать повод, как ее отсюда выкурить.

А она глядит на меня своими голубыми глазами. Давится слезами, но надо признать стойко держится. И ко мне с мольбой о помощи не бросается. Что тоже нам на руку.

Умница. Потерпи немного. Скоро все закончится.

Шагаю навстречу Болоту и, будто игнорируя жену, протягиваю ему стакан с виски:

— Ну и какого черта ты устраиваешь в моем доме? — сухо интересуюсь.

— За внуком своим пришел, — как ни в чем не бывало пожимает плечами урод.

Усмехаюсь:

— Если ты о том мальце, что твоя дочь с курорта прихватила, то тебя ждет разочарование, — салютую ему стаканом.

— В каком смысле? — требует нервно и делает большой глоток вискаря.

— Я думаю в дальнейшем лукавстве нет смысла, раз уж ты столь бестактно ворвался в мой дом и положил моих людей, — отставляю стакан на барную стойку, растираю взмокшие от нервяка за Алену ладони и продолжаю. — Мы оба понимаем зачем нам нужен был этот брак пять лет назад. И почему ребенок твоей дочери имеет для нас обоих такую ценность. Каждый из нас надеялся заполучить с его помощью состояние другого.

— Допустим, — уклончиво отзывается Болото.

— И как ты должно быть верно догадался, — продолжаю врать я, — именно потому я притащил этого ребенка из глуши. Но он оказался бесполезен.

— Хочешь сказать ребенок не твой? — подозрительно щурится Болото.

— Более того. Он и не твой. Внук.

— Что это значит? — хмурится непонимающе, явно не ожидав такого поворота событий.

— Твоя дочь обманула меня. Хотела убедить, что пацан мой и тем самым выбраться из глуши в горах. Но утром я нашел его документы. Она тупо забрала малого у какой-то девицы. И выдала за своего.

Опускаю взгляд на Алену и, насколько могу, глядя в ее влажные от слез глаза, грозно рявкаю:

— Неси их!

Вижу, как она отрицательно потряхивает головой, будто поверить не может в то, что я говорю.

— Я сказал немедленно неси доказательство твоей лжи! — пытаюсь выдавить ярость, а самого трясет от желания упасть перед ней на колени и укутать в свои объятия.

— Н-нет, — качает головой, — прошу тебя… я никуда не пойду…

Ее поведение мне сейчас очень на руку. Ведь она будто подыгрывает мне, заставляя своего папочку поверить в то, что он наблюдает разоблачение наглой лгуньи.

Однако я прекрасно понимаю, почему она не хочет уходить. Знает, что как только она скроется за углом, я попытаюсь убить всех оставшихся в комнате ублюдков. Если они не успеют раньше уложить меня…

Наклоняюсь к ней, прихватываю за воротник рубашки, вдыхая напоследок сладкий запах своей девочки:

— Если хочешь, чтобы мальчишка вновь увиделся с мамочкой, немедленно отправляйся за документами, — цежу сквозь зубы.

Алена проглатывает слезы. Вскакивает на ноги и несколько раз обернувшись на меня, наконец выходит из комнаты.