Глава 44.

Глава 44.

*Руслан*

Я сидел в своей машине перед входом в "Platinum Club" — один из самых дорогих и эксклюзивных клубов города, где собирались только люди моего круга. Богатые, влиятельные, привыкшие решать любые проблемы деньгами или связями.

Сидел, сжимая руль побелевшими костяшками, и не мог заставить себя выйти из машины.

Её слова всё ещё звенели в ушах: "Я всё время думаю о другом мужчине!"

Пздц просто.

Физически больно, словно кто-то вспорол мне грудь тупым ножом и медленно выворачивает внутренности наружу. Я готов был на всё. Ждал, терпел, старался быть понимающим. Дарил цветы, заботился о ней, сделал предложение... А она... она думает о том ублюдке, который едва не изнасиловал её!

Руки дрожали от ярости и бессилия. Хотелось врезать кулаком в стену, разнести к чертям всё вокруг. Но ещё больше хотелось провалиться сквозь землю. Не чувствовать больше эту чёртову боль, которая разрывала грудь изнутри.

Наконец заставил себя выйти из машины. Охранник у входа узнал меня и почтительно кивнул, пропуская внутрь. У стойки администратора меня встретил менеджер:

— Добрый вечер, господин Арский. Ваш обычный столик?

— Да, — ответил коротко.

Поднялся на второй этаж, где было тише и более приватно. Несколько знакомых лиц кивнули в знак приветствия, но я не остановился ни с кем поговорить. Сел за свой обычный столик в углу, откуда открывался вид на ночной город.

— Что будете заказывать? — спросила официантка.

— Виски, — ответил я не задумываясь. — Принесите бутылку, — добавил после короткой паузы.

Девушка кивнула и ушла. Я откинулся в кресле, закрыл глаза и попытался успокоиться. Алкоголь поможет, должен помочь заглушить эту чёртову боль и безысходность. Поможет хотя бы на время забыться, а именно это мне сейчас и нужно.

Официантка принесла бутылку и бокал. Я молча налил янтарную жидкость, поднёс к губам... и остановился.

Перед глазами вдруг возникло лицо Давида. Мой маленький сын, который сейчас растёт в семье, где между родителями всё трещит по швам. Этот кроха не должен страдать из-за наших проблем, но я чувствую, как напряжение в доме влияет на него. И это беспокоит меня больше всего на свете. Не могу перестать думать о том, что будет, если я не справлюсь, если не смогу всё исправить. А потом я представил Веру. Не ту, которая сегодня ранила меня до глубины души, а ту, прежнюю. Какой она была до всего этого кошмара, до потери памяти. Вспомнил ту ночь, когда мы занимались любовью, когда она была полностью моей, когда её глаза горели от любви ко мне.

Нет. Это не выход.

Виски не вернёт мне Веру. Не заставит её полюбить меня снова. Не сотрёт из её памяти того урода.

Поставил бокал обратно на стол, не попробовав.

— Всё в порядке, господин Арский? — обеспокоенно спросила официантка.

— Счёт, — коротко бросил я, поднимаясь.

Вышел из клуба и сел в машину. Куда ехать? Домой не хотелось возвращаться. Там Вера, там напоминания о том, что я проиграл.

Завёл двигатель и поехал куда глаза глядят. По ночному городу, пустынному и холодному. Окна домов светились тёплым жёлтым светом. За каждым из них была семья, люди, которые любили друг друга. А я ехал один, словно призрак, у которого не было места в этом мире.

Проехал так несколько часов, пока город не сменился пригородом, а затем и вовсе окраиной. Остановился на холме, откуда открывался вид на засыпающий мегаполис. Время близилось к рассвету.

Достал сигареты из бардачка. Я давно избавился от этой привычки, но пачка почему-то всё ещё лежала там. Закурил и глубоко затянулся, надеясь, что горький дым заполнит лёгкие и принесёт хоть какое-то облегчение. Но этого не произошло.

Небо на востоке начало светлеть. Медленно, постепенно, как будто само мироздание не хотело начинать новый день. Но солнце всё равно поднималось, окрашивая облака в розоватые тона. Красиво. Пустынно. Тяжело до боли в груди.

Достал телефон и увидел несколько смс и пропущенных от Веры. До этого момента не читал их, потому что боялся либо разозлиться ещё больше, либо сделать что-то глупое. А глупостей я уже наделал предостаточно.

Но сейчас, на рассвете, в этой тишине, когда мысли стали яснее, решился их прочитать.

Открыл её сообщения... И в тот же момент экран загорелся входящим вызовом.

Вера.

Несколько секунд смотрел на её имя, взвешивая, стоит ли отвечать. Но чувство ответственности оказалось сильнее.

— Алло?

— Руслан, ты... ты где? — её голос дрожал. — Прошу, давай поговорим?

Промолчал, потому что от одного звука её голоса внутри всё сжалось. Слышал, как она волновалась и переживала, но понимал, что это происходило не из-за любви ко мне, а из-за чувства вины.

— Руслан? Ты меня слышишь? — снова её голос, ещё более взволнованный. — Ты... ты приедешь домой?

Домой.

Какое издевательское слово для нашей ситуации. Дом должен быть там, где семья, где тебя любят и ждут. А у меня в доме живёт женщина, которая мечтает о другом мужчине, и сын, который ещё слишком мал, чтобы понимать, что между родителями что-то не так.

Но я не имел права думать только о себе. У меня есть обязательства и ответственность.

— Приеду, — коротко ответил я и сбросил звонок.

Вера

Я не спала всю ночь.

Сидела в гостиной, кутаясь в плед, и грызла ногти. Отвратительная привычка, от которой, как мне рассказывала мама, я избавилась ещё в подростковом возрасте. Но сегодня руки сами тянулись ко рту, пытаясь хоть как-то справиться с нервным напряжением.

Раз за разом прокручивала в голове последние часы. Романтический ужин, который Руслан так старательно приготовил, его предложение и кольцо. И мой ужасный, подлый поступок в ответ на всё это.

Но среди всех этих мучительных воспоминаний постоянно возвращались мысли о поцелуе.

Боже, этот поцелуй... Впервые за всё время я почувствовала Руслана не как чужого мужчину, а как... своего.

И именно в тот момент я почувствовала себя ужасно. Словно сходила с ума от противоречий, которые рвали меня изнутри на части.

Эти противоречия переросли в настоящую панику, когда я осознала, что происходит. Мысли о Назаре, чувство вины за то, что отвечаю на поцелуй бывшего мужа, полная путаница в собственных чувствах. Именно тогда я выкрикнула ему в лицо те ужасные слова.

Сейчас, переосмыслив всё происходящее, я понимала, как же была неправа! Всё это время не давала ему ни единого шанса, держала на расстоянии и отвергала любые попытки сближения. А когда он наконец решился на более настойчивые действия, когда показал мне, какими мы можем быть вместе, я оттолкнула его, ужасно ранив.

Внезапный звук ключей в замке заставил меня резко вскочить с дивана. Сердце екнуло от облегчения и волнения одновременно. Руслан наконец вернулся.

Когда он вошёл в гостиную, я увидела взъерошенного, усталого мужчину с красными глазами. От него пахло сигаретами, что меня удивило, поскольку я не знала, что он курит. Костюм был мятый, галстук давно снят, а рубашка расстёгнута у горла.

И даже в таком виде он был... красивым. Притягательным. Мужественным.

Как я могла быть такой слепой? Как можно было не замечать этого мужчину? Не чувствовать его харизмы, его невероятной привлекательности?

— Руслан, — выдохнула я, поднимаясь с дивана. — Ты... мне так жаль. Прости меня, пожалуйста. Я была ужасна с тобой.

Он молча смотрел на меня. В его глазах читалась усталость и какая-то пустота.

В этот момент в гостиную заглянула мама с Давидом на руках.

— Руслан, ты вернулся, — сказала она с облегчением. — Вера всю ночь не спала, волновалась за тебя.

Он едва заметно кивнул маме, кажется он ей не поверил...

— Дай мне пять минут, — хрипло попросил он, обращаясь уже ко мне. — Схожу в душ, переоденусь.

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Мама, оценив ситуацию, прижала к себе Давида и тактично удалилась. Руслан направился к себе в комнату, больше не взглянув в мою сторону.

Я же осталась ждать в гостиной, нервничая всё сильнее с каждой проходящей минутой. Сначала слышала шум воды в душе, который немного успокаивал своей обыденностью, а потом наступила тишина, ещё больше накаляющая обстановку. Когда он наконец вернулся, я увидела совершенно другого человека. Вместо мятого костюма на нём были джинсы и белое поло, влажные волосы говорили о том, что он только что вышел из душа, а от него исходил свежий запах геля.

Поймала себя на мысли о том, какой он невероятно привлекательный. Как хочется дотронуться до него...

Стыд накрыл меня волной. Какая же я ужасная! Мечусь между двумя мужчинами, как... как падшая женщина.

— Руслан, мне нужно с тобой поговорить, — начала я, заламывая руки. — О том, что я сказала вчера. Это было...

— Возьми телефон, — перебил он меня коротко. — Мы уезжаем.

Я растерялась.

— Куда? З-зачем?

— Ты хотела поговорить? — Руслан взял ключи от машины. — Вот и поговорим. У меня есть важное дело, которое нужно решить. По дороге и обсудим всё.

Мне не очень нравилась эта идея. Хотелось поговорить здесь, дома, спокойно. Но выбора не было, поскольку он явно не собирался меня слушать, пока не сделает то, что запланировал.

— Хорошо, — согласилась я неуверенно.

Дорога прошла в молчании. Руслан вёл машину сосредоточенно, я сидела рядом и пыталась собраться с мыслями. Несколько раз начинала говорить, но он просил подождать.

Наконец мы остановились возле обычной многоэтажки на окраине города. Я удивлённо посмотрела на него.

— Куда мы приехали?

— Скоро узнаешь, — ответил он, выходя из машины.

Мы поднялись на четвёртый этаж. Руслан остановился возле одной из квартир и нажал на звонок.

Дверь открыла молодая женщина с ребёнком на руках. Симпатичная, усталая, с добрыми глазами. Малыш был совсем крошечный, явно младше Давида.

— Здравствуйте, — неуверенно улыбнулась я ей и кивнула.

Потом вопросительно посмотрела на Руслана. Зачем он привёз меня сюда? Кто эта женщина?

— Знакомься, — сказал Руслан спокойно. — Это Лена — женщина Назара. А малыш на её руках — их сын.