Глава 9

Растерянная, я зашла на кухню, где Ленка и Светик беззаботно болтали, наслаждаясь ароматным утренним кофе.

– Что случилось? – увидев меня, Лена встала и едва успела поймать падающее с мокрой головы полотенце. – Оль, тебе плохо? Что-то ты бледная… Он что, снова что-то выкинул? – Ее тон стал резче.

– Девочки, – я оперлась рукой о кухонную столешницу и в ослабевшей руке протянула им телефон, – кажется, он заблокировал все мои карты.

– Вот сволочь! – Света в сердцах бахнула туркой по плите, разбрызгивая несколько капель ароматного напитка, – Вот же Пузан! Вот же скотина такая подлая! Собственными руками бы придушила!

– Оль, ты прости, что я лезу с вопросами, – смутилась Лена, – но что у вас произошло? Почему он так с тобой поступает? Был повод какой-то?

Я перевела на подруг непонимающий взгляд.

– Повод? – переспросила подавленно. – Какой повод?! Я всегда жила только семьей, с уважением относилась к Андрею и детям, старалась, чтобы дома всем было комфортно, уютно, чтобы не было ругани. Да я, чтобы не ущемлять родных своим вниманием, наняла управляющего для маминого кафе и езжу туда раз в неделю максимум. Можете, девочки, думать, что угодно, но я не понимаю…– в глазах вновь зажгла предательская влага, – за что он так со мной? Я столько лет была его тенью. Тихая, покорная, исполняющая любой каприз…

– Олька, ну что ты? – Света подошла ко мне и крепко обняла. – Не грусти, малыш. Сама же знаешь, что мужики – полные придурки. Но ты сильная девочка, справишься. А мы тебе поможем.

– Да, Оль, знай, мы всегда рядом, и если хочешь, перебирайся ко мне. Я тебе скучать не дам. И мои девчонки тоже не дадут, – предложила Лена.

– Или оставайся у меня, – вклинилась Света. – Я весь день на работе пропадаю, прихожу только переночевать. Жру один фастфуд. Может хоть хозяйка в доме на меня положительно повлияет? – Подруга улыбнулась мягко и немного лукаво. – Это ж какая красота, когда у тебя дома собственная хозяюшка! Ждет тебя в чистоте, добре, вкусняшек наготовила. Что за уроды и имбецилы эти мужики? Тьфу! Вот честно, если бы не запреты, я б на тебе женилась.

– Ох, девчат, спасибо, – улыбнулась я сквозь слезы, – у меня же родительская квартира есть. Я ее так и не продала: не нашла в себе сил вещи родителей разобрать и выкинуть. Туда переберусь пока.

– Будешь одна в четырех стенах сидеть?

– Не буду. Пожалуй, я свое дома отсидела. Пора на свободу, в большой мир, с чистой совестью. В конце концов я хозяйка кафе! Оно моё по завещанию и этот крысеныш не имеет права у меня его отобрать.

Девчата переглянулись и одобрительно закивали.

– Олька, отличный боевой настрой.

– Как раз утрешь нос Пузану.

– Вот только… – вздохнула я. – Я-то настроена решительно. Только опыта ведения бизнеса у меня нет, но я потихоньку со всем разберусь. Научусь в конце концов.

– Пф-ф. Я даже не сомневаюсь! Никто еще не родился сразу первоклассным специалистом. Так что не вешай носик, – Света вручила мне чашку с кофе и села рядом.

– Да, нормально все. Но в сорок пять жизнь начинать заново – сложно. Я не планировала, да судьба преподнесла сюрприз.

– Оль! Да ты вон какая ягодка! – кивнула на меня Лена. – Молодая, здоровая, целеустремленная. Ты справишься! А мы тебе поможем. Мужика нормального найдем, а не этого…

– Спасибо, мои хорошие. – Я вытерла щеки и сделала глоток. – Так бы и сидела, грелась теплом вашей поддержки, но надо собираться. Хоть вещи свои заберу, пока этот придурок на работе. Видеть его не хочу.

Неожиданно мой телефон зазвонил. Трель звонка в тихой кухне прозвучала как-то особенно тревожно.

Я подняла телефон и посмотрела на экран.

– Управляющий моего кафе, – сказала подругам, а в трубку уже: – Добрый день, Павел.

– Ольга Михайловна! У нас проблемы! – донесся из динамика взволнованный мужской голос, и надежды, что этот бесконечный дурдом скоро закончится, истаяли как дым.

Я прикрыла глаза, постаралась глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, чтобы остановить накатывающую панику.

– Что случилось? – спросила, пытаясь сохранять спокойствие.

– С утра какое-то безумие творится. Приехали какие-то люди, говорят, проверка. Документами трясут. То ли Санэпидемстанция, то ли Роспотреб, то ли все вместе. Я не знаю, что мне делать! Приезжайте, пожалуйста, они требуют вашего присутствия.

На мгновение я растерялась. Потом механически кивнула и, спохватившись, что Павел меня не видит, ответила:

– Хорошо, я скоро буду.

Завершив разговор, я отключилась, посмотрела на подруг и произнесла севшим голосом:

– Он натравил госслужбы на моё кафе и закрыл его.

– Какая же он тварь мелочная! Тьфу! – брезгливо поморщилась Света.

– Что ты ему сделала-то? Как можно быть такой скотиной с родным человеком?! – расстроилась Лена, принимая близко к сердцу подлости Андрея. – И что теперь будешь делать? Поедешь разбираться?

– Поеду, – я вздохнула, поставила недопитую чашку на стол и встала. – Но с кафе, чувствую, будет долгая история. Так что сперва заеду домой… В дом. – Поправилась тут же. – Ой, короче. – Отчаянно махнула рукой. – Заберу свои вещи, приведу себя в порядок. Потом буду решать остальные дела.

– Тебе помочь?

Я задумалась, остановилась на пороге кухни.

Если мы еще даже не развелись, а Андрей уже начал уничтожать меня по всем фронтам, окончательно и бесповоротно, да еще и вот так без объявления войны, то почему я должна сносить его подлости сдержанно и безропотно?

Не дождется! Я спокойная, но не слабая и должна думать о своём будущем.

Андрей не только предал меня, унизил, причинил боль и оскорбил, так ещё и подло заблокировал счета, в том числе на которые поступали скромные доходы от моего семейного кафе – мои деньги! И сделал он это намеренно, лишая меня возможности просто купить себе даже элементарных вещей, чтобы выжить!

Если мы рвем отношения окончательно и бесповоротно, да еще и вот так без объявления войны, начать меня уничтожать по всем фронтам… то почему мне нужно быть сдержанной и на все согласной? – У меня ведь и сбережений каких-то особых нет... Придется продать что-то ненужное.

– Оль, слушай, – Света щелкнула пальцами, привлекая к себе внимание. – Раз пошла такая свистопляска, то давай выгребем у Пузана всё, что плохо прибито! Чисто в целях восстановления справедливости. Продашь, и будут у тебя деньги на первое время. А его пошлешь в далекое пешее.

– Блин, я не знаю, – протянула я. В груди кипело от негодования. Света, возможно, и была права. Наказать хоть как-то Андрея мне очень хотелось. Но как-то это всё было…

– Правильно! Давай, – поддержала ее Лена, – Я только маму предупрежу и девочек, чтобы не волновались!

– А я попробую сейчас вызвонить Марата, это… один хороший человек. Он предлагал обращаться к нему, если мне понадобится любая помощь. – Светка лукаво подмигнула, – Он занимается грузоперевозками и обеспечит нам транспорт. В твою-то букашку мало что влезет. – Глаза подруги загорелись нездоровым азартом.

– Так, девочки, стоп! Ходить тырить вилки-ложки из дома и скатывать ковры я не хочу. Мараться только.

– Ну, Оль, – поникла Светка. – Ладно, вилки-ковры – это, в самом деле, мелко, но что, если из гаража укатить гидроцикл Пузана и лыжи его дорогущие? М? Поставишь в половину цены от рыночной – быстро уйдут. Сама же говорила, что он купил и не пользуется, а добро пылится в подсобке. Он сразу и не хватится. А тебе будут деньги на первое время, пока кафешку не поднимешь.

Я тяжело выдохнула.

– Как-то все это низко и мелочно.

– Ты, Оль, прикалываешься? – не выдержала Лена. – Пошел он на хрен! Он мстит тебе ни за что, оставив без денег даже на еду! А если бы у тебя не было родительской квартиры и нас? Ты бы куда пошла?

Мне стало тяжело дышать. Девчонки были правы. Андрей показал себя последним мудаком. Но… даже если я наступлю на свою гордость, этого всё равно не стоит делать.

– Лен, Свет, – обратилась я к подругам. – Я его не жалею. Ни капли. Просто он такая мразь, что может накатать на меня заявление. И вам достанется. Понимаете?

– Это совместное имущество, приобретенное в браке. У тебя ровно столько же прав на все, как и у него, – проворчала Света.

– Так. Ладно, – взмахом руки я остановила споры. – Будем решать проблемы по мере их поступления. А пока я поехала домой – разведывать обстановку. Если что, я на связи. Там и решим.

Вернувшись к столу, я выпила залпом уже остывший кофе и полная решимости пошла собираться.

Надела вчерашнее платье, расчесала волосы и, глянув в зеркало, прошептала себе:

– Что ж, Андрей, на войне как на войне!