Глава 20

Не сразу мне удаётся вникнуть в то, что говорит детектив. Потому что в самое ужасное верить не хочется. Да, у Валерии дочь. Это я и так знала. Но в свидетельстве о рождении в графе отец вообще стоит прочерк. Удивительно. А как же Анохин? Да, у неё случаются контакты с моим мужем. Тут я догадывалась. Вчера Денис ездил к ней. В ушах шумит. Я ведь подозревала, что так и было! Сразу побежал к своей шалавке докладывать обстановку!? Свободной рукой упираюсь в спинку кресла, а телефон в пальцах ходит ходуном. Голос Вербенова звучит, словно отдалённое эхо. – Они пересеклись в кафе на Стремянной. Разговаривали, но не очень долго. Никакого физического контакта не было. Я в смысле, вели они себя не как парочка. Скорее, спорили. Ваш супруг был очень зол, пришлю вам фото, которые отснял мой человек. – Ваш человек… – повторяю медленно. Ну да, глупо думать, что он сам будет всем заниматься, лично следить за мишенями клиентов. Это такой же бизнес с нанятыми работниками и отлаженным функционалом. К тому же светить везде своё лицо – залог не успеха, а провала. Можно ведь и примелькаться. Господи, чего я рассуждаю? Доверилась уже профессионалу, не надо и это ещё контролировать. – Да, я пришлю вам несколько. Можете их потом удалить, на случай, если ваш супруг любитель лазить по вашему телефону. – Никогда не был замечен. Как и ты, дорогая, – напоминаю себе. – Но недавно залезла в его телефон. И хорошо, что сделала это. – Ребёнок Валерии сейчас живёт у бабушки в Подмосковье. Она отвезла к ней дочь месяца три назад. – А ДНК? – Пока роем в этом направлении. Не могу сказать, проводился ли анализ. Могу лишь сказать, что Валерия нигде не работает и не работала, у неё неоконченное высшее по специальности психология. Она действительно какое-то время жила гражданским браком с Анохиным, в сети можно встретить их совместные фото. В каких сейчас они отношениях выясняем. У господина Анохина курортный бизнес. Отели, глэмпинги, базы в области и на Севере. С финансами там всё в порядке. Узнаю больше, встретимся, всё обсудим. – Мне надо вам признаться, – вздыхаю нервно и говорю, что накануне выложила мужу часть правды. Жду, что Веребенов обзовёт меня несдержанной идиоткой. В более мягких выражениях, конечно, но смысл будет именно таким. Только детектив снисходительно вздыхает и говорит: – Ничего страшного. Все мы люди. Понимаю. Кладу трубку и зомбирую взглядом экран. Жду… жду фото. И они приходят. Разбивая мой шаткий мир в окончательные дребезги. Снято с улицы. Снято из угла кафе. Снято вблизи и вдали. Но я вижу их двоих за столиком с чашечками чая или кофе. Довольную Валерию, протягивающую ладонь Денису. Дениса, откинувшегося на спинку диванчика и сложившего руки на груди. Дениса, придерживающего дверь для неё. Дениса, сажающего его в такси. И, наконец, ссутулившуюся спину Дениса, уходящего вдаль по улицу в сторону вокзала. Зажав рот рукой, звоню Рае. – Рай… пожалуйста, давай встретимся. Мне надо с тобой поговорить. Мне просто нужно кому-то выговориться, в себе носить уже не могу. Да, я знаю, что это перекладывание боли на чужие плечи, но груз слишком тяжёлый. Интересно, чтобы на это сказала психолог Валерия… – иронично усмехаюсь. – Психолог… неоконченный. – Я у врача сейчас. Освобожусь часа через полтора. Могу к тебе заскочить. Ты дома? На работе? – На работе… но давай лучше пересечёмся где-то между тобой и мной. – Хорошо, выбирай место, скидывай адрес… а? Я сейчас, – говорит кому-то. Потом быстро мне шепчет. – Я у гинеколога. Мы всё-таки делаем ЭКО. – Ура, дорогая. Я так за тебя рада, – шепчу совершенно искренне. Через пару часов стою у входа в кафе, нервно поправляя волосы, и чувствую, как внутри меня всё сжимается от волнения. Раечка всегда была для меня опорой, и сейчас мне нужна её поддержка больше, чем когда-либо. Я вдыхаю глубоко, стараясь успокоить сердце, и, наконец, вхожу внутрь. Раиса уже ждёт меня за столиком в углу, машет рукой. Она светится счастье, и мне совестно в очередной раз, что я сейчас просто солью на неё свой негатив, чтобы стало легче. – Привет, Ритусик! – говорит она, вставая, чтобы обнять меня. Я чувствую тепло её объятий, но оно не может развеять мои страхи. – Привет, дорогая, – отвечаю, садясь напротив. – Спасибо, что согласилась. Как у врача всё прошло? – Супер, скоро вступает в протокол, – она сжимает кулачки и поднимает взгляд к потолку. – Только бы всё получилось с первого раза. Пожалуйста… – Уверена, так и будет. Мы немного болтаем про их с Анатолием ситуацию. Раисе через два месяца тридцать семь и естественным путём им не зачать. Они пытаются уже почти пятнадцать лет. Что только не делали. У кого не лечились. И по монастырям и святым местам катались. И к традиционной и не традиционной медицине прибегали. В итоге всё-таки ЭКО. Подруга смотрит на меня с беспокойством. – Ты выглядишь неважно. Что случилось? Зачем тебе айтишники и детектив? Я сглатываю, и слова, наконец, вырываются наружу. – Денис мне изменяет. Раиса тихо вскидывает брови, и её глаза расширяются от удивления. – Что? Как? Да не может быть? Почему ты так думаешь? Это точно? Подозреваешь или реально изменяет? Да нет… Сотников не такой. – Реально. – Он сам сказал? – Пфф… что он скажет? Конечно, твердит, что нет. Что я всё придумала. Но его любовница сама ко мне приходила, дважды. Я рассказываю ей о том, как уже давно Денис стал чаще задерживаться на работе, как его телефон теперь постоянно под замком, и о том, как он стал более закрытым. Каждое слово, произнесённое вслух, кажется мне предательством. Я никогда не выносила сор из избы. Моя семья – мой закрытый мир, но сейчас я задохнусь в нём, если кому-то не расскажу про то, что происходит. Я не хочу верить в то, что говорю, но это правда. Раиса слушает меня внимательно, и я вижу, как её лицо меняется от шока к пониманию. – Может, это временное? – И что? Думаешь, стоит простить и жить дальше? Вот ты бы смогла? – Не знаю. Я даже думать о таком не хочу. Вот и я не хотела, а пришлось. – Прости, Рай, испортила твой день. – Всё нормально. Ничего ты не испортила. – Раиса тянется к моей руке, сжимая её. – Ты не одна, Маргарита. Я с тобой. – Я не знаю, что мне делать. – Прежде для себя реши, ты хочешь его простить и сохранить брак? Или развод будет лучшим решением? – Мальчики будут разбиты. – Мальчики уже взрослые. Всё поймут. Думай о себе. Я киваю, хотя внутри меня всё сжимается от боли. Раиса вздыхает, и её взгляд становится серьёзным. – Хочешь, поживи у меня? – Нет, – отмахиваюсь. – Пусть Денис съезжает. У него целая клиника, пусть ночует там. Ну или к любовнице своей шурует. Там ему всегда рады. У него теперь там новая семья, новый ребёнок. – Рита… ребёнок?.. Как же так… Я чувствую, как слёзы катятся по щекам, и, хотя это больно, я понимаю, что поплакать тоже надо. Правда не собиралась я этого делать в общественном месте. – Милая, – Раиса пересаживается ко мне, обнимает за плечи. – Чем я могу помочь? Хочешь… хочешь я нацарапаю на машине Дениса слово «козёл». Или нет, краской напишу? Картошку ему в глушак засуну. А хочешь Анатолий с «Престижем» поговорит? Они же обслуживаются в клинике Дениса. Он потеряет футбольный клуб, не будет больше у него такого денежного клиента. – Не надо. Жизнь сама всё расставит по своим местам. Она улыбается, и в её глазах я вижу искреннюю заботу. – Прости, что испортила твой прекрасный день своим нытьём. – Ной сколько влезет, я послушаю. – Ну нет, раскисать я не стану. Именно с таким настроем я возвращаюсь домой, где меня уже поджидает Денис.