Глава 21

В ресторане, куда приехали, я ни разу не была. Что-то из относительно новых.

Раньше, лет десять, может восемь назад, мы с мужем частенько где-то ужинали. Потом всё реже и реже. Сейчас уже с трудом могу припомнить, когда мы были в ресторане вдвоём в последний раз.

Зато хорошо помню свои ощущения тогда. Меня, жены хирурга, жены уважаемого в городе человека. Помню моё непоколебимое, устойчивое чувство стабильности. Уверенность в том, что никогда, ни при каких жизненных обстоятельствах мы не расстанемся с мужем. Всегда, чтобы ни случилось, будем вместе.

Почему я была так уверена?

Возможно потому, что тогда так и было. Алексей давал ту уверенность и мне не приходилось в нём сомневаться.

Потом я занялась своим делом и провалилась в него с головой. Может быть тогда и началось наше отдаление… но я его не чувствовала, потому что была занята.

В общем, когда мы с Александром вошли в ресторан и сели за столик, прошлое снова напомнило о себе и я мгновенно погрустнела.

– Что-то не так? – мой спутник сразу это заметил.

– Всё в порядке, – пытаюсь убедить и себя и его.

– Вы тут бывали?

– Вы снова перешли на «вы»? – усмехаюсь, стряхивая воспоминания, стараюсь настроиться на новый лад.

А как настроиться, когда раньше считал, что ты на вершине, на самом её пике, а сейчас чувствую себя свалившейся и всё потерявшей.

Так! Какого чёрта!

У меня есть мой сад, мои дети, моя недвижимость, хоть и не в полном объёме.

Я потеряла только мужа. Больше ничего. Только мужа.

Да, но как раз благодаря ему я и чувствовала себя на вершине.

Немедленно нужно уходить от этих мыслей. Бежать от них как от чёрта. Иначе они же меня и закопают. Я не хочу ныть и страдать, а подобные мысли снова меня к этому возвращают.

Да и дело то совсем не в том, что я потеряла мужа, а в том, что задето моё самолюбие, разрушено моё чувство собственницы. Владелицы идеального, успешного мужчины.

И даже осознание того, что он оказался обыкновенной сволочью, никак не заживляет всё ещё зияющую рану от его потери.

Нужно от этого избавляться… а как?

Посредством знакомства с другим мужчиной, тоже успешным, но возможно не таким идеальным.

Глянула на Храпова.

Он мне поможет.

Уже помогает. Сам не знает, а помогает.

А может, знает и делает это нарочно.

Зачем?

Чтобы меня спасти.

От чего?

От депрессии, в которую я обязательно провалилась бы, да он не даёт.

– Да, я снова перешел на «вы», но это временная мера. Только сегодня, скажем до, – он посмотрел на массивные, армейские часы, – девяти часов.

– А что потом? – склонила голову на бок, эти его штучки, вернее приёмчики немного умиляют.

– Потом карета превратится в тыкву, и я снова перейду на «ты».

– На что это вы намекаете? Не на то ли что сейчас выпьете…

– Ну зачем вы… я вообще не пью…

– Да-а-а?

– Да, – он заерзал. – Если намекаете на вчерашний вечер, то… ладно, всё равно это стоит объяснить, хоть я и не обязан. В общем, вчера не выдержал… вчера была годовщина смерти моего сына… жена бывшая позвонила, в общем, расклеился немного. Да. И со мной бывает. Это впервые произошло за несколько лет.

– О, соболезную.

– Да нет. Я не к тому, просто вчера реально как-то накатило.

– А бутылка у вас в шкафу тоже несколько лет стояла? – как же не съёрничать.

– Бутылка? Ах, вы об этом… подсматривали, значит?

Выдала себя. Вот блин. Ну а что, пусть знает, что если штор нет, любой может увидеть.

– Как раз выглянула в окно, – попыталась выкрутить.

– Ну да, понимаю, – он улыбнулся.

– Что вы понимаете? Обычно я не подсматриваю за людьми и не надо на меня так смотреть.

– Я понял, я ни на что не намекаю… но про бутылку ведь сказали.

– Ну хорошо, да, я посмотрела в окно, когда вы приехали. Ну и что в этом такого? Посмотрела и пошла в гостиную. Думаете, мне интересно смотреть, как кто-то напивается… ну вы сами поняли.

– Это говорит о том, что не только – вы мне, но и – я вам, всё же немного интересен. Вас это так волнует?

– Ладно, договорились, – я взяла меню, обрывая его умозаключения. – Вы говорили, что тут исключительная кухня.

– На самом деле я не знаю, какая тут кухня, я врал… – хитро прищурился.

– Неужели? Значит вы ещё и врун?

– Есть немного. Хотелось заманить вас поужинать.

– Вы опасный человек Александр Игоревич. Вашим словам нельзя верить, – говорю, а у самой улыбка на губах расплывается.

Всё-таки чертовски приятно, когда кто-то так планомерно старается искать твоего внимания… и находит его. Однозначно находит.

Моя, пострадавшая за эти дни самооценка, после каждой встречи с полковником повышается и повышается.

– Будете делать заказ, – услышала голос официантки.

– Дайте нам ещё пять минут, – сказал Александр, девушка, кивнув, отошла.

– Позвольте, я сделаю выбор за вас. Обещаю вы не пожалеете, – протянул руку и забрал у меня моё меню.

– С удовольствием. Но только, чтобы никаких креветок.

– Разве креветки это еда? – усмехнулся. – Предпочитаю мясо, то, чем можно наесться.

– Отлично, тогда полагаюсь полностью на ваш вкус.

Признаться, сама люблю жаренное мясо, особенно на мангале. Жаль, что в ресторанах не подают шашлык, прямо с шампуром.

– Тогда я закажу Каре ягнёнка, – улыбаясь, оценивает мою реакцию.

– Как скажете, всё в вашей власти.

Впервые не лезу в заказ, даю мужчине сделать выбор за меня.

Что со мной происходит?

– Отлично.

Он сделал заказ.

– Вы расскажете мне о сыне? – спросила я, когда образовалась небольшая пауза.

– Расскажу, – Александр кивнул и потянулся за салфеткой…

––

– Он был обычным пацаном, гонял на велике, катался на скейтборде, – он посмотрел мне в глаза, как-то очень значительно, как будто акцентировал. – Нормальный подросток, со своими тараканами. Но они же такие порой нетерпеливые… всё куда-то лезут, обязательно нужно туда, куда нельзя, – отбросил салфетку, словно злясь на себя, что его не было рядом в тот момент, когда его сыну нужна была помощь. – Я лично выбрал ему тот велик. Самый крутой, и как я тогда думал, вполне безопасный. Хотя… какая разница, какой велик. Сейчас я понимаю, что большого значения это не имело.

– Что-то случилось? – спрашиваю осторожно.

– Да. Авария. Он гонял по дорогам. Его сбила машина.

– Боже мой, – приложила ладонь к груди, но хотелось протянуть руку и положить на его ладонь, как-то поддержать.

– Да, так бывает.

Он замолчал. Завис взглядом на скатерти. И я боюсь шелохнуться, чтобы не потревожить его мысль.

Подошла официантка, принесла приборы, поставила бокалы.

– Ну что же, не будем о грустном. Давайте ужинать и говорить о чём-то более позитивном. Всё что касается прошлого остаётся внутри меня.

– Простите, я ещё спрошу, если можно?

– Спрашивайте, – он поднял голову, ожидая моего вопроса.

– А ваша жена… она…

– Мы расстались. Через год после того… не смогли вместе горевать. Оно ведь как, горе, либо сближает, вы вместе скорбите, живёте общими воспоминаниями, либо заставляет расстаться, чтобы глядя друг на друга не напоминать о том, что произошло… Мы выбрали расставание.

– Но как же, поодиночке разве не труднее?

– Она уже давно замужем. У неё есть дети, двое. Пацан и девчонка… И это правильно… я считаю это лучшее решение.

– А вы?

Задавая этот вопрос, я подумала о том, что Александр ещё вполне себе молодой мужик, ему бы молодую женщину, чтобы родила, чтобы он тоже отвлёкся.

– Я нормально.

– Почему не женились?

– На ком? Как-то не сложилось у меня. Я не могу вот так просто, взять и жениться, только потому что надо уйти от одной жизни к другой. Обнулить прошлое и начать творить будущее.

– Но если бы попалась на вашем пути такая женщина, почему нет.

– Если бы попалась… – он усмехнулся, – ты вот – мне попалась… и собственно я очень этому рад, – в его глазах я увидела тепло и вдруг почувствовала себя виноватой в том, что отталкиваю его постоянно.

Получается, во мне он увидел что-то такое, отчего наплевал на свои давние принципы?

– А что уже девять? Вы опять перешли на «ты». А мы ведь даже ещё не поужинали, – перевожу гнетущую атмосферу в более позитивный настрой.

– Буду перескакивать. Извини, – пожал он плечами и улыбнулся.

В этот момент принесли заказ. Совершенно потрясающие порции с четырьмя кусочками мяса на кости с запечённым картофелем и спаржей.

– Спасибо, – я кивнула девушке-официантке, она улыбнулась, пожелала нам приятного вечера и ушла.

Дальше мы беседовали больше он наших профессиях. Он рассказал, чем занимается, я несколькими предложениями описала свою деятельность. Еда оказывалась исключительно вкусной, беседа наполненной интересными фактами и случаями.

Мы вышли из ресторана, когда на небе уже ярко горели звёзды, предвещая на завтра хорошую погоду. Сели в машину и поехали в коттеджный посёлок. У ворот моего, пусть и временного, но всё же дома полковник остановил машину. Я взялась за ручку, чтобы открыть дверь.

– Спасибо за прекрасный вечер, – повернулась и глянула на человека, сидящего за рулём.

– А разве вечер уже закончен? – свет уличного фонаря отразился в тёмных глазах мужчины. – Не хотите выпить со мной кофе, у меня дома?

– Не хочу, – тихо усмехнулась.

– Почему? – он скорчил обиженную гримасу.

– Чтобы кофе не перетёк в утренний чай.

– Но у нас ведь это уже было, – выгнул бровь.

– Спасибо за вечер, Александр, – я дернула ручку, вышла из машины и захлопнула дверь.

Он не стал сидеть и обрабатывать информацию, а тоже вышел и направился за мной до ворот.

– Провожу тебя до двери.

– В этом нет необходимости, – теперь я действительно начала переживать о последствиях сегодняшнего вечера.

Остановилась на крыльце, повернулась, преграждая ему дорогу дальше.

Ну так, на всякий случай, если он намеревался войти.

Александр остановился напротив. Выражение его лица не означает ничего хорошего. В смысле, вижу абсолютную, непоколебимую решимость.

– А давайте, в честь логического завершения вечера нормально поцелуемся.

Его бесцеремонность сносит все ранее установленные мной границы. Смывает потоком самоуверенности. А его слова, сказанные в ресторане, подкрепляют его почти начавшееся действие. Храпов сделал полушаг, приблизился на непозволительно близкое расстояние.

– Вы серьёзно? – слегка нахмурилась , но и покраснела.

– Абсолютно. Что я зря старался? Цветы, рестораны и моё обаяние… неужели не повлияли на твоё жестокое сердце. Неужели не растопили его? Один нормальный поцелуй… Я же не прошу больше, – проговорил басистым завораживающим полушепотом.

– Ну и немало просите, – шепчу в ответ.

– Извините. Просто хотелось бы, хотя бы что-то получить… от вас… взамен, – прямо в глаза смотрит и такое говорит. И это начинает действовать как-то иначе.

– Хорошо. Я согласна, – отвечаю как кролик перед удавом.

– Ты согласна? – не веря.

– Да, я согласна, я же сказала, – ох, зачем я это говорю.

А он, ухватившись за эту фразу, за моё согласие уже не торопиться.

– Но предупреждаю, с учётом того, что это желание копилось во мне несколько дней, скорее всего, поцелуй будет долгий.

Сжимаю губы, чтобы не улыбнуться.

– Давайте посмотрим по ситуации, может мне не понравится.

– Отлично. Значит, буду стараться, чтобы понравилось…