Глава 9

Глава 9. Захар – Доброе утро, Захар Алексеевич. Куда едем? – Доброе, Степан. На завод. – Понял, поехали. Мой водитель пребывал в прекрасном расположении духа, чего не скажешь обо мне. Эта пигалица не выходит из головы. Благо, вчера избавила от своего присутствия. Прихожу в ярость от одной мысли о Ковалёвой. Который раз пытаюсь себя настроить на то, что у меня есть партнёр, и это – женщина, но все попытки оказываются провальными, стоит лишь вспомнить эту вертихвостку. Сука! Из её досье я знаю, что Ковалёва закончила МГУ, факультет юриспруденции, с красным дипломом. Возможно, диплом куплен папашей, кто знает, столь глубоко я не копал. Нигде не работала, только по клубам шлялась и по островам каталась. С червяком своим познакомилась в универе. И только год, как стали парой, а пару месяцев назад решили съехаться. Странные отношения: знакомы аж с универа…а чего ждали так долго? Хм, может, между ними разлад был. Ну по ней видно, какой мужик такую выдержит? Приехал на завод, там меня уже ждали начальник производства, инженер-технолог и мой секретарь. Накинув одноразовые халаты, мы все вошли в элеваторный цех… – Хорошо, Игорь Иванович, я учту Вашу просьбу и в кратчайшие сроки займусь этим вопросом, – сказал начальнику производства, после того как завершили обход по цеху, в ходе которого он устно изложил мне имеющуюся проблему, замедляющую процесс выработки. – Нина Михайловна, обозначьте в своём планшете всё, о чём мы… – мой указательный палец повис в воздухе, и я прервался, услышав стук каблуков, догадываясь, кому они могут принадлежать. А собственно, больше никому и в голову не придёт щеголять по заводу в туфлях на высоких шпильках. – Ух! Ты только глянь, вот это красотка! – воскликнули мужчины, глядя восхищённо на приближающуюся пигалицу. Я вместе с ними смотрел, пока она подойдет… Чёрт, и вправду хороша. – Что это ещё такое? – тут же высказал им своё недовольство. – Это акционер завода, а не красотка, соблюдайте субординацию, – приструнил я двух престарелых ловеласов, которые напрочь позабыли, что рядом с ними находится Нина Михайловна. Терпеть не могу, когда подчинённые ведут себя столь фривольно. – Кто? Вот эта блондиночка? – удивившись, спросил Игорь Иванович. – Она больше на модель смахивает, чем на владелицу завода, – сказал технолог. Но, заметив мой недовольный взгляд, тут же опомнились и в один голос произнесли: – Извините, Захар Алексеевич. Не успел я что-либо ответить на их извинения, так как подошла Ковалёва, благоухая парфюмом на весь завод. – Доброе утро, – улыбаясь, обратилась она к стоящим подчинённым, напрочь игнорируя меня. – Уже день, Ковалёва, – не смог смолчать, видя её раздувшиеся ноздри, которые она так тщательно пыталась скрыть за показной улыбкой. – Ну значит, добрый день, Власов! Нервно поправив ремешок от сумочки на своём плече, она продолжила, съязвив: – Надеюсь, я ни на какое архиважное совещание не опоздала? – Нет, конечно же, куда тебе спешить, да и зачем? Девушке, которая гуляет в ночных клубах… Ну да, двенадцать часов дня считать за утро – очевидно же, что это уже норма. – Всё же лучше, чем жить такой пресной жизнью, как твоя, Власов. Дом – работа, работа – дом. – С чего ты взяла, что моя жизнь пресная? – По одному твоему скучному костюму видно, какая она у тебя. Мои брови поползли на лоб от такого умозаключения. – Ну уж точно не слежу за тобой, как это делаешь ты, если знаешь, как я провожу свой досуг. Не знаю, как долго мы стоим одни. Однозначно, у меня и в мыслях не было устроить показуху перед работниками. Но эта девушка может даже самого уравновешенного мужчину, коим я себя и считал до нашей с ней встречи, вывести на эмоции. – Не надо обольщаться, я не из твоих поклонников. Задрав голову, пигалица перебивает меня в своей манере: – Ах… ну разумеется! Прекрасно помню, что не в твоём вкусе. На память не жалуюсь, что не скажешь о тебе, хотя ты не прочь видеть меня на коленях. – Пожалуй, я и здесь погорячился. – Ты отвратителен! – покраснев, сказала, напряженно сжав губы. – Это взаимно! – ответил тяжёлым взглядом. – Хамло! – парировала, выпучив свои лисьи глаза. – Может, не будем давать повод для пересудов, а продолжим обход по цехам? – нахмурив брови, спросил я, решая положить этой перепалке конец. – Серьёзно, Власов? А не поздновато ли спохватился о пересудах? Ты всё сделал для того, чтобы сегодняшний рабочий день у всего завода прошёл в сплетнях, где мы будем главными героями! – Я сделал? – Ну конечно, давай, свали всё на меня! Мы за эту неделю видимся всего второй раз, и каждый из нас снова занимает оборонительную позицию. Я не хочу отбиваться постоянно, но это не означает, что я не смогу, – говорила, тыча в меня пальцем. – Прими, наконец, для себя, дорогой партнёр, что я есть и никуда не денусь, и прекрати говорить пошлости в мой адрес, – круто развернулась, удаляясь широким, насколько позволяла её узкая юбка, шагом. Таким образом оставив за собой последнее слово. Вот же сучка! Вложив руки в карманы брюк, стоял, смотрел ей вслед, как она шла, эротично покачивая округлыми бёдрами, и злился. Пришла, вывела меня из себя и благополучно свалила. Как только Ковалёва скрылась из виду, я стал мерить территорию, расхаживая по небольшому участку. Какого хрена со мной происходит? Это крайне непрофессионально с моей стороны. В конце концов, я не вспыльчивый юнец. В одном пигалица точно права: сегодня все станут судачить, обсуждая наши персоны… Твою мать! Развернувшись, пошёл прочь с завода, бросив сотрудников в недоумении, в том числе и свою секретаршу, напрочь позабыв о ней. Усевшись в машину, с силой хлопнул дверью, выместив свою злость на бездушной железяке. Сучка снова взбесила. – Поехали в офис. Расстегнув костюм, откинулся на спинку сиденья. Откуда ты только взялась на мою голову… И почему у тебя, Ковалёв, нет сына – уверен, с ним было бы куда проще и спокойнее вести бизнес. Прикрыл глаза в надежде расслабиться, но уже через несколько секунд я напряжённо смотрел в потолок автомобиля: в мою голову вдруг пришла безумная идея. Достал из кармана пиджака телефон и забил в поисковике одной из соцсетей нужное имя, не понимая, нахрен мне это. Увидев аватар мило улыбающейся пигалицы, выпрямился на сиденье. Открыл её страничку, просматриваю фото, коих было не счесть. «Красивая, зараза», – сказал, остановившись на одной, где она, стоя на пляже в жёлтом купальнике и модельно позировала, выставив бедро и колено, приподняв ногу на носочек и уперевшись пальчиками в песок. Увеличив этот кадр, я с прищуром разглядывал её, тихо говоря себе: «И что же, твоя любовь тебя вот так отпустил, или это он тебя фотографировал?” Не думаю… сделал такое заключение чуть позже, просматривая ленту, но так и не увидев фото белобрысого. Везде лишь она, а вместе с ней ещё три пигалицы, таких же как и сама Ковалёва.