Глава сорок седьмая

Я изумленно вскинула бровь. Меня прижали к себе еще сильней, беря мои руки в свои.

- Мне кажется, - заметила я, после пары – тройки неудачных попыток подоить корову. – Что с мужчиной у меня получается намного успешней, что ли!

- Потому что руки у тебя под уд срамной заточены! – рассмеялся водяной. – Куда твой отец смотрел? Дочь мельника не знает, как доить коров!

- Вообще-то я - не та Настасья, - решила признаться я. Ну сколько можно врать! – Я – не дочь мельника. Точнее, как бы я в теле дочери мельника Настасьи! Понимаю, звучит странно. Меня тоже зовут Настя! Сама обалдела, когда в теле этой Насти очутилась! Я не знаю, как я в него попала… Ты мне веришь?

- Настя, уд с ней, с той коровой. Ты себя береги, да? А то перед смертью водицы захочется, а набрать некому, пойдешь сама и утонешь на мою голову! – заметил водяной, гладя меня по голове. – Насть, ты так не расстраивайся… Мы ее найдем… Сейчас у Хобяки спросим, что ее в последний раз видел.

- Ты о ком? – удивленно спросила я, глядя на красивое лицо. Капельки холодной воды, которые стекали с его волос, попали мне на плечо и скользнули по спине вниз. Брр! – О настоящей дочке мельника?

- Насть, посмотри на меня. Мы найдем твою дочь!

Меня тряхнули за плечи.

- Мою дочь? Так вот же она! Миленка! Не надо ее искать! – заметила я, не понимая, о чем речь. Кто сказал, что она пропала! Вот же она! У меня на руках! Сладенько спит, сопит…

- Дай сюда! – протянул руку водяной, а я недоверчиво посмотрела на него. – Ребенка дай сюда!

- Ты же как бы не любишь детей! И вообще, это как бы мой ребенок… - занервничала я, прижимая к груди пеленки с дочкой. Я положила руку ей на голову и отступила на пару шагов.

- Дай сюда! – настойчиво произнес водяной. – Не дашь – хуже будет! Сама себе зло творишь, Настя !

Он вырвал у меня из руки пеленки, а я закричала, не ожидая такой подлости: «Отдай!».

Водяной вытащил дочку из пеленок и … бросил через левое плечо.